Виктор Громов – Океан (страница 16)
– Ну да. Николай Иванович, – вызвал капитан реакторный отсек. – Как там дела? Максимальную скорость выдержим?
– Так точно, капитан. Только рекомендую не выходить на форсаж. А то снова…
– Понял тебя, – прервал его капитан. – Лада, увеличивая скорость до полного впе…
Подлодка затряслась. Ощущение было такое, что это не одна взрывная волна, не какой-то механический удар, а едва слышный шепоток по корпусу, который постепенно усиливался.
– Полный вперед!
– Капитан, – раздался мягкий женский голос, – получены первые данные. Это сероводород. Поток усиливается.
– Понял. Андрей, посмотри, где ближе всего к выходу из этого пузыря, и двигайся туда.
– Есть.
Подлодку трясло все сильнее.
– Нам главное, чтобы этот газ нас не перевернул и не поставил на попа́.
Только это было сказано, как мелкие вещи стали медленно скатываться налево.
– Нас разворачивает!
– Держи корабль ровно!
Теперь подлодку вращало так, как самолет при посадке при урагане. Она поворачивалась по всем трем направлениям. Благо, выравнивание было поручено Ладе, та, как могла, компенсировала эти возмущения
Вскоре предметы уже валялись на полу. Экипаж сидел, пристегнувшись, не сводя глаз с экранов.
– Так, вроде выходим из плотного фронта.
Это чуть позже почувствовали все. Подлодку уже не вертело так сильно, и они начали приводить порядок мостик. Немного прибравшись, Игорь сел обратно в кресло и от нечего делать проверил пульс членов экипажа. У всех он подскочил в два раза по сравнению с нормальным значением.
Кроме капитана. У него никакого скачка не было.
– Так, вышли из основного пузыря. Газы еще есть, но немного совсем.
– Дмитрий, – капитан снял шлем и устало потер лицо, – выпусти одну птичку в воздух. Посмотрим, как это все выглядит со стороны.
– Есть.
Через несколько минут все напряженно смотрели на экраны, куда летающий дрон передавал картинку.
– Ничего себе, – передал общую мысль Руслан.
Поверхность моря, небольшая относительно область, начинала вспениваться, как кипящая вода. Это процесс усиливался, поднимающиеся пузыри становились все больше, пока наконец не стали достигать поверхности какие-то совсем уж гиганты. Видимо, они пошли слишком часто, потому что экипаж увидел какую-то совсем уж сюрреалистичную картину: посреди моря внезапно образовался некий провал, пропасть, куда через мгновенье устремились миллионы тонн воды.
Так образовался гигантский столб воды, в десятки или даже сотни метров высотой и неимоверным диаметром.
– Мама дорогая…
– Ладно, – капитан обратился к оператору дронов, – давай их назад возвращай. Черт его знает, как это повлияет на радиосвязь, а может, и привлечет наших американских граждан. Не хватало еще дрон потерять.
– Есть.
Через полчаса, когда движение на восток продолжилось в привычном режиме, Игорь и Эмиль сидели в кают-компании и обсуждали произошедшее.
– Такое вообще часто бывает? Ну, подъем газов неизвестной природы со дна.
– Я слышал, что бывает, но никогда непосредственно подъем, выплеск не фиксировался. Сам понимаешь, это и раньше было практически невозможно зафиксировать. Океан все-таки большой, и в какой точке это будет происходить и в какой момент – сказать трудно. Да и человек в более отдаленные времена не всегда, как ты понимаешь, в морских путешествиях проводил сутки напролет, днем и ночью наблюдая за морем.
– Наверное, ситуации бывали, но примерно такие – о, море закипает. Мы не знаем, что это, но, скорее всего, там какое-то чудовище всплывает. Огромное, судя по области, и, конечно, злое, хочет сожрать весь корабль.
– Да, есть в океане такие области, которые пользовались определенной славой. Как тот же Бермудский треугольник. Или юг Индийского океана, недалеко от Антарктиды, помнишь?
Эмиль кивнул. Еще бы, то гиблое место всем ставят в пример как образец смертельных вод.
– Ходили веками легенды, что кто туда заплывает – те исчезают или поднимается чудовище и всех съедает. Или еще сотня вариантов страшных сказок, кто во что горазд. А ученые давно предполагали что-то подобное, правда, подтверждения не было. А потом все выяснилось, и, как почти все научные открытия, совершенно случайно.
– Хм. И как же? И насчет случайных открытий… Ты же сам знаешь, что случайные открытия происходят потому, что ученый готов к его появлению и примерно чего-то подобного ждет.
– Это да, но давай не будем углубляться, а то залезем в такие дебри… Так вот, насчет газов. Да, выяснилось, что там не стык тектонических плит на дне океана, как все ожидали, а единичная область потухшего подводного вулкана. И периодически он пердит смесью разных газов, в основном – сероводородом. Это все поднимается на поверхность в огромных количествах. Люди задыхаются и умирают. Или теряют сознание, а пока корабли без контроля – или тонут, или сбиваются с курса, или еще что-то. Так и здесь.
