Виктор Харебов – Глиняная табличка из Элама. Из цикла «Хроники стародавних царств» (страница 2)

– Мы действительно здесь… – прошептал Крис. – Профессор, вы только посмотрите…

– Это и есть Хафт-Тепе времен Шутрук-Наххунте, – ответил Вейр. – Если табличка принадлежала этому времени – мы недалеко от истины.

Глава 2.

Песок и жар Сузианы

Когда портал сомкнулся за их спинами, оставив лишь легкое дрожание воздуха, профессор Вейр бросил быстрый взгляд на Криса и достал из походного рюкзака тщательно уложенные свертки, которые он предусмотрительно взял в экспедицию на случай возможного перемещения в древний Элам.

– Времени у нас немного, – сказал он, скидывая свою куртку. – Мы не можем появиться в этом времени в современной одежде. Нам надо переодеться в подходящюю одежду.

Крис уже развернул ткань и с восхищением провел рукой по фактуре. Одежда была выполнена из плотного льняного полотна песочного и терракотового оттенков, украшена геометрическим орнаментом, повторяющим мотивы, найденные на эламских глиняных табличках.

– Она выглядит… аутентично, – сказал Крис. – Даже запах какой-то древний.

– Это благодаря особой обработке, – пояснил профессор, уже натягивая через голову широкую тунику с короткими рукавами. – Мы заказали пошив у специалистов из Angloset Wardrobe Studios, модельного агентства при киностудии Pinewood Studios – ты их знаешь, они одевали актеров в «Царе царей» и «Александре Великом». Они воссоздали наряды по реконструкциям археологов из Суз и Чога-Занбиля.

Одежда Вейра состояла из длинной льняной накидки, подпоясанной тканым кушаком, и короткой туники с гофрированной кромкой – знак статуса, по описаниям найденным в рельефах. На ногах – простые кожаные сандалии, закрепленные кожаными ремешками.

Крис получил одежду попроще – более грубую тунику серо-коричневого цвета, с открытыми плечами и свободным подолом, как носили слуги или ремесленники. К ней прилагался капюшон-накидка от солнца и пыльные сандалии, будто уже изрядно поношенные.

– Они даже состарили ткань вручную, – усмехнулся Крис, надевая пояс. – Как будто эти одежды действительно носили веками назад.

– Именно этого мы и добивались, – отозвался профессор. – С таким вниманием к деталям нас не отличат от местных… по крайней мере, пока мы молчим.

Он посмотрел на себя и на Криса с одобрением, как костюмер перед генеральной репетицией.

– Теперь мы просто странники из далекой провинции, пришедшие в Сузы. Наш акцент можно будет списать на диалект, а незнание обычаев – на простоту.

Они спустились с вершины дюны, спрятали рюкзаки под обломками у подножия скалы и направились в сторону ближайшего поселения. Песок обжигал ступни, и воздух колыхался в мареве над землей, словно дыхание невидимого гиганта.

Вейр шагал, прикрывая лицо от палящего солнца, а Крис брел чуть позади, разглядывая пейзаж со смесью восторга и тревоги.

– Это точно не Калифорния, – пробормотал он. – И точно не XXI век.

– Мы в Сузиане3, друг мой, – отвечал ему Вейр. – Еще неизвестно, где жарче – здесь или в Долине Смерти4. – Они проходили мимо небольших полей, обнесенных глиняными оградами, меж которых копошились люди в льняных одеждах. Женщины носили на головах кувшины, дети гоняли коз, мужчины обрабатывали землю и несли связки тростника. Все дышало жизнью – простой, тяжелой, древней. – Надо смешаться с местными, – тихо сказал Вейр. – И найти способ попасть в город.

