Виктор Ким – Рождение чуда (страница 12)

Основным прибором, который задавал временные диаграммы и напряжения был многоканальный генератор импульсных сигналов, самим же Славой и разработанный. Использованные Славой технические решения были весьма остроумны, но исполнение довольно топорным, а управление вообще никаким. Техноконструктор понял, что этот инженер явно находится на своём месте и знает своё дело, ему нужна лишь некоторая помощь. Витя предложил заменить элементную базу и сделать микросхему управления, которая будет делать всё, что тот пожелает, от него требуется только эти пожелания подробно описать.

Техническое задание Слава выдал на следующий день, а через пять дней с удивлением получил требуемое. Теперь на выходном контроле можно будет в достаточно широких пределах менять номиналы напряжений и временные диаграммы в программируемом режиме прямо в процессе испытания. Стало возможным, не только проверять работает микросхема или нет, но и строить области работоспособности тестируемых микросхем и устанавливать корреляцию между некоторыми технологическими параметрами и размерами и формой областей устойчивой работы. В дальнейшем эта микросхема управления, не дотягивающая до гордого звания микроЭВМ, хотя и имела основные атрибуты последней: простенькое АЛУ, небольшую оперативную и долговременную память, стала родоначальницей целого семейства, представители которого ставились на станки, транспорт, бытовую технику и т. п.

По поводу проблем с нанесением фоторезиста Слава сообщил, что академик выдал пару дельных советов, и ребята сами предложили кое-какие идеи, так что никакой помощи пока не требуется.

Подшаманив несколько единиц накопившегося за время его отсутствия оборудования, Витя обратился к Анатолию Ивановичу с разговором о возможности доступа к обучаемым слепоглухонемым детям. Он рассказал о выводах, к которым пришёл за время отпуска и о необходимости снятия данных с таких детей.

— Вопроса фактически два, первый, узнать, где находится такая школа, это я просто поручу выяснить Тане и второй, получить разрешение на эксперименты над детьми, что вряд ли получится, даже если подключится наш куратор, — академик показал, что не верит в возможность получить такое разрешение.

— Внешне это будет выглядеть, как надеваемая на голову сетка с двумя-тремя небольшими утолщениями, под батарею и микросхемы. Электроды будут абсолютно безопасны и невидимы невооружённым глазом, — Витя всячески настаивал на своей идее.

— Если объявить это чем-то вроде усовершенствованного энцефалографа, и иметь целью принести этим детям реальную пользу, тогда шанс есть.

— Функцию энцефалографа этот прибор тоже будет выполнять, идея, как убедить преподавателей или воспитателей, не знаю, кто там у них, у меня есть, — лаборант почувствовал, что академик постепенно склоняется к мысли ему в этом помочь.

— Хорошо, завтра займусь, — сдался Анатолий Иванович.

— И детям, я думаю, со временем, мы тоже поможем.

Витя занялся решением сразу двух проблем — «усовершенствованного энцефалографа» и ещё одного устройства, которое, как он надеялся, поможет убедить воспитателей помочь ему в исследованиях. Как ни странно, оба устройства оказалось довольно сложно реализовать, для первого понадобилась, в частности, миниатюрная, но достаточно ёмкая, батарейка, а для второго разобраться в области знания, которой до этого ему заниматься не приходилось.

Вопрос с местонахождением таких детей решился секретарём кафедры легко и быстро, оказалось, что не так уж далеко на северо-восток от Москвы в городе Загорске существует школа-интернат, где воспитываются слепоглухонемые дети. До этого города Витя вполне может доехать на мотоцикле. Он также вспомнил, что в этом городе, живёт второй из бывших сослуживцев отца, который ответил на папино письмо, написанное ещё из Казахстана.

Проблема с созданием техноконструктором необходимых устройств так быстро не решилась, Витя потратил на них весь остаток лета и только в сентябре, уже после начала занятий на 4-ом курсе, он был готов к поездке.

Директор школы-интерната сразу попытался переложить принятие решения на воспитателей: Нам звонили с просьбой оказать вам содействие, но единолично, без поддержки коллектива я принять такое решение не могу. Предлагаю вам побеседовать с одним из наших лучших воспитателей, Антониной Сергеевной Дедовой.

— Хорошо, как мне её найти?

— Я вас провожу, она должна быть в одном из классов, — директор внимательнее посмотрел на молодого настырного парня, или вопрос несущественный, или его прислали просто прояснить обстановку.

Антонина Сергеевна оказалась чуть полноватой женщиной среднего роста с терпеливым выражением лица, никого из воспитанников в классе не было.

— Антонина Сергеевна, это Виктор Валерьевич Белов, сотрудник научной лаборатории, которая хочет улучшить жизнь наших детей, дать им новые возможности, подробности он расскажет вам сам, я вас пока оставлю, — представил Витю директор.

