Виктор Гвор – Большая охота (страница 25)
С нового года мы всем приютом переедем на Кунашир. Всё равно в Куньей Гавани основные работы закончены, на Сахалине работа будет летом, а пока типа отдых: учиться и тренироваться. Привыкать там ни к чему не надо, у приюта везде по зданию, совершенно одинаковому. Только «наскальные рисунки» разные. Это так взрослые наши художества на стенах называют. Но не в ругательном смысле, а по доброму. Там надо будет только скалодром построить, но его и тут ещё нет.
А зоопарка здесь нет. Есть отделение диких животных при ветеринарной клинике. Там держат зверей, которые покалечились. Или их машиной сбили. А вылеченных выпускают на волю. На Курилах считают, что держать зверей в клетках — неправильно. Хочешь посмотреть на зверя — иди в тайгу и смотри, сколько вздумается. Хоть на медведя, хоть на тигра. Если найдёшь. Звери умные, кому попало на глаза не попадутся.
При человеке держат только коров, овец и лошадей. Но не в городе, конечно. На фермах. На лошадках ездят по тайге. Но никто не будет гонять лошадь по морозу ради чьей-то хотелки. Ещё есть собаки и кошки, но это как везде.
А вот на Кунашире звери особые. Там есть ведмеди и едмеди, лисы-диверсанты и рыблины. Ведмеди очень похожи на обычных косолапых мишек, только разумные. Их совсем не надо бояться, и можно разговаривать. Они спокойные и никого не обижают. А едмеди — большие и серебристые. На них магия не действует, и пули их не пробивают. Идеальные воины. Но просто так и мухи не обидят.
Лисы-диверсанты — самые обыкновенные лисички. Но могут пробраться даже в запертую машину или помещение, чтобы украсть сыр. Или то, что попросят. Если не захотят, их ни за что не увидишь! Но они любят показываться людям, когда уже украли. Конечно, с безопасного расстояния, чтобы можно было только накричать, но камень уже не докинуть.
А рыблин — это рыбный филин. Как обычная сова, но другой, и очень большой. Рыблины самые умные, совсем как ведмеди, и очень хорошие телепаты. Могут слышать друг друга за много километров. И Наташу. И она их слышит далеко-далеко. У нас Пика и Вика тоже слышат рыблинов, но недалеко. А Мика даже умудряется общаться с Фыхом и Фухом. Это лисички-диверсанты. Я на Кунашире тоже попробую. Интересно же!
А ещё на Кунашире будут особенно серьёзные занятия магией. Потому что там с нами будут заниматься Надежда Николаевна и Наташа.
Кормят здесь очень хорошо. В столовую можно прийти в любое время, до позднего вечера, взять то, что тебе хочется и съесть. И сколько хочется. Если вдруг нет аппетита, не страшно, можно зайти попозже, когда захочешь. И не надо давиться тушёной капустой, всегда есть выбор. Тут такие блюда есть, которых мы и не видели никогда. То, что ребята нам привозили, только маленькая часть.
Всю одежду нам выдают. И повседневную форму, и праздничную, её парадной называют, и рабочую, и оранжевую строительную. И тёплые куртки, и обувь самую разную. Всё-всё-всё. Я свои вещи, которые из Москвы взяла, надела раза три за всё время. Два раза в театр ходили и один раз в кино. А в цирк не пошли, ребята сказали, что у нас в приюте цирк куда круче этого. Театр мне понравился. Особенно здание! На нём такие завитушечки красивые. И кони, как на Большом театре в Москве, только лучше. Актёры не такие крутые, но очень стараются. А кино — оно кино и есть.
Вся одежда сшита на фабрике Лацкесов. Папе это всё равно, а маме интересно. Формы шьют не сами Лацкесы, но они всё контролируют. Поэтому качество, как будто своими руками делали. Если для себя что-то очень захочется, можно сшить под заказ, но это уже за деньги. Мальчикам шьёт сам Ганнибал Лацкес, это самый главный из всех Лацкесов по всему миру. А девочкам — Сонечка, его внучка. Ей восемнадцать лет, и она уже три года самая лучшая женская портниха в мире. Все модные дамы княжества заказывают одежду только Сонечке. А ещё приезжают из Хабаровска и Новосибирска. Из России тоже бывают, но редко, лететь далеко. Да и дорого. А для нас цены особенные. Девчонки говорят, что тех денег, которые они зарабатывают, на все хотелки хватает с лихвой. Нам могут и в долг пошить, но я не хочу залезать в долги, да и не нужно мне ничего.
Я присмотрела себе очень хорошие карандаши, на которые денег не жалко. Даже пошла за деньгами, но встретила Тику, и она сказала, что так неправильно. Карандаши — учебное пособие, его нам бесплатно выдают. А если нужны какие-то особенные, то надо записать на приют, а не таскать серебро туда — сюда.
Мы с ней вернулись в магазин и сказали, чтобы карандаши записали на приют на мою фамилию. И всё! Это куда удобнее, чем платить, а потом возвращать деньги.
