Виктор Глумов – Операция «Призрак» (страница 63)
– Во избежание недоразумений оружие придется сдать, потом вам его вернут. Советую проявить благоразумие, на входе – металлодетектор.
Парни нехотя разоружились. Фридриху показалось, что это в его жизни уже было. Где, когда? Вспомнился Усаков, и он помотал головой. Нет, иллюзия, здесь все по-другому.
Действительно, при входе имелся металлодетектор наподобие тех, что в старое время стояли на вокзалах. Справа и слева от него, уперев руки в боки, замерли бородатые мордовороты, оба седые и суровые. Ощущение неправильности происходящего усилилось.
По красной ковровой дорожке прошествовали в конец коридора, где за распахнутой дверью ждали тощий старик, похожий на Кощея Бессмертного, и престарелая женщина, ее лицо состояло, казалось, из одного носа.
– Ой, здравствуйте, – защебетала она, кокетливо приглаживая волосенки. – Мы и не думали, что кто-то навестит нас! Присаживайтесь, я сделаю вам чаю!
– Полжизни отдал бы за кофе, – сказал Фридрих, расстегивая белый ватник.
– К сожалению, кофе закончился двадцать лет назад.
Блондинка вдоль рядка стульев с откидными спинками направилась к тумбочке, где стоял старинный электрочайник.
Красицкий пересек вытянутую комнату, проверил жалюзи и уселся в середину ряда под окном, указывая на стулья напротив. Парни разделись, сели и уставились на Красицкого. Фридрих поглядывал на Кощея, прислонившегося к стене, и на носатую даму, замершую возле чайника.
Красицкий еще раз поздоровался и представил старика:
– Это генерал Ройфман, девушка – Лана. Можете не представляться, не факт, что вы и дальше захотите оставаться здесь. Итак, раз вы прибыли в Готланд, значит, узнали, что антивирус существует, и отправились за ним. Как вы узнали и почему так поздно поехали, мне не важно, это расскажете другому человеку, моя миссия – ввести вас в курс дела.
Пренебрегать правилами приличия Фридрих не стал, назвал свое имя. Потом представились парни.
– Так он существует? – не унимался Леший. – Антивирус?
Красицкий посмотрел на него снисходительно:
– Да, он существует. Но прежде послушайте не перебивая. Как выяснилось, заражение произошло не случайно, вирус создал профессор Бильман, чтоб уничтожить человечество…
Беркут скривился:
– Он сумасшедший? Этот ваш Бильман?
– Не знаю. Как вы поняли, у него все получилось. Но просочилась информация, что на острове Готланд существует антивирус, причем она стала известна многим из ограниченного круга сильных мира сего. Сюда устремились люди из разных стран – одиночки, в сопровождении ЧВК и целых армий, всем хотелось заполучить антивирус и управлять миром. Остров купался в крови. Но когда получали желаемое, люди успокаивались и понимали, что антивирус… точнее, антиштамм Бильмана – еще большее зло. Да, человек, получивший инъекцию, уже не мутирует, но он становится бесплодным. Именно поэтому мы не спешим делиться антивирусом с другими людьми.
Воцарилась тишина, которую нарушил Яр:
– Подожди… Значит, антивируса много и нам хватит?
– Наверное, хватит на всех, живущих на Земле. Раз уж вы здесь, то получите дозу и останетесь с нами.
– Нас ждут жены! – возмутился Снег. – Мы не можем остаться!
– Если кто-то из вас откажется, получит весельную лодку и пинок под зад.
– Это иллюзия выбора, – сказал Беркут, сжимая кулаки. – Или шторм утопит, или муты сожрут, если я куда-то доплыву.
– Мы должны оставить человечеству шанс, – объяснил Красицкий. – Как показала практика, каждый собственную жизнь ценит выше продолжения рода. Даже женщина готова отказаться от материнства ради возможности жить долго. Потому тайна должна умереть вместе с нами. Что-то подсказывает мне, что вы, ребята, – последние наши гости.
Только сейчас до Фридриха дошло, что казалось ему неправильным: не было слышно детского плача, не встречались молодые люди. Самому юному было далеко за сорок. Конечно же, долгая жизнь – наивысшее благо. Судя по воодушевлению на лицах ребят, они готовы сделать инъекцию… Неужели нет выбора? Что, если…
– Артон, – сказал он. – Но ведь необязательно обрекать себя на вымирание, Бильмана можно обмануть.
Красицкий вытянул шею, приготовившись слушать.
– Смотрите. Мутировать может любой после шестнадцати, кроме беременной женщины. Можно построить общество, где непривитая молодежь размножается дважды, а потом получает инъекцию, это ведь логично.
Ответил Кощей, о котором Фридрих уже забыл:
– Думаешь, мы дураки и не рассматривали такой вариант? Человек настолько порочен, что находит способ нарушить правила. У нас был такой экспериментальный город. Не желая рожать, женщины пытались получить антивирус раньше срока, возникали конфликты, и большую часть жильцов пришлось уничтожить.
