Виктор Гюго – Том 1. Стихотворения. Повести. Марьон Делорм (страница 74)
По... Аристотелю.
А Саверни вас знал —
И лично?
Был всего я полковой капрал,
Маркиз был офицер, а я в солдатском чине.
Так!
В полк тот я попал по той простой причине,
Что быть отправленным туда имел я честь
Косадом. Скуден дар, но дарят то, что есть.
Произвели меня. Я ус имею черный,
Не хуже, чем другой. И ваш слуга покорный.
Так поручили вам явиться в этот дом,
Здесь дядю известить?
Мы с Бришанто вдвоем
Покойника везли, как жениха, в карете,
Чтоб здесь похоронить маркиза на рассвете.
Как старый де Нанжи воспринял эту весть?
Без слез, без воплей он умел несчастье снесть.
Но он любил его?
Гаспар наш был милее,
Чем жизнь, для старика бездетного; лелеял
Он мысль о юноше и нежно вспоминал,
Хотя племянника лет пять уж не видал.
В глубине сцены проходит старый маркиз де Нанжи. У него седые волосы, бледное лицо, руки скрещены на груди. Одет по моде времени Генриха IV. Глубокий траур, звезда и лента ордена Святого Духа[70]; идет медленно. Девять солдат в трауре, по три в ряд, с алебардой на правом плече и мушкетом на левом, следуют за ним на некотором расстоянии, останавливаясь, когда он останавливается, и снова шагая, когда он идет.
Бедняга!
Дядюшка!
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Тсс... На ушко два слова.
С тех пор, как умер он, каким он стал здоровым!
Взгляни-ка, Бришанто. Как жаль мне, что пока
Держать в неведенье просил ты старика.
Откроем-ка ему, что жив племянник милый.
Нет, нам необходим вот этот вид унылый.
Пусть слезы на глазах его весь день блестят,
Чтоб вероятным был для всех твой маскарад.
О бедный дядюшка!
Тебя он встретит снова.
И смерть от радости тогда ему готова.
Такой удар не снесть!
Мой милый, лучше всех
Ты знаешь — надо так.
Но этот дикий смех
Его ужасен. Грусть кого угодно тронет.
Как он целует гроб!
В котором никого нет.
Да. Но кровавый труп скрыт в сердце у него;
Там я покоюсь, там.
Печальней ничего
Не видел мир; в глазах его укор и горе.
Кто этот, в черном весь и с хитростью во взоре?
Ах, кто-то из друзей, здесь в замке...
Воронье
На падаль так стремит желание свое.
Изо всех сил молчи пред рожею проклятой!
Безумец должен стать тут сдержанней Сократа.
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
О господин маркиз! Потеря велика.
Племянник редкий был Гаспар — его рука
Покоила бы вас, я вам соболезную.
Он юн, прекрасен был — ему б судьбу иную!
Дам чтил он глубоко, и жил в нем божий страх,
Был прав в своих делах и мудр в своих речах;
Он совершенством был, рождавшим умиленье...
Старый маркиз закрывает лицо руками
Побрал бы черт его надгробное хваленье! 