– Но странно все-таки, что этот район, где мы только что попали, не был исследован.
– Почему странно-то? Ведь корабли, как торговые, так и пассажирские, не ходят по всему океану, а только по выделенным маршрутам, наверное, десятая часть всего мирового океана или того меньше. Все остальное дико и девственно чисто. Годами не видело ни одного человека.
– Тут ты прав. Но неужели здесь, – он немного откинулся и, прищурившись, поглядел на экран, который показывал их текущее местоположение, – посреди Тихого океана, никогда никто ничего не замечал?
Игорь пожал плечами:
– Может, торговые маршруты пролегали чуть в стороне. Может, и исследовали, но очень многое же потерялось. А может, вообще это что-то новенькое, чего раньше не было.
– Да уж, – протянул Эмиль, – интересное зрелище мы наблюдали.
– Лада все данные собрала, я проверил. Потом я немного с ними покопаюсь, и представим дополнительный отчет, когда вернемся домой. Может, какая премия перепадет.
– Ты похудел, – внимательно посмотрел на него Эмиль. – Ты принимаешь все лекарственные комплексы? Смотри, без этого никак.
– Да знаю я, – отмахнулся тот. Не… Просто переживания последних дней. Да и сон плохой… Нервы, вот и похудел.
– Сон плохой? – удивленно переспросил Эмиль.
– Да. А что тут такого? Такие события, неудивительно, что впечатлений очень много.
– Да-да. Наверное, – рассеянно откликнулся Эмиль. – Наверное, когда американцы подходят к нашим берегам, у них такие же синдромы.
– Вот уж не знаю. Мне на самом деле плевать на них. Пусть не высыпаются и плохо воюют против нас. Нам же выгоднее.
– Какой ты кровожадный.
– Ну а что? Пусть болеют, страдают, не спят. Каждая потопленная подлодка их – это спасенные наши корабли. Так что, если ты спросишь, жалею ли я их – отвечу, что нет.
– А меня, знаешь, последнее время все никак не покидает одна мысль. – Эмиль немного отвернулся, будто с каким-то стыдом. – Американцы, думаю, не так уж сильно отличаются от нас. Я в том смысле, ну, что это такие же мужики, у них есть жены, дети. Они так же ходят в рейды на подлодках, так же боятся, что нарвутся на нас и не вернутся домой. У них те же заботы, те же интересы, с поправкой, конечно, на национальные особенности. Они ворчат на начальство, считают, что их не ценят, и так далее…
– Это ты к чему мне говоришь?
– Да вот просто думаю. А зачем вообще это все? Почему бы не жить мирно, как раньше. Да, там политики грызлись, но простому человеку-то что с этого? Они семьи строили, карьеру, детей родили. А сейчас? Ну вот зачем это все? Какое дело тебе вот до американского континента? У тебя там интересы? Какое-то имущество осталось? Помню, давным-давно, до нашего рождения, конечно, в школе проходили, Россия вечно, чтобы отвлечь внимание от внутренних проблем, влезала в какие-то конфликты по всему миру.
– Я что-то такое пропустил на уроках.
– Так вот. В мире постоянно же какие-то конфликты. То в Африке, то на Ближнем Востоке, то в Латинской Америке. То коммунисты какие-то, то нацисты, то местные бандиты, то политики, которых отстранили от кормушки, а они снова хотят вернуться. И Россия постоянно влезала куда-то, даже там, где у нее совершенно нет интересов. И как только США поддерживали одних, наши тут же начинали помогать их врагам. Зачем? Вот какая польза нашим людям, что мы поддерживаем каких-то арабов или негров? Так там еще смешнее ситуация была. Американцы как поддерживали. Давали вооружение, вернее, давали в кредит, а взамен брали под контроль все полезности, которые в этой стране есть: нефть, металлы, лес и прочее. Это рационально, это разумно. А как действовали наши? Поднимали экономику, практически бесплатно осуществляли поставки, фактически под честное слово. Под лозунги о всеобщей справедливости, миру мир, дружба народов и прочее. А потом правительства тех стран, которые наши, по сути, и ставили на власть, говорили: а вы не вмешивайтесь в нашу политику, мы независимая и великая страна, у нас многовекторность. И что получается? Мы, наши российские регионы, беднеют, из них выкачиваются ресурсы, а какие-то папуасы получают цивилизацию и развитие, которые в конечном счете так или иначе попадают под власть американцев. Потом новые власти этой Папуасии станут жирными, расставят везде своих родственников, будут бесить людей своим богатством, их в конце концов свергнут, и все по новой. Опять американцы начнут поддерживать одну из сторон, наши тут же назло им и, чтобы показать, что Россия великая держава, будем помогать их противникам. Ну, ты понял…