Виктор Каннинг – Долгое ожидание. Письма Скорпиона (страница 28)

— Я просто рассуждаю вслух.

— Рассуждай о чем-нибудь другом.

— Хорошо, я скажу тебе кое-что. Я не только раскопал твою фотографию, но и проверил твой рассказ. Все, что ты сказал мне, подтверждается компанией, на которую ты работал. Может, ты был черт знает каким ублюдком до несчастного случая. Но тот человек умер — вместе с умершей памятью. Вполне возможно, что теперь ты совершенно другая личность, и нет необходимости тащить тебя к ответу за то, что сделал тот, прежний Вильсон.

Я повернул к нему голову и улыбнулся. Наверное, со стороны моя улыбка казалась нарисованной.

— Спасибо, приятель. А что ты будешь делать, если ко мне вернется память?

— Давай подождем, пока это случится.

— Ты думаешь, я скажу тебе об этом?

— Нет.

— Не обманывайся на мой счет. Я не пойду делать публичное заявление в том, что виновен в убийстве.

— Ты дурак, Джони. У тебя уже сейчас есть такая возможность. — Логан насмешливо хмыкнул. — Хотя будет занятно, если тебя повесят за убийство Минноу, а не за те, которые совершил ты.

— О, все равно будет считаться, что справедливость восторжествовала. — Я похлопал его по оттопырившемуся карману. — Линдс знает обо всем этом?

Логан покачал головой.

— Он очень хочет, чтобы ты был Джони Макбрайдом. Ты окажешься в большей безопасности, если оставить его в неведении.

— Рано или поздно ты не выдержишь, Логан. Ты ведь все-таки репортер, а если ты настоящий репортер, ничего не удержит тебя от искушения взорвать маленькую бомбочку.

Он коротко кивнул.

— Ничего, кроме перспективы взорвать весь город. — Он медленно повернулся и пристально смотрел на меня. — Я уничтожу эти документы. Я буду ждать, Джони.

Я достаточно хороший репортер, чтобы учуять, что пахнет жареным, и я уже чую, что в городе запахло, сильно запахло жареным. Не дави на меня, понимаешь?

— Отлично понимаю. Как насчет Веры Вест?

— Никаких следов. Словно в воду канула. Я связывался в Вашингтоне с моим другом из Отдела общественной безопасности. Если она на службе, то ничего не было переведено на ее счет.

— А мои друзья, пытавшиеся шлепнуть меня?

— Полиция взяла след, но это все, что мне известно. Если они и работали на кого-нибудь здесь, в Линкастле, то не оставили никаких подтверждений этому.

— Что-то еще должно случиться, — сказал я. — Их было трое, и один сбежал, унеся рассказ домой. Они попытаются еще разок. Если это произойдет, я позвоню тебе.

— Если останешься жив. На всякий случай запомни, обычно я торчу в баре «Цирк».

Мои губы растянулись.

— Меня не так-то просто убить, Логан.

Он улыбнулся в ответ и вылез из машины. Через полчаса я был в районе красных фонарей и искал, где бы припарковаться.

В этой части города селились самые бедные жители Линкастла. Заброшенные старые строения, которые вечером еще были немного похожи на дома, сейчас выглядели самыми настоящими трущобами. С одной стороны к этому району вплотную подходило болото, с другой его огибала дорога, которая вела к медеплавильному заводу. Вдоль дороги ютилась дюжина забегаловок, заправочная и несколько магазинов. В самом дальнем конце этого островка нищеты стояли дома, в предназначении которых не приходилось сомневаться. Элм-стрит. На улице ни деревца[1].

Здания по Элм-стрит, все того же возраста и архитектурного стиля, сохраняли хоть какие-то признаки жизни. К некоторым были сделаны пристройки, явно более поздние, другие наращивались вторыми этажами.

Мне хватило одного взгляда на мусорные контейнеры, забитые пустыми бутылками, чтобы получить представление, какой образ жизни ведут здешние обитатели. На веранде одного из домов пьянка уже началась.

Дом с номером сто семь оказался последним по улице. Это было белое двухэтажное здание с красными рамами, красной дверью и красными жалюзи на всех окнах.

Я подошел к двери и позвонил. В комнате тихо играла музыка. «Лунная соната». Это как-то не соответствовало уровню интеллекта, который я предполагал встретить у местных барышень.

Я еще раз позвонил и закурил.

На этот раз дверь открылась, и бабенка, про которую говорил мне Джек, приветливо улыбнулась существу мужского пола, быстро и смешно кинув взгляд на часы на запястье — было только четыре часа, а это рановато для тех дел, ради которых наведывались сюда мужские особи.

Я, впрочем, удивился не меньше ее, потому что не ожидал здесь увидеть ожившую статую Венеры, которую кто-то долго держал в объятиях, пока она не стала теплой и мягкой, потом украсил черными как смоль волосами, одарил коралловыми губами, облил платьем, которое, мгновенно застыв, обтянуло ее так туго, что, казалось, достаточно одного прикосновения, чтобы оно лопнуло как воздушный шарик.

— Меня прислал Джек, — сказал я, и тут же почувствовал себя как последний идиот. Наверное, и вид у меня был чертовски глупый, потому что ее улыбка стала еще шире. — Но если бы я знал раньше, что здесь будете вы, то ни ангелы, ни черти не удержали бы меня, я бы пришел и вышиб дверь, чтобы войти, — добавил я.

У нее оказался красивый смех. Она выглядела еще лучше, откинув назад голову.

— Пожалуйста, входите. Мне что-то не хочется остаться без двери.

Я прошел за ней в комнату, сел и осмотрелся. Обстановочка составила бы честь и королевскому дворцу. Я не отказался от предложения выпить, и она достала виски из бара, встроенного в стену. Вдоль другой стены стояли огромные книжные шкафы, и чувствовалось, что это не пустая дань моде, а настоящая любовь к книгам. Мое внимание привлекла отличная фонотека, составленная в основном из произведений классической музыки, и лишь небольшое место в ней отводилось записям современных шлягеров.

— Нравится? — Она обвела вокруг рукой, в которой держала свой стакан, и осторожно поставила его на краешек стола.

— Признаться, я несколько обескуражен. Мне не доводилось раньше бывать в подобных заведениях.

— В самом деле? — Она сделала небольшой глоток. — Я одна до шести. До этого времени девушек не будет.

Пора было переходить к делу. Я сообразил, что Венера являлась владелицей дома, а не наемной шлюхой. Прикончив одним глотком виски, я затушил окурок и отказался от следующей порции.

— Я не за товаром, детка. Я за информацией. Джек думает, что ты могла бы мне помочь.

— Джек хороший мальчик. Ты кто?

— Его друг. Мое имя тебе без надобности. Ты когда-нибудь слышала о Вере Вест?

— Конечно. А что?

Она так холодно это сказала, что на секунду я растерялся.

— Где она?

— Этого я не знаю. Некоторое время она была девушкой Ленни Серво, ну а потом… У Серво было много женщин.

— Ты тоже жила с ним?

— Давным-давно. Неделю. — Она глубоко затянулась, медленно выпустила дым и глядела, как он завивается вокруг стакана в ее руке.

— На самом деле ты хотел спросить меня… не является ли Вера… одной из нас сейчас, не так ли?

— Что-то вроде этого.

— Насколько я знаю, она никогда не продавалась. Нет, она не опустилась до этого. Она не из этой породы.

— Ты тоже не очень-то похожа на… ну, в общем, тоже не из этой породы.

Я опять услышал ее смех. Она пробежала пальцами по волосам.

— Это длинная история и довольно интересная. Теперь расскажи мне о твоей Вере Вест.

— Черт, мне нечего рассказывать о ней. Я хочу найти ее.

— Давно она исчезла?

— Достаточно давно. След совсем остыл.

— Обращался в полицию?

Я лишь презрительно фыркнул, и она поняла, что я имею в виду.

— Поспрашивай на вокзале. Может быть, кто-то видел, как она уезжала. Возможно, она уехала в какой-нибудь большой город и работает по профессии. Она ведь была кем-то в банке, не так ли?

— Секретаршей.

— Значит, она пыталась устроиться либо секретаршей, либо стенографисткой.