Виктор Гвор – Степи нужен новый хозяин (страница 60)
А список продуктов. Жратва - понятно. Хотя пропорции странные. Ни хлеба, ни колбасы, зато ящик сгущенки и двадцать брикетов мороженного... Ладно, что-то есть своё, но тогда... Сколько их? Человек сорок? А памперсы?! Зачем туристу памперсы?
Игорь достал телефон:
- Дежурный по МЧС Ковалев, - раздался спокойный, даже ленивый голос.
- Привет, Серега. Это сержант Парамонов из Кельпы. Глянь в книге, у вас туристы на маршрутах числятся?
- Здорово, Игорь. Я тебе и без книги скажу. Одна группа, школьники из Замятина. Какой идиот школьников в Полярную ночь тащит! К вам выйти, в принципе, могут. Планировали через кордон в Медвежьем пройти. Ну, который заброшенный.
Школьники Парамонова не устраивали категорически! Не мог он представить школьницу, несущую шестьдесят килограмм.
- А больше никого?
- Не-а! Если только дикари! Которые у нас на учет не ставятся.
- Спасибо Сереж... - задумчиво протянул Игорь. - Слушай, а зачем туристам могут быть нужны памперсы?
- Памперсы? - в голосе спасателя слышалось удивление. - Понятия не имею. Слышал, некоторые женские прокладки вместо стелек используют. Спички в презервативы упаковывают, хотя это в прошлом. Но памперсы... Впрочем, это такая братия, всё, что хочешь, придумают. Может, и памперсы для чего-то приспособили... У тебя всё, а то тревожную трубку занимаем!
- Пока.
Игорь отключился и набрал Семенова:
- Стас, а бандюки с кордона не проезжали?
- Не проезжали. Заночевали там, наверное.
- Дважды? Кордон под снегом сейчас. Прохладненько в лесу ночевать.
- Да и хрен с ними! - рявкнул лейтенант. - По мне, так пусть хоть все перемерзнут! В области чище станет!
- Это верно, - хохотнул Игорь.
- Если тебе так интересно, сегодня утром туда целый караван усвистел. КАМАЗ и три "буханки", все с челябинскими номерами. А недавно КАМАЗ обратно пропилил. А УАЗов нет.
- Интересно, - задумчиво протянул Игорь. - Очень интересно...
- Ладно, Пинкертон, спокойной ночи, - хмыкнул Стас. - Завтра расскажешь, что нарыл.
Игорь почесал в затылке. В голове складывалась бредовая картинка. С заброшенного кордона в поселок пришли трое. Мужик, настолько страшный, что его приличным людям показать нельзя. Девушка, способная унести шестьдесят килограмм. И кто-то, сразу уехавший в Снежинск. С ними было животное, которое они оставили... где-то оставили. Почему не взяли с собой? Потому что не собачка, а саблезубый тигр. Ага, белого цвета! Девушка заряжала телефоны и покупала продукты. Её спутник сидел в сугробе и никого не трогал, пока до него не докопался Пельмень. Тогда он отобрал у гопников телефон. А саблезубый тигр тем временем нашел потерявшуюся Вареньку и, как и должен поступить порядочный зверь, отвез её в полицию. Потом девушка забрала телефоны, спутников и ушла восвояси. А поехавшие на кордон бандиты попали в лапы этой троице (или сколько их там) и нарвались на неприятности. Например, пошли на корм саблезубым тиграм.
Насчет бандюков Игорь был согласен со Стасом - пусть хоть всех сожрут. А насчет всего остального... А КАМАЗ с "буханками"? КАМАЗ-то вернулся, а УАЗы - нет! Саблезубые тигры съели? А десятитонник не по зубам оказался?
"С ума схожу, наверное, - подумал Игорь. - Пришли дикари-туристы, закупили всякой жратвы. Рюкзак забрал парень. Зашел в магазин и забрал. А Арсен во все глаза смотрел на кралю и ничего вокруг не видел. Телефон Пельмень просто посеял. А Вареньку спасла самая обычная собака. Правда, в поселке больших белых собак нет. Но может, тех самых туристов. Какой-нибудь сенбернар, они же на это обучены. И никакой фантастики".
Но что-то в душе саднило. И, уже засыпая, Игорь понял что. Туристы. Школьники. Должны выйти на этот самый кордон. А там...
Ночью приснился тот самый детский сон. Игорь стоял на разрушенном перроне, а мимо проходил поезд. Никакого блеска и лоска. Никаких украшений и веселья. Трудяга паровоз, с трудом тащащий обшарпанные покосившиеся вагоны. Хмурящиеся лица людей в окнах, среди которых мелькнули светловолосая девушка в красной пуховке, огромный мохнатый йети в кожаной куртке, белоснежный саблезубый тигр... Никто не махал Игорю рукой, на него вообще не обращали внимания. Но это был тот самый поезд, который когда-то видел маленький Игорек, и который шел в сказочную страну. Где не было ни молочных рек с бисквитными берегами, ни пряничных домиков, ни давно умершего деда, а была только тяжелая и напряженная работа. А ещё там была настоящая жизнь, которая давала Игорю последний шанс. Достаточно только решиться и шагнуть на подножку медленно ползущего вагона.