К ним первой подошла девочка лет десяти с корзиной фиников. Она что-то сказала на непонятном Вейру наречии, удивленно разглядывая их одежду. Вейр кивнул, улыбаясь, и жестом показал, что они устали и хотят пить. Девочка крикнула куда-то вдаль, и вскоре появился пожилой мужчина с лицом, обожженным солнцем, и тяжелым, будто высеченным из камня, взглядом.. Они не понимали слов друг друга, но профессор достал из кармана серебряную монету – новодел, но с античным рисунком – и протянул. Мужчина насторожился, затем взял ее, разглядел и кивнул. Через десять минут их уже поили водой из глиняных чаш, а Крису мазали ноги бальзамом от ожогов.

Вечером их пригласили в дом старейшины. Там, под навесом из пальмовых листьев, они ели кашу из зерна и мясо, запеченное в земляной печи. Вейр наблюдал за каждым жестом, интонацией, за порядком еды – всем, что могло бы помочь в интеграции. Он вел записи в небольшом блокноте, делая наброски быта: веревки, светильники, украшения, инструменты.

– Это золотая жила для этнографов, – прошептал он. – Уникальный материал.

Поздно ночью, лежа на циновках, Вейр прошептал:

– Завтра пойдем в Хафт-Тепе. Нам нужен человек, разбирающийся в письменности. Я думаю, что при храме есть Хранитель Знаков. Возможно, именно он нам нужен.

– А если он нас сдаст?

– Тогда нам остается надеяться, что наш акцент не слишком ужасен.

Утром их проводили до дороги, ведущей к городу. Она была пыльной, широкой и оживленной: повозки, навьюченные быки, пешие странники. По мере приближения к городу становилось все шумнее: запах жареной рыбы, дым благовоний, крики торговцев.

Хафт-Тепе встретил их ароматами кориандра и криками охраны. У ворот их остановили. Стража была настороже: два чужака без сопровождающего.

– Не говори ничего, – шепнул Вейр Крису. – Пусть думают, что ты немой.

Один из воинов указал копьем в сторону каменной скамьи. Их усадили и стали допрашивать жестами. Вейр показал на табличку, достал ее из-за пояса. На ней были те самые знаки. Один из стражей пригляделся, обменялся взглядами с другим, затем ушел. Вернулся он с человеком в богато расшитом плаще.

Это был писец или чиновник. Он внимательно посмотрел на табличку, затем на путешественников, после чего произнес несколько фраз – медленно, внятно.

– Возможно, – сказал он наконец на аккадском, перемежаемом с эламскими словами, – вы пришли издалека. Следуйте за мной. Главный жрец должен узнать об этом.

Путешественники переглянулись. Вейр проворчал под нос:

– Началось…

Их провели сквозь шумные улицы, пропитанные пылью и специями, мимо базаров, ремесленных лавок и святилищ – прямо к городскому храму.

Величественный храм из обожженного кирпича возвышался над городом, словно напоминание о временах, когда Элам был полон силы и тайн. Он стоял на массивной платформе, сложенной из тщательно выровненных кирпичных блоков, поднятых на несколько метров над уровнем улиц – защитой как от наводнений, так и от непрошеных глаз. Ступенчатая конструкция террас уводила взгляд вверх, к главному святилищу, скрытому за высокими глинобитными стенами, покрытыми слоем штукатурки и расписанными фрагментами древней символики.

Стены были сложены из обожженного кирпича – материала, в котором эламиты достигли настоящего мастерства. Каждый кирпич носил клеймо царской печати или храмового мастера, а связующим раствором служила смесь глины и битума, придававшая строению прочность и устойчивость. На отдельных участках можно было заметить вставки из глазурованной керамики – бирюзовых и темно-синих оттенков, из которых были выложены изображения быков, львов и звезд – небесных покровителей эламского пантеона.

Вход в храм венчал портал с углубленным проемом, обрамленным парой колонн – не гранитных, как в Египте, а кирпичных, покрытых побелкой и расписанных орнаментами в виде спиралей и зигзагов. На вершине каждой колонны располагался стилизованный цветок лотоса или рогатая голова быка – мотив, повторявшийся в эламской иконографии. Здесь, за его стенами, им предстояло сделать первый шаг в разгадке эламской тайны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.