Виктор Гюго – Том 1. Стихотворения. Повести. Марьон Делорм (страница 87)
Ну да.
О, взор мой ослеплен
И еле различит...
О, сколько слов прекрасных!
Но эминенций нет — ни серых здесь, ни красных[81],
Нет соглядатаев. Дозвольте королю
Знать ваше мнение о Ришелье...
Молю!
Увольте, государь.
Всю правду!
Всю? Он гений.
Вы это повторить решитесь, без сомнений,
И в Риме? Слышите ль, как стонет вся страна,
Меж Ришелье и мной страдать осуждена?
Ах!
Разве всем теперь не ведает он сразу —
Войной, законами? Он отдает приказы,
Ну чем он не король? Изменой разогнал
Он Лигу[82] и теперь свой грозный меч подъял
На друга — Австрию, откуда королева[83].
Но разрешил же вам он, государь, без гнева
Крольчатник завести...
Какая-то игра
Ведется с Данией...
Но цену серебра
Вы назначаете.
Меня он ссорит с Римом...
С благоволением, ничем не объяснимым,
Дал вам издать указ, чтоб денег тратил всяк
Не более экю, когда идет в кабак.
А договоры те, что держит он в секрете...
Зато он терпит сбор охотников в Планшете.
Он все творит один, и жалоб тяжкий стон
Летит к нему давно — я в тень преображен,
Молящих голос стал чужд царственному слуху.
Зато излечивать дано вам золотуху[84].
Гнев короля усиливается.
Он хочет орден мой дать брату своему, —
Я этим возмущен, я запрещу ему.
Но...
Все его родных поносят...
Зависть гложет.
А жизнь племянницы его на что похожа!
Навет!
А сколько сот пехоты держит он?
Но конных только сто.
Я этим возмущен!
Он Францию спасет...
Мою он губит душу.
Одной рукой у нас еретиков он душит,
Другой — со шведскими он пишет договор.
А как подумаю я, сколько под топор
На площадь Гревскую он шлет людей! Ужасно!
И всё друзья мои. На нем и платье красно
От крови их. Меня ж он трауром облек.
С своими кардинал не так же ль был жесток?
И если любит тех, с кем так он поступает,
Я горячо любим...
Мою он мать ссылает![85]
Желаньям вашего величества вполне
Он предан, кажется.
Он ненавистен мне!
Меня он душит. Здесь я больше не свободен,
Здесь не хозяин я, — а я на что-то годен.
Но он, меня давя тяжелою стопой, 