Папа и мама! Я очень по вас скучаю и жду не дождусь, когда вы приедете. Какой смысл сидеть в Москве, когда здесь так здорово! Про папину работу я ничего не знаю, а «клиник Вяземского» здесь пять. Две в Куньей Гавани, две на Сахалине и одна, центральная, на Кунашире. А сам Вяземский у нас главный в правительстве. Вообще-то он тоже князь, но просит к нему по титулу не обращаться. Просто Афанасий Иванович. Мол, князь у нас один, и другого нам не надо. Афанасию Ивановичу больше ста лет, но он выглядит совсем молодым. Какая-то новая методика, которая есть только у нас. Говорят, Российская императрица тоже по ней омолодилась и ещё сто лет править будет. Я не очень в этом разбираюсь, но всё равно здорово! И мама уже могла бы в этом участвовать!
Я хочу, чтобы Вы приехали, и я могла к Вам приезжать на выходных. А когда мы оказываемся в одном месте — прибегать, когда захочу. А мы наверняка окажемся. Как может быть иначе?
А жить я хочу в приюте. Там и интереснее, и учиться намного удобнее.
С любовью, ваша дочь Маня.
Глава 15
Морское путешествие, занятие, в целом, однообразное и скучное. Но если ты по самые уши нахватался новой магии, есть прекрасная возможность всё спокойно изучить, освоить и попробовать. Даже можно поиграться с огненной стихией, соблюдая, конечно, технику безопасности, успевая скидывать неудачные конструкты в воду подальше от корабля. И от остальных кораблей. Вода, несмотря на расхожее мнение, горит, правда, несильно и недолго.
А уж работать с водной стихией, так и вовсе раздолье! Хочешь, свою воду создавай, хочешь у океана одалживайся. Последнее, конечно, и проще, и актуальнее. Поднять волну, сгладить волну, создать водоворот, убрать водоворот. Подвести водоворот под волну и посмотреть, что получится. Выдернуть непомерно наглую акулу из родной стихии, постучать рыбьей головой о торчащий из воды камень. Нет камня? Водная поверхность тоже пойдёт. Вода, когда надо, очень даже твёрдая.
Для Лёшки вода — любимая стихия. Это Тимофей — человек с разносторонними талантами. Но на пару разбирались с водными заклинаниями с утра до вечера. День, второй, третий. А там и мыс Доброй Надежды. Правда, в этом мире и лицемерия, и суеверий поменьше, а потому никто его из мыса Бурь и Штормов не переименовывал. Да и в том помнили…
В общем, шторм, как положено, пришёл. Идея унять разбушевавшуюся водичку под кораблём, чтобы хотя бы рубку не захлестывало, просто напрашивалась. Останется, конечно, ветер, но не на парусниках же идем, когда волна по мордам не бьет, ветер не помеха! Вот и рванули наперегонки.
Эксперимент оказался удачным. Вывод первый: магия со штормовой водой работает на «ура». Вывод второй: чем больше кораблей, тем сложнее работать. Что логично. Вывод третий: если шторм серьёзный, ему плевать, на каком ухе у мага висит тюбетейка. И вывод четвёртый, главный! Опытный и слаженный экипаж под руководством грамотного командира справится и со штормом, и с магами, и тем и другим одновременно.
Экипажи курильчан уже неплохо сработались, командам трофеев опыта было не занимать, а командиров кораблей Кузнецов подбирал самым тщательным образом. Потому победили и шторм, оказавшийся к счастью, средней силы, и магов, и прочие удары судьбы. Никого не потеряли, никого не утопили, даже вертолёты с палуб не унесло, и яхту на буксире не оторвало. Прошли опасное место, как по ниточке. В общем, всё проверили, предел своих сил поняли, а что из шторма штиль не сотворить, не страшно, конструкты эти для других целей нужны. Но тренироваться надо больше!
Так за тренировками прошли бухту Натал с так и не построенным Дурбаном, просквозили мимо Мадагаскара, не увидев ни лемуров, ни местных красоток очень вольных нравов, ни их ревнивых мужей с тяжёлыми и меткими стрелами. Ещё немного, и вот он, Занзибар, а вот она, Момбаса. А прошла-то всего декада!
Само собой, Джуппо прибыл давным-давно. Телепортация навык не полезный, а очень полезный, особенно в местах, где всё знаешь. У Рателя по всему континенту раскинута сеть реперных точек, по которым можно за кратчайшее время добраться куда угодно. От Оранжевой до Момбасы четыре тысячи километров. Пешком замучаешься! А для Джуппо восемь прыжков. Даже с учётом отдыха в перерывах — четыре часа. Тимофей теперь может так же. По Африке. А в княжестве эту сеть ещё только предстоит создать. И обучить телепорту всех, кому хватит силы и надежности. То есть, не всех сильных магов, а сугубо достойных доверия. Надю, Наташу, Лёшку, князя Вяземского, омолодившегося не только внешне. И если жену Харза был готов вывести в астрал и научить всему оптом, то сестру, да и мальчишку… Рано им такое видеть. А лучше бы никогда не видеть!