29 декабря 2019 года. Москва
Обычному человеку для жизни хватает одного телефона. Продвинутая молодежь шикует с двумя: один для поговорить, второй - посидеть в соцсетях. Можно, конечно, и одним обойтись, но два разных - это вау! Круто, то есть! Одним или двумя обходятся и бизнесмены. Бывают и в этой среде оригиналы, пользующие что-то допотопное, не то что без выхода в Интернет, но даже не умеющее фотографировать. Или, наоборот, увешанные трубками не хуже, чем новогодняя елка шарами. Работают из них максимум три, но зато понты какие!
Михаил Игнатьевич Томразин таскал с собой четыре аппарата. И не по собственному желанию. Положение обязывало. Один для жены, друзей, обслуживания карточек и всего прочего, в чем в нынешнем постиндустриальном обществе человек нуждается куда больше, чем в руках или голове. Разве что спама на него не приходило. Совсем. От него вполне можно защититься, если очень захотеть. На второй звонили контрагенты, партнеры, сослуживцы и все прочие, с кем связывала Михаила Игнатьевича нелегкая служба. В будние дни этот телефон включался в девять ноль-ноль и безжалостно отрубался ровно в восемнадцать. А в выходные и прочие праздники и вовсе не работал. Ибо не фиг! Два остальных Тормазин тоже с удовольствием бы отключал, но не судьба. Впрочем, использовались они нечасто. В общем-то, они дублировали рабочий телефон, но номер третьего знали лишь люди из "ближнего круга". А четвертый - только непосредственное начальство, от замминистра и выше. А то мало ли, вдруг, пока ты с дочкой треплешься, к тебе Сам пробиться не может... От одной мысли дрожь до копчика пробирает!
Сейчас звонил третий.
- Томразин слушает.
- Привет, Михал Игнатьич! - пророкотал знакомый голос. - Как дела, как жена, как дети, как овцы?
- Спасибо, дорогой, - подхватил привычную игру Михаил, - всё хорошо! Как у тебя, Савва Тимофеевич? Как дела, как жена, как дети, как овцы?
- Вашими молитвами, дорогой! Ты извини, Миш, что в выходной звоню, но и вопрос, можно сказать, не рабочий, - Морозов перешел к делу. - У тебя какие планы на праздники?
- Какие могут быть планы у серой канцелярской крысы, - вздохнул Тормазов. - Дома сижу, траву курю...
- Загнешься ты когда-нибудь в своей Москве, - посочувствовал собеседник и вкрадчиво поинтересовался: - А как же Ницца и прочие Куршавели?
- Да ну их, - отмахнулся Михаил, - обещал дочкам праздники с ними провести.
Отношения с женой у Томразина были не очень. Тамара не разводилась только чтобы не портить мужу анкету, ибо её благосостояние напрямую зависело от карьеры мужа. Но дочки в папе души не чаяли, и при его постоянной занятости каждый проведенный вместе день был на вес золота! В общем, дочки - это святое!
- С ними дома? Или вместе с ними? - голосом змея-искусителя промяукал Савва. - И что тебе мешает вывезти их в Альпы? Они ж у тебя горнолыжницы обе, я ничего не путаю?
- Ну, горнолыжницы - это громко сказано, - хмыкнул Томразин, - но катаются неплохо. Зима в этом году отсутствует, если кто не заметил. Или в Замятине сугробы до третьего этажа?
- В Замятине нет, - вздохнул Савва. - А в Снежинске есть. Берешь девочек и валишь туда деньков на несколько. От слякоти московской отдохнешь, вспомнишь, как настоящая зима выглядит. Забыл, небось, как снег на солнце искрится...
- На солнце? - хохотнул Михаил Игнатьевич. - В Снежинске? В начале января? Один из нас дожил до старческого маразма!
- Поймал, поймал, - рассмеялся Савва Тимофеевич. - Но я серьезно. А я тебе компанию составлю. Гарантирую, девочки будут визжать от восторга! Таких каникул у них ещё не было! Они же у тебя даже северного сияния не видели! А оно будет самым меньшим из удовольствий!
- Каникулы только у Кристинки, - хмыкнул Михаил. - А у Снежаны сессия на носу! Готовится надо!
- Да ладно! Сессия! Она у тебя и так всё знает! Ей, кстати, особенно полезно будет.
- Ты там часом не горнолыжный комплекс открываешь? Крытый, чтобы в Полярную ночь и освещение, и мороз не больше пяти градусов...
- И не то чтобы да, - пропел Морозов, - и не то чтобы нет! Но лыжи берите. И одевайтесь по погоде.
- Ты на что нас заманиваешь?
- А вот это сюрприз! Не хочу портить!
Последняя фраза означала, что Морозов затеял серьезное дело и боится утечки информации. Даже по этому телефону. И что дело это для Томразина крайне интересно.
- Что-то ты темнишь, Савва. Ох, темнишь.
- Говорю же, сюрприз не хочу портить.
- И когда? У нас на новогоднюю ночь уже вся программа расписана...
- Ну и прекрасно! Зачем программы ломать? Выпьете шампанского под бой курантов, повеселитесь, а второго вечером и рванем. Там как раз подходящий рейс имеется. А то меня без тебя в депутатский зал не пустят!