Виктор Климов – Будет только хуже (страница 110)

Ставицкий нажал на массивную кнопку — цифровизацией и сенсорными панелями здесь и не пахло — и лифт, дёрнувшись, медленно поехал вниз, отсчитывая пройденные этажи приглушёнными металлическими щелчками.

Проехали этаж — щёлк. Ещё один — щёлк.

— Странно, — вдруг задумчиво произнёс Влад.

— Что именно? — повернул в его сторону голову капитан.

— По словам Александра Николаевича, он был здесь в составе группы, которая снимала мерки с генератора, чтобы построить свой, уже в Сарове.

Ставицкий, до этого дремавший, услышал своё имя, и открыл глаза.

— И? — Алексей снял тактическую перчатку и в задумчивости рассматривал руку, покрытую темными пятнами.

А потом с каким-то неожиданным равнодушием отодрал ноготь с указательного пальца левой руки. При этом ни один мускул не дрогнул на его лице. Покрутив ноготь в пальцах, он просто отбросил его в сторону.

— Странно то, — продолжал Влад, — что они не заинтересовались тем, куда ведёт левый тоннель.

Ставицкий явно что-то хотел вставить, но его опередил Алексей:

— Не стояло такой задачи. Не думали, что проход работает. Думали, что всё запечатано… Причин может быть много. Это уже не важно. Не сейчас.

«Не важно…» — подумал Влад под мерный стук лифта. Желание рассказать о последней встрече с Джессикой как-то сразу пропало. Как и про то, что Аня, скорее всего, погибла. А надо было бы?

Капитан просто от него отмахнулся. Подобное отношение всё-таки укололо Влада. После всех испытаний, которые выпали на их долю, Влад считал, что заслужил право на получение ответов.

Никто не отменяет секретности, это верно, но какая, к чёрту, секретность сейчас! Они ходят по краю могилы, периодически в неё падая и вылезая обратно, и просто хотелось бы понять, ради чего всего это и стоит ли оно того. Да, конечно стоит! И Влад знал, чего хочет, и вернуть нормальную реальность обратно хорошо, но они-то никуда при этом не денутся. Не убьют же они его в нормальном мире, где, судя по всему, он будет помнить всё, что произошло с ним в этом. Или?..

Алексей сидел на полу, смотрел в пустоту, и казался погружённым в свои мысли, вид у него был более чем отрешённым. Все они очень сильно устали. Может быть, капитан и не хотел его задеть.

— Алексей, — обратился Влад к капитану.

— Да?

— Когда на поезд напали диверсанты, выходит, что ракеты уже летели.

— Да.

— Решили подстраховаться, если группа ликвидации не справится?

— И да, и нет. Скорее всего, просто совпало. Всё шло к тому, что мы выпустим остатки ядерного арсенала. Те, кто хотел нас ликвидировать и те, кто отдавал приказы о запуске ракет, могли действовать независимо друг от друга.

— Однако, если бы не взрывы, то нас бы могли добить эти боевики. — размышлял вслух Влад. — Слишком они напористо действовали.

Алексей еле заметно пожал плечами.

— Гареева ты убил? — вдруг спросил Влад

Алексей лишь улыбнулся уголком губ, снова повернув голову в сторону Влада.

— Гареев — предатель, — уставшим голосом сообщил давно известный факт капитан.

— Но он мог быть ценным источником информации.

Пограничник тяжело вздохнул, смотря куда-то в пол. Из носа у него пошла кровь, и он постоянно вытирал её рукавом куртки. Периодически он с нетерпением смотрел на мерцающее красными цифрами табло, отсчитывающее этажи.

— Когда всё станет так, как должно быть, можешь разоблачить его, — наконец сообщил он. — Тебе поверят. А если не поверят сразу, то возьмут на заметку и в скором времени прижмут его, возможно даже с поличным. Интересно было бы посмотреть на его лицо при этом.

Влад понял, что вопрос с Гареевым на данном этапе закрыт. Надо будет действительно сообщить в органы, по крайней мере, попытаться. Если, конечно, у них всё получится.

Если получится.

Что должно получиться? Как это будет выглядеть? Что он при этом будет ощущать?

