Виктор Григорьев – Уголовный процесс (страница 18)

Заявление об ускорении рассмотрения уголовного дела рассматривается председателем суда в срок не позднее пяти суток со дня поступления этого заявления в суд. По результатам рассмотрения заявления председатель суда выносит мотивированное постановление, в котором может быть установлен срок проведения судебного заседания по делу и (или) могут быть приняты иные процессуальные действия для ускорения рассмотрения дела.

§ 4. Принцип законности

Законность как особое общественное явление неразрывно связано с соответствием закону конкретных действий и актов, с неуклонным исполнением законов всеми участниками общественных отношений. Будучи в правовом государстве и цивилизованном обществе принципом жизни, режим законности распространяется на все ее сферы, подлежащие правовому регулированию.

В уголовном процессе принцип законности означает строгое и неуклонное соблюдение государственными органами, должностными лицами, ведущими производство по делу, и всеми участниками уголовного судопроизводства норм уголовно-процессуального законодательства при совершении всех процессуальных действий и принятии решений, а также при реализации своих прав и обязанностей.

Данный принцип закреплен в ст. 15, 49, 120, 123 Конституции и ст. 7 УПК, а также прослеживается в иных многочисленных нормах уголовно-процессуального права. В соответствии со ст. 7 УПК суд, прокурор, следователь, орган дознания, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий УПК. В тех случаях, когда указанными органами и должностными лицами в ходе производства по уголовному делу будет установлено несоответствие какого-либо федерального закона или иного нормативного правового акта нормам или положениям УПК, они должны принимать решение в соответствии с нормами действующего УПК (данное положение применяется с учетом изложенных выше правил о конкуренции правовых норм: высшая юридическая сила Конституции, приоритет федерального конституционного закона перед федеральным и – при равной юридической силе – федерального закона, обеспечивающего защиту конституционных прав и свобод человека).

Нарушение судом, прокурором, следователем, органом дознания, начальником органа дознания, начальником подразделения дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства норм или отдельных предписаний уголовно-процессуального закона влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств, отмену процессуального действия и решения. В соответствии с данным принципом любое определение суда и постановление указанных выше органов и должностных лиц должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Это означает, что все решения принимаются в соответствии с УПК, мотивировка решения должна носить конкретный характер, а не формально воспроизводить предусмотренные нормами уголовно-процессуального закона основания и условия. Мотивировка решения позволяет не только лучше уяснить существо и основание принятого решения, но и проверить в дальнейшем его законность и обоснованность[108]. Следует помнить, что принцип законности детализируется во всех нормах уголовно-процессуального права, распространяет свое действие на все стадии уголовного процесса, с ним согласуются все принципы процесса.

Таким образом, исходя из вышесказанного, законность можно определить как принцип, который находит свое выражение во всех нормах процессуального права, определяет все действия правоприменителя, распространяется на все стадии уголовного процесса и заключает в себе требование точного и неуклонного соблюдения и исполнения законов, регламентирующих уголовное судопроизводство, всеми его участниками.

Как справедливо отмечают некоторые процессуалисты[109], основными условиями эффективности данного принципа являются наличие в уголовно-процессуальном праве оптимального количества непротиворечивых и легитимных норм, их системность и систематизированность, доступность участникам уголовного судопроизводства и, наконец, соответствие норм права, которые требует соблюдать данный принцип, профессиональному и общественному правосознанию.

§ 5. Осуществление правосудия только судом

Этот принцип предусматривает исключительное право суда осуществлять правосудие, не допускает переложения данной функции ни на один внесудебный орган государства. Указанный принцип, сформулированный в ч. 1 ст. 118 Конституции, получил свое развитие в ч. 1 ст. 49, где, в частности, закреплено, что признать лицо виновным в совершении преступления, а также подвергнуть его уголовному наказанию полномочен только суд своим приговором. Только суд вправе принять решение о применении указанных в законе мер процессуального принуждения, ограничивающих права и свободы человека и гражданина. Лишь суд вправе принять решение о применении к лицу принудительной меры медицинского характера, принудительной меры воспитательного характера по отношению к несовершеннолетнему.

Аналогичное требование содержит и УПК (ст. 8). В частности, в этой статье сказано, что правосудие по уголовному делу в Российской Федерации осуществляется только судом. Никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Рассматриваемый принцип придает судебному разбирательству в суде первой инстанции значение важнейшей стадии уголовного процесса, а суд выделяет из всех иных органов, ведущих производство по уголовному делу, и ставит его в особое положение, обязывая выступать гарантом прав и свобод человека и гражданина.

Принцип осуществления правосудия только судом не ограничивается судебным разбирательством в суде первой инстанции, а характеризует все судебные стадии процесса. Судебное заседание – форма осуществления правосудия как на судебных, так и на досудебных стадиях уголовного судопроизводства (п. 50 ст. 5 УПК). В каждой из них правосудие осуществляется в тех формах, какие соответствуют характеру и назначению разрешаемых на данной стадии задач. Принцип определяет такой правовой режим, при котором отмена или изменение судебных решений допускается не иначе как вышестоящим судом и в порядке осуществления правосудия по уголовным делам. Ни одно судебное решение не может быть отменено или изменено каким бы то ни было государственным органом, в том числе высшей государственной властью.

В этом проявляется не только исключительность, но и полнота судебной власти: вступившие в законную силу решения суда обязательны для всех, не исключая высшие органы власти. Исключительное право суда осуществлять правосудие объясняется тем, что деятельность суда протекает в особом правовом режиме, который создает такие преимущества в разрешении уголовных дел, какими не располагает ни одна иная форма государственной деятельности. Этот порядок, а также статус судей, обеспечивающий их независимость, заключает в себе наибольшие гарантии для вынесения по делу законного, обоснованного и справедливого решения.

§ 6. Независимость судей

Конституция (ст. 120), а в соответствии с нею и отраслевое законодательство (ст. 1 и 9 Закона Российской Федерации от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»[110], ст. 8.1 УПК), формулирует независимость судей и присяжных заседателей при осуществлении правосудия и подчинение их при этом только закону как непреложную основу организации и деятельности судов в целом.

Независимость судей и подчинение их только закону – положения, органически связанные между собой; они составляют единый принцип, ибо независимость судей обусловливает их подчинение только закону, а подчинение судей только закону, в свою очередь, возможно лишь при условии, что они действительно независимы.

Независимость судей вне их обязанности подчиняться закону порождала бы произвол, а обязанность подчинятся только закону была бы по существу сведена на нет, если бы судьи находились в зависимом положении от каких-либо ведомств или должностных лиц.

Однако независимость судей нельзя понимать как их абсолютную свободу от государства, общества, политики. Судов и судей, независимых от общественных отношений, складывающихся в обществе, не было, нет и быть не может, ибо подобная независимость противоречила бы природе суда. Подчиненные только закону, судьи обязаны тем самым подчиняться воле народа и политике государства, выраженной в законах, ориентироваться на эти обстоятельства при толковании норм права, применении аналогии. Поэтому судьи независимы только от любых незаконных вмешательств, в том числе и руководства судов, в рассмотрение и разрешение конкретных уголовных дел.

В силу данного принципа судьи рассматривают и разрешают уголовные дела, руководствуясь только Конституцией и федеральными законами, а также своей совестью и личным правосознанием (ч. 1 ст. 8.1, ч. 1 ст. 17 УПК).

Судьи рассматривают и разрешают уголовные дела в условиях, исключающих постороннее воздействие на них. Вмешательство государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц или граждан в деятельность судей по осуществлению правосудия запрещается и влечет за собой установленную законом ответственность.