Виктор Громов – Пункт назначения 1991. Целитель (страница 45)

Влад глянул пытливо, увиденным остался доволен.

— Не мешало бы, — согласился он. — Я уже засыпать начал.

Дальше… Дальше все было, как всегда: кустики, девочки налево, мальчики направо, быстрый перекус, полупустая дорога, музыка фоном, сигаретный дым в приоткрытое окно. Я ловил чистый кайф. Наверное, это осталось с далекого детства — поездки я обожал. Обожал шум движка, шуршание шин. Обожал вид мелькающих пейзажей за окном.

Влад сменил меня уже в сумерках.

На дороге не было фонарей. Притихшие девчонки дремали на заднем сидении. Ехать оставалось еще добрых полтысячи километров. Дорога стала совсем хреновой. Будто чинили ее последний раз при царе Горохе. В темноте ночи, без фонарей и разметки объезжать колдобины было трудно.

К трем часам ночи Влад сдался. Зарулил в широкий карман на обочине, предложил:

— Давай чутка переждем? Утром посветлу снова двинемся в путь.

Я был с ним абсолютно солидарен.

— Уже приехали? — Вера шумно зевала.

— Нет, — ответил ей Влад, — спи мы чуть отдохнем, как рассветет снова тронемся.

Я молча уставился в окно. Звезды были близкие-близкие, яркие, как елочная гирлянда, южные. Жутко хотелось протянуть руку и пощупать. С этой мыслью и уснул.

Калачовку увидели, когда часы показали десять утра. От долгого сидения ныла спина. В глаза словно насыпали песку. Справа вдали серым зеркалом сверкало море. В воздухе разливался терпкий соленый запах. Вика шумно вздохнула:

— Жаль, купаться нельзя. Холодно.

— Успеешь еще, успокоила ее Вера. Мы здесь не на один день.

Я про себя подумал, что, вероятно, даже не на один месяц. Потом свернул с шоссе и стал держать курс на церковные купола. Дом бабы Дуси был где-то рядом.

Найти его с первой попытки все равно не смог. Удивительно, но за это время деревенька сильно разрослась — обзавелась магазинами, клубом, школой. Превратилась в полноценный поселок. Я покрутился бес толку, раздосадовано плюнул, попросил:

— Вик, поможешь? Я заблудился.

Она словно очнулась. Вынырнула из своих мыслей.

— Да, конечно. Здесь налево за площадью.

Я повернул. Дальше команды следовали одна за другой. «Лабиринт Минотавра» поворачивал то налево, то направо, то вспять. Но, в любом случае, вел нас к цели. Лишь когда машина уперлась в синий, сто лет не ремонтированный забор, я вздохнул с облегчением. Приехали.

— Все? — Вера почти не верила, что долгому пути пришел конец.

— Бабушкин дом, — подтвердила Вика.

Влад вышел из машины, прошел по траве, дернул калитку. За пять лет створка почти вросла в землю. Открывалась с трудом, оставляя за собой черную борозду.

— Как-то у вас тут, — проворчал парень недовольно, поймал хмурый Викин взгляд и тут же исправился, — подремонтировать бы, говорю.

Я хмыкнул, отодвинул его, первым прошел во двор и оторопел — на дорожке, поросшей одуванчиком, на самом солнцепеке спал кот. Черный, огромный, в белых носочках. Знакомый до икоты. Не соврала Баба Дуся. Действительно оставила его мне. Я выдал пораженно:

— Ничего себе! Васенька? Сколько же тебе, — с трудом сдержал рвущегося с языка «паразита», поспешно заменил, — радости нашей, лет?

Кот поднял голову, одарил меня фунтом презрения. Потом неспешно поднялся, потянулся, зевнул, показав полный набор белоснежных зубов, и с непередаваемым достоинством направился к дому.

Я стоял и смотрел ему в след. Вопрос был один: «Как эта скотинушка может быть одновременно и там, у бабки, и тут в натуральном виде?» Ответа, ясное дело, не было ни одного.

В спину меня подтолкнули.

— Олег, ты с кем это говоришь?

— Как с кем, — я даже не успел удивиться, — с Васенькой.

Сзади повисла пауза. Первым подал голос Влад:

— А Васенька это кто?

Меня удивила его бестолковость. Вроде бы Владу это не было свойственно.

— Да кот бабкин.

Я указал рукой. Василий демонстративно уселся на крыльцо, уставился на меня совиными глазищами.

— Какой кот? — Это уже была Вера.

Спятили они все что ли после ранней побудки, после переезда?

— Обычный кот. Черно-белый. Вон, на крыльце сидит! Я его еще в семьдесят восьмом видел. Бабуля твоя его прямо здесь на ступеньках кормила молоком из блюдечка.

Васенька задрал лапу и с чувством принялся намывать бубенцы. Даже отсюда мне было слышно, как он со смаком причмокивает. И я отчетливо осознал, что этот паразит надо мной попросту издевается.

Вика подошла, встала рядом.

— Олег, — сказала она, — я тебя сильно расстрою, если скажу, что у бабушки никогда не было кота? У нее кошки не приживались. И собаки. И другая живность тоже.

— А корова была? — Я еще надеялся на чудо. Ну, не приснилось же мне это все?

— И коровы не было, — отрезала Вика. — Курей, если что, она тоже не держала.

Васенька перестал вылизываться, глянул на меня, как на идиота. Только что лапой у виска не покрутил. Потом поднялся, прошел сквозь стену и исчез в избе.

Глава 20.1

— Блин, — вырвалось у меня.

— Что?

— Он сквозь стену прошел.

Как ни странно, заявление мое не вызвало смеха. Поверили в него все и сразу стали серьезными.

— Вот так запросто прошел? — Прошептала Вера, ткнув пальцем в сторону совсем другой стены.

— Да. Я своими глазами видел.

— Дух, — Вика потянула ноздрями, словно пыталась определить Васеньку по запаху. Но ничего не почуяла, а потому вздохнула немного обиженно и пояснила: — Хранитель. Бабушка говорила про него как-то.

— Домовой? — попытался угадать Влад.

— Не совсем, но почти.

Василий выглянул из стены, фыркнул, завел глаза к небесам и снова исчез в доме. Я нервно моргнул — удружила бабуля, что ни говори…

Тишину нарушила Вика:

— Пойдемте в дом, — сказала она, — нечего тут стоять и пялиться на крыльцо.

Эта фраза всех привела в чувство, вырвала из столбняка.

— Где у нас ключ? — Влад деловито потер руки.

Вика усмехнулась.

— Где и положено. Под ковриком или над притолокой.

— Щас все будет в ажуре, — пообещал парень и ринулся на крыльцо, махом перелетев через две ступеньки.

Коврика под дверью не оказалось. Влад на миг замер в растерянности, потом пошарил над дверью, развел руками.

— Нет ничего. еще идеи будут?