От обрушившихся знаний голова пошла кругом, но Фридрих взял себя в руки и направил мысли на анализ ситуации и поиск оптимального решения. Значит, все жители Готланда – не простые смертные, а люди, допущенные к информации. Это военные, работники спецслужб, члены правительства – сильные мира сего. Как известно, наверх быстро всплывает в основном субстанция коричневого цвета, значит, почти все собравшиеся на острове – прожженные прагматики, которые мать продадут и горло брату перегрызут. Доверять им нельзя. Обыграть их будет непросто.
Мышеловка захлопнулась. Брать лодку и плыть назад – самоубийство. Нужно найти способ избежать инъекции.
– А возможен вариант, что мы останемся среди вас, но не получим укол? – спросил он.
Красицкий покачал головой:
– У вас два варианта: долгая жизнь и бесплодие или лодка и неизвестность, но возможность размножаться. Выбирайте.
Людей на острове тысячи, перебить всех не получится. Даже если прорваться к боевым кораблям, неизвестно, удастся ли их угнать. Даже если удастся, то его догонят другие готландцы. Да и смысл возвращаться ни с чем? Вариант отметается. Плыть в лапы мутов на лодке тоже нет смысла. Значит, остается одно: сделать инъекцию, принять условия местных, если таковые имеются, влиться в коллектив и попытаться сбежать потом. Правда, непонятно, куда бежать и зачем. Все, приплыли: впереди стена.
Ученики с радостью и надеждой смотрели на него, только на лице Снега читалась грусть. Глупые, они не понимают, насколько все плохо. Все надежды обернулись могильными плитами! Он один – сумасшедший, который пытается спасти то, что обречено на умирание.
В любом случае, нужно хотя бы парням оставить надежду. Фридрих сделал одухотворенное лицо и проговорил:
– О чем тут думать? Я с момента заражения четыре года не мутировал, у меня времени почти не осталось, давайте вашу инъекцию!
Парни вытаращили глаза, не веря своим ушам. Фридрих продолжал врать:
– Не представляете, до чего жутко жить, зная, что в твоей крови циркулирует зараза! В любую минуту… Давайте же его скорее!
– Только завтра. В нашем городе его нет, – подала голос Лана, разливающая чай по чашкам.
Первым она обслужила Фридриха, он принял блюдце с чашкой, поблагодарил женщину. Только бы парни поняли, что сейчас надо не качать права, а подыграть ему. Похоже, до Беркута дошло:
– А вдруг мы уже сейчас мутируем? Вам хорошо, а мы рискуем.
– Это невозможно. Антивирус находится в одном месте, его невозможно куда бы то ни было перевезти – еще одна злая шутка Бильмана, – сказал старик, кряхтя, привалился к стене другим боком и скрестил руки на груди. – Вы сами все увидите. Вам повезло, что мы вас предупреждаем, обычно человек узнает обо всем постфактум, но в нашей общине случались эксцессы, когда люди мстили за ложь, потому лучше сразу сказать, а вы уж сами решайте.
Красицкий хлопнул в ладоши:
– Чуть не забыл! Имеется маленькое дополнение. Нас тут мало, много стариков. Потому вам надо будет отработать право на долголетие. И еще раз напоминаю: никто не должен покидать остров без разрешения правительства. Любой нарушитель будет уничтожен.
– Отработать – это как? – без эмоций спросил Яр, видно было, что перспектива остаться тут навсегда его не радовала.
– Ничего сложного. Вам предстоит трудиться на нефтяной вышке пять лет. Если вы что-то умеете лучше других, радуйтесь: вам предстоит работа по призванию. Но в любом случае вопросы вашего трудоустройства буду решать не я.
Беркут впился во Фридриха взглядом, словно пытался прочесть его мысли.
Работа на вышке не входила в его планы, надо будет показать себя и мальчишек умелыми инженерами, пару моторов запустить или «изобрести» для них что-нибудь давно известное. Плохо, что у них есть нефть, могут заинтересоваться его талантом и отправить на вышку чинить оборудование. Ничего, он пообещал себе что-нибудь придумать позже.
– Достойная плата. Я согласен. Парни, вы как? – сказал Фридрих. Ему казалось, что он бесконечно долго бежал к цели, терял смысл жизни, друзей, любимых. И вот последний поворот.
Сил почти не осталось. Собраться для последнего рывка, свернуть… И удариться о бетонную стену. Антивирус не забрать, чтобы построить свой мир. Максимум, что можно сделать, – подарить ребятам долгую жизнь. Пусть поживут без страха. Но скажут ли они спасибо?
В любом случае разумнее жить, чем обречь себя на смерть. Со временем можно что-то придумать. В конце концов готландцы вымрут, и тогда парни смогут протолкнуть его идею и обмануть Бильмана посмертно.
Леший так ничего и не понял, завертел головой по сторонам и сказал: