Виктор Калюжный – Нумерология (страница 2)
Английские синологи А. Грэм и Дж. Нидэм обращают внимание на довольно позднее принятие европейской наукой термина «закон» – в послегалилеев-скую эпоху (с конца XII в.). До этого использовались такие термины, как «пропорция», «принцип», «рацио» и «рациональность». Китайцы находились в более благоприятной ситуации, так как раньше европейцев ввели в философию «законодательную метафору». Это были слова, которыми утверждали обоснованность и неоспоримость рассуждений – они помогали лучше формировать единство взглядов в философии и особое мироздание.
По выражению Грэма, начиная с XI в., неоконфуцианство «национализировало Космос» (то есть это китайское учение главенствовало в восточной философии) с помощью широкого использования в модели восприятия окружающего мира универсального понятие «ли». Принцип «ли» считался присущим для каждого явления и каждой вещи и одновременно был качественно един для них всех, отражая их общую сущность (А. Грэм, 1974).
Мудрецы древности понимали, что для философского познания мира и его устройства требуется некий универсальный термин, «категория», которая не учитывала бы детали каждой вещи или явления, а была бы общим мерилом для всех. В одном из древних памятников китайской философии – «Речах Царств», упоминающемся китайским синологом Го Юй (1958), была сформулирована подобная идея выделения некоего общего термина для всех явлений и вещей. Это понятие имело общую для всех явлений и вещей черту и могло использоваться для философского познания мира – прообразом стало число. В «Речах Царств» о категории чисел писалось так: «Все люди и духи посредством чисел согласовывают, а посредством звуков проясняют (взаимоотношения –
Китайский физик и науковед Цянь Вэньюань утверждал, что вершиной традиционной китайской науки стала математическая теория музыки, а не теория магнетизма, как считает Дж. Нидэм. Пять тонов китайской пентатоники согласованы с пятью элементами (стихиями – прим. авт.), составляющими суть всех философских структур и объектов Мира. Китайская нумерология напоминает пифагорийское учение о «музыкально-числовой структуре Космоса».
Кажущиеся современному человеку наивными рассуждения древних мудрецов довольно точно отражают закономерные явления жизни. Общие свойства вещей и явлений (а не конкретные их качества, которые мы привыкли замечать) в текстах древних философов через символику чисел и знаков удивительным образом согласуются с открытиями современных ученых. Это вызывает преклонение перед мудростью наших предков. Невольно возникает желание воскликнуть: «Как же мы раньше не замечали или не могли понять те истины в мироздании, о которых иносказательно, символами писали древние мудрецы нам?!»
Закономерные числовые сочетания (числовые символы, или «дискретные энергоритмы»), вероятно, определяют структуру всего сущего, поскольку они в определенных сочетаниях регулярно повторяются в окружающем нас мире в явлениях и вещах. Так, триплетный (тройной) ритмичный код обнаружен в числах математической формулы генной спирали человека. Числовые ритмы формируют саму структуру нашего языка: триплетный код входит в числовую структуру нашего алфавита (А. Кисель).
В наши дни на ценность идей в древних трактатах обратили внимание современные ученые. Так, В.В. Иванов пишет, что лауреат Нобелевской премии по биологии Жакоб, открывший тройничный генетический код, с удивлением обнаружил сходную триплетную символику в древнекитайской «Книге Перемен».
Идеи Жакоба были развиты известным физиологом Р. Якобсоном, который использовал триплетные структуры для доказательства влияния законов биологии на развитие языка. В оригинальных трудах о выявлении симметрии слов в ораторском искусстве Якобсон подчеркивал большую роль разработанного еще в древности китайскими нумерологами учения чисел о симметрии. Его идеи поддержали лауреаты Нобелевской премии по физике Ли и Ян в своих работах о влиянии языковых символов симметрии на формирование научных понятий. Они создали свое учение особых симметрических отношений вещей и явлений в физике.
Учение о «числовых резонансах» и о числовой структуре построения окружающего мира (в древнекитайском понимании) заложено в разработанном современными физиками представлении об устройстве Вселенной. Так, в 60-е годы нашего века было разработано, а в 70-е годы получило в физике всеобщее признание учение Грина и Шварца о теории сверхструн и супергравитации. Характеризуя особенности разных физических явлений, эти теории почти полностью «совпадают с китайскими теориями не только общего соображения о роли некоторых чисел (в развитии любого явления или процесса природы –
Современные ученые признали уникальным метод традиционного китайского подхода к символам (числам, словесным обозначениям), который оказал большое влияние на его развитие и правильное формирование научных взглядов у многих мудрецов древности. Это же обстоятельство объясняет, почему нельзя безоглядно отвергать теории древних ученых лишь из-за того, что они непонятны.
Иероглифический язык, противоположно ориентированный по отношению к системе европейских алфавитов, способствовал и другой ориентации древнекитайской культуры (Иванов, Кобзев).
Как известно, в основе восприятия и направленности мышления лежат физиологические механизмы. У человека полушария головного мозга обычно функционируют с попеременно сменяемой в них активностью нервных и психических процессов.
Одно из полушарий доминирует в зависимости от вида сиюминутно реализуемой деятельности. Так, эмоционально-образное мышление связывают с функцией правого полушария, а абстрактно-логическое – с функцией левого, где расположен речевой центр.
Китайская культура основана не на алфавитном (левополушарном), а на иероглифическом (правополушарном) принципе мышления, считает авторитетный советский синолог, занимающийся теорией символов, А. Кобзев. В подходе к числу она сопоставима с «алфавитной культурой греческого типа». Так, у древних греков каждая буква имела не только звуковое, но и числовое выражение (альфа обозначалась числом 1, бета – 2, Гамма – 3 и т. д.). Полагают, что это влияло на восприятие букв и чисел и на философское понимание их символики в познании законов жизни. Идея построения греческого алфавита была тесно связана с открытием натурального ряда, изменившим представление о числах. «Алфавитный принцип и связанные с ним идеи дискретных единиц, из которых состоят миры символов…неразрывны с идеей натурального ряда» (Кобзев).
В психической деятельности всегда участвуют оба полушария – одно в большей, другое в меньшей степени (в зависимости от вида деятельности и состояния психики). При этом определяется четкость психической позиции и в определенной мере уравновешенность эмоционального состояния. При относительно равном участии полушарной деятельности может возникать третье состояние, характеризующееся неуравновешенностью психики и эмоций.
Мы часто говорим, что однобокая оценка не отражает сущности проблемы. Восточная философия с ее правополушарным (иероглифическим) мышлением дает шанс нашему преимущественно левополушарному (алфавитному) мышлению исправить положение: оценить реальную жизнь с двух сторон, а не только одной половиной головного мозга, и использовать свой интеллект на полную мощность. Как известно, воспринимать реальность предмета можно при разном его освещении, причем большее число источников «боковой подсветки» создает ему лучшую рельефность и реальность восприятия объемности образа.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.