— Здравствуйте, можете звать меня Виктор.

— Здравствуйте.

— Для начала я хочу показать вам разработанный нами прибор, который немного поможет слепому человеку ориентироваться в пространстве, — Витя достал из портфеля довольно массивную перчатку на правую руку.

— Сразу скажу, устройство ещё очень сырое и, собственно, целью нашей с вами совместной, я надеюсь, работы является радикальное его улучшение и разработка других аналогичных устройств. Это ультразвуковой локатор, аналогичный биологическому локатору летучей мыши, которая, как известно, слепа, но при этом ориентируется в пространстве и даже летает, не натыкаясь на посторонние предметы. Хочу предложить вам опробовать его на себе, — вообще-то Витю навела на эту идею книга Григория Адамова «Тайна двух океанов», прочитанная в детстве, в которой активно использовался ультразвук.

— Интересно, — женщина покрутила в руках переданную парнем перчатку, — и как этим пользоваться?

— Просто надеть на правую руку и подстроить вот этим ремешком размер. Кнопка включения находится на тыльной стороне перчатки. Сгибание и разгибание указательного пальца управляет амплитудой и частотой ультразвукового сигнала. Отражённый от препятствия сигнал вызывает вибрацию перчатки в районе ладони тем сильнее, чем препятствие ближе. Направление ультразвукового сигнала перпендикулярно ладони вперёд, — отступив в сторону, Витя предложил Антонине Сергеевне включить кнопку.

Воспитатель включила прибор и недоумённо повернулась к разработчику: Я не слышу никакого звука, а летучие мыши пищат.

— Просто кроме ультразвука они издают и сопровождающий его высокий звук, здесь же обычного звука нет совсем.

Антонина Сергеевна направила ладонь на стол, подвигала указательным пальцем, потом на стену, на Витю, на пол, — да, этот ваш прибор действительно работает.

— Теперь давайте попробуем выяснить, как с этим будет себя чувствовать слепой.

— Вы предлагаете пригласить кого-нибудь из детей? Но они вряд ли справятся, разве что самые старшие.

— Нет, я предлагаю попробовать вам надеть эти очки, они почти полностью закрывают свет, и пройти между столами до той стены, — Витя достал очки для ныряния, только полностью зачернённые, и протянул «испытательнице».

Не сразу, не с первой попытки, но у неё получилось.

— Имейте в виду, что это самый первый, очень примитивный образец, в дальнейшем мы его радикально улучшим, он станет гораздо меньше и эффективнее. Я вообще уверен, что не позже, чем через 5 лет ваши дети смогут «видеть» не хуже здоровых, — здесь техноконструктор лукавил, он предполагал просто прибегнуть через 5 лет к регенерации, рассчитывая, что тогда это будет уже не важно. Ведь пять с половиной лет назад он был простым подростком, которого мог обидеть почти любой, сейчас его положение радикально изменилось, и он рассчитывал, что через пять лет оно изменится не меньше, и сохранение тайны целителя не будет иметь особого значения, либо её можно будет легко замаскировать.

— Я согласна, я вижу, что вы сами верите в то, что говорите. Что потребуется от меня? — она передала Вите «перчатку».

— На первом этапе вам нужно будет перед началом сеанса обучения надевать на голову ребёнка вот эту сеточку, на этом рисунке показано как, а в конце снимать. Вот эта круглая штучка, похожая на монету, сменная батарейка, её нужно менять каждый день, на рисунке показано как, я дам вам коробочку с ними. Одну и ту же сетку нельзя надевать разным детям, всего их у вас будет две, они пронумерованы. Через неделю я заеду и заберу результаты измерений, дальнейшие наши действия будут зависеть от этих результатов.

— Вроде бы всё понятно, куда я могу позвонить, если будут серьёзные вопросы?

— Это телефон академика Анатолия Ивановича Белова, если его не будет, можете оставить сообщение секретарю.

Попрощавшись, Витя отправился в Москву. Те устройства, которые он оставил в Загорске, были действительно сильно усовершенствованными энцефалографами, и были нужны для определения расположения нейронной сети, распознающей язык в широком смысле слова, и только после этого можно будет приступить к попытке записи процессов, происходящих в самой нейронной сети.

За неделю, прошедшую до повторного визита в Загорск, Витя разработал два варианта электродов для съёма данных с нейронной сети живого мозга и отправился в школу-интернат. Разумеется, ни о каких миллионах электродов речь не шла, он предполагал, что вполне хватит десятков, максимум сотен единиц. Во время встречи с воспитателем Антониной Сергеевной Витя получил от неё обе сетки с записанными на микросхемы долговременной памяти результатами и просьбу передать на время перчатку с ультразвуковым локатором для старших детей. Отдав перчатку, отправился обратно обдумывать результаты и готовить новую серию экспериментов.