Виктор Громов – Пункт назначения 1990. Шаман (страница 31)

— Смех без причины — признак дурачины!

Голос ее прозвучал спокойно, буднично, словно в словах не было ничего обидного. И я поперхнулся очередным смешком.

Она же ехидно усмехнулась:

— Доброго денечка, гостюшка, — с чем пожаловал?

В голове промелькнуло: «А мне почем знать? Я сюда не сам пришел. Меня сюда затянуло!» Потом покосился на бабку, и просто пожал плечами.

— Не знаю…

— Не знает он.

Она притворно вздохнула, прищурила глаза, глянула на печь, словно примеряла меня к котлу. Только что не облизнулась. Мне оставалось порадоваться, что все происходящее сон. Во сне же нельзя съесть человека на самом деле?

Ведьма словно прочитала мои мысли, глянула с гастрономическим интересом. По спине пробежал холодок. Подумалось: «А если можно? Кто их, этих ведьм, знает? Схарчит и не подавится!»

Бабка опять усмехнулась. Сказала вслух:

— Мясо не ем!

На печи кот изумленно вытаращил глазищи, сел на пушистый зад, сразу стал похож на филина. Я посмотрел на него, потом на бабку, покачал головой и сказал утвердительно:

— Я так и подумал. Вы и мясо вещи несовместимые!

— Умный, значит, — сказала она задумчиво. — Шутишь. Да? А чего в дверях стоишь? Чай не прирос?

Последняя фраза мне не понравилась. А вдруг? Я на всякий случай потоптался на месте. Ноги поднимались легко, корни с подошв не свисали. Хозяйка довольно хрюкнула.

— Иди к столу, — сказала она, — давай знакомиться. Не бойся, я добрая.

И снова бросила взгляд на котел. К моему счастью, там было занято. Я по дуге обошел печь и уселся на свободный стул по другую сторону стола.

— Олег, — представился я, решив не мудрить, называя чужие имена. Здесь в этом не было смысла.

На этот раз она улыбнулась широко, дружелюбно. Многозначительно сказала:

— Баба Дуся.

С глаз моих словно спала пелена. Я узнал и ее, и кота, и золотые шары во дворе. Это была та самая старуха из Калачевки, которая в далеком семьдесят восьмом водила меня к отцу Серафиму. Та, к которой я пытался увезти Ирку, спасая от порождения тьмы. Та, которой так и не смог вернуть банку из-под святой воды. Я невольно смутился.

— Вспомнил? — Спросила она с усмешкой.

Я подтвердил:

— Вспомнил.

— Все вышло?

Меня уже ничего не удивляло. Знает? Что ж, так проще. Не надо ничего объяснять.

— Да, вышло.

— Вода помогла?

Я постарался быть честным. Настолько, чтобы не обидеть ведьму.

— Отчасти. На время помогла.

Она кивнула, указала на левое плечо.

— Метку получил там?

К чему этот вопрос? Впрочем, баба Дуся и не стала ждать ответа, положила на скатерть руки и наконец-то озвучила мою мысль:

— А банку так и не вернул! Не стыдно?

Глава 15

Тут я рассмеялся. От души, на полную катушку. Вместе со смехом улетучилось напряжение, ожидание подвоха, гадости. Баба Дуся тоже тихонько хихикала в кулачок. Когда веселье немного схлынуло, я сказал:

— Стыдно, но не уверен, что смогу протащить ее сюда. Да и ложиться спать с банкой…

Она небрежно махнула рукой.

— И не надо. Что у меня, банок что ли мало?

Старуха провела перед собой ладонью, и на столе, как грибы после дождя, появилась разнокалиберная стеклотара. Оставалось только удивляться, что это? Магия? Обычные законы сновидения, где дозволено все?

Баба Дуся усмехнулась. Опять прочитала мои мысли.

— Все сразу. Я здесь хозяйка. Я здесь могу все.

— Мяу! — возмущенно раздалось с печи.

— И ты тоже, — согласилась ведьма, — куда я без тебя.

Кот совсем по-человечески кивнул, вытянул перед собой лапы и уложил на них лобастую голову. Опять погрузился в дрему.

— Вика ваша внучка? — Спросил я, переводя взгляд на хозяйку.

— Моя, — согласилась баба Дуся. — Хорошая она девка, но для магии не подходящая.

— Вика? — тут в действительно изумился. А об одной ли девушке мы говорим? — Почему? Вон как у нее здорово получается.

Баба Дуся небрежным движением испарила со стола баночный натюрморт, вздохнула, произнесла с горечью в голосе:

— Здорово… Ты думаешь? Разве это здорово! Сущие крохи, отголоски силы. Никогда ей не набрать нужной мощи. — А потом подняла вверх палец и торжественно выдала: — Се ля ви!

Я аж поперхнулся от неожиданности. Она понимающе хмыкнула.

— Ты не смотри на меня так. Это сейчас я деревня-деревней. Я не всегда такой была. Жизнь заставила. Сложно было древним фамилиям при советах…

— Сложно, — с этим я был согласен. То же самое я когда-то слышал и от собственной бабушки.

— Ну да не во мне дело. И не в Вике. Это все ждет.

Баба Дуся придвинула ко мне книгу.

— Открывай. Читай. Тебе девчонку скоро лечить, а это не просто. Учиться будем.

Я взял гримуар, послушно открыл, перелистнул пару страниц, поинтересовался:

— Вы и об этом знаете?

— Баба Дуся все знает, — сказала она нарочито сварливым тоном. — Бабе Дусе такой ученик самой судьбой на роду написан.

Это прозвучало излишне пафосно. Я не сдержался и съязвил:

— Так уж и написан?

Потом поднял глаза и глянул на ведьму — та больше не улыбалась, хмурила брови, кусала губы.

— Что-то не так?

Баба Дуся совсем неделикатно ткнула пальцем в открытую страницу.

— Искр нет!