Лифт, клацнув в последний раз, пружинисто остановился и люди стали с трудом подниматься, чтобы выйти из него. Алексей и Влад поднялись самостоятельно, а вот Ставицкому встать на ноги помог старший лейтенант.

Павел с грохотом открыл дверь кабины, и они оказались в довольно просторном помещении.

— Александр Николаевич, — произнёс Алексей, — я так понимаю, из всех нас здесь были только вы. Ничего не хотите нам объяснить?

Воздух здесь был затхлым и застоявшимся, но это было не главное. Скупые лучи фонариков выхватывали из темноты картину, которая могла бы украсить любой фильм ужасов на тему древних гробниц и разграбления могил.

Вокруг, среди ящиков, в которых когда-то было либо оружие, либо оборудование, среди стоящих на полу бочек, лежали тела. Много тел. Навскидку Влад насчитал человек двадцать. Точнее того, что когда-то ими было.

Очень уж они походили на тех, кто напал на них в поезде: черные форма, больше похожая на комбинезоны, бронежилеты с разгрузками, каски и противогазы. У некоторых, правда они были сняты (или содраны?) и можно было рассмотреть их лица, которые больше всего напоминали напуганных мумий.

Кто-то сжимал в усохших руках автоматы, неизвестной Владу модели, но у части он распознал уже виденный им Хеклер и Кох, а под ногами россыпью валялись пустые гильзы, издававшие пустой металлический звук, когда на них наталкивалась нога в ботинке и они катились по полу.

На стенах, ящиках и металлических шкафах, стоящих вдоль стен виднелись многочисленные следы от попадания пуль.

— Богом клянусь! — запричитал Ставицкий. — Когда я здесь был, ничего такого не наблюдал! Никого здесь, кроме нашей группы не было! Тихо было, как в склепе!

— Про склеп, это вы точно подметили! — согласился Алексей. — Паша, ты понимаешь, что надо будет разобраться с этим?

— Сделаю всё возможное, — отозвался старший лейтенант.

— Мало нам проблем… — пробубнил капитан. — Влад, что с тобой?

А вот сейчас в голосе капитана послышалась неподдельная тревога.

Влад схватился руками за голову и облокотился на большой металлический ящик. Его нещадно мутило, но не так, как обычно.

Ставицкий с интересом наблюдал за происходящим.

— Всё плывёт, — сообщил Влад. — Мутит…

— Нас всех тошнит, — согласился Павел.

— Нет, — замотал головой Влад. — Не так, странное ощущение, будто…

— Будто? — спросил учёный.

— Будто я всё это уже видел. Жуткое ощущение, учитывая, что я здесь никогда не был. Очень сильное дежавю, — ответил Влад, растирая виски. — Фу! Кажется, отпустило.

— Я думаю, нам надо поторапливаться, — констатировал Ставицкий.

— Я об это только и говорю, — подтвердил Алексей. — Идти сможешь?

Да уж, тащить ещё одного инвалида, было бы сейчас просто некому.

Влад кивнул.

— Да, думаю смогу.

Осторожно обходя трупы, а где надо перешагивая, они пошли дальше, и вскоре оказались в узком коридоре, который более всего напоминал длинный переход внутри какого-нибудь бункера. Собственно, они же в нём и находились, в бункере, упрятанном под Уральскими горами.

— Здесь когда-то хотели создать подземное убежище на случай ядерной войны, — просвещал их по пути Ставицкий. — Гора идеально защищала от температурного воздействия, взрывной волны и проникающего излучения. Где-то здесь до сих пор хранятся запасы оружия и провианта, правда, последнее, должно быть, уже испортилось окончательно.

— Но? — спросил Влад.

— Что «но»? — не понял учёный.

— В ваших словах так и звучит «но». Хотели создать ядерное убежище, но…

— Да-да, — согласился Ставицкий, — но не стали. Планы изменились.

Подхватив учёного под руки, они пошли по тёмному коридору с низким потолком, который, судя по всему, был вырублен прямо в скальных породах. По стенам, выкрашенным самой обычной серой краской, тянулись кабели, периодически появлялись плафоны с лампами, спрятанными за решёткой, но света не было.

— Ничего, скоро запустим реактор, и будет свет, — сообщил Ставицкий.