Виктор Фёдоров – Тень изначальных (страница 13)
Старый лис вздохнул, уселся в седле поудобнее.
– Задавай вопросы. Ответов не обещаю. Точных ответов – тем более.
Торговка чуть ли не подпрыгнула в седле, Эдвин навострил уши.
– Начнем издалека. Сколько ты уже занимаешься всем этим?
– Более десяти лет.
– Но покинул гвардию сразу после войны. Значит, еще столько же где-то потерялось. Что делал до того, как стать вором?
– Учился воровать. – Лис поймал ее взгляд. – Что ты хочешь услышать? Даже те знания, которыми ты уже владеешь… Вы все владеете. Этого достаточно для того, чтобы подписать смертный приговор каждому из присутствующих. Ловких, скрывающихся в тенях воров, не существует. Как и людей, гуляющих через ту сторону. Такова общеизвестная правда.
– Но какова она на самом деле… – протянул Гааз, ни к кому конкретно не обращаясь.
– На самом деле… После армии я взял пару лет на то, чтобы разобраться с личными делами. – Увидев, что торговка открыла рот, вор поднял ладонь. – Подчеркну – «личными». Получилось не очень.
– И решил стать вором?
– Никто не просыпается утром с мыслями о том, что с сегодняшнего дня стоит начать изымать чужое имущество. Все предпосылки для этого уже были. Контакты, знакомства. Когда я остался не у дел в этом Мире, мне подкинули работу, простую. Потом чуть сложнее. Это заняло годы. Базовым вещам я обучался в процессе. Когда стало ясно, что я берусь только за «интересные заказы»…
– Интересные?
– Необычные. Странные. Связанные с риском…
– Такие, как нынешний.
– Нынешний даст фору всем остальным. Так вот. После этого мне прямо предложили перейти на следующую ступень. Подготовка к заказам, которые обычный человек выполнить неспособен. К тому моменту мне уже было все равно. Лишний козырь в гонке со смертью. И гонка эта продолжается до сих пор.
– И сколько ты учился ходить на ту сторону?
– Около семи лет. Но на тот момент мне был доступен радиус около пары метров, а восстанавливался я потом неделями. Практика, практика и ничего кроме практики. Повторюсь: того, что произошло в Вествуде, не делал никто.
Вор скользнул по юноше глазами, Эдвин поежился. Ани задала следующий вопрос:
– И как это происходит? В общих чертах.
– Я думаю, в какую сторону и на какое расстояние хочу шагнуть. Если конечная точка находится в разумных пределах, то я отказываюсь там.
– И все?!
– Девочка, если захочешь перенестись вон к тому дереву, то советую как следует двинуть коленями, – Сэт ухмыльнулся, – иначе останешься на месте. Я не жалуюсь на словарный запас, но еще не придумали фраз, которыми можно описать весь процесс. А если тебя интересует, вижу ли я в этот момент кого-то из изначальных или призрак собственного папаши, – нет, не вижу.
Парацельс покачал головой.
– Мы слишком буднично говорим о вещах, от которых у любого священнослужителя пошла бы пена изо рта.
– Пока генералы обряжаются в мундиры и получают наградные мечи, за клочок земли гибнут обычные солдаты. А покуда святоши стучат себе по лбу и копаются в писании, по той стороне, которой они поклоняются, гуляют такие, как я. Мир частенько несправедлив.
Дорога начала идти в горку, зеленый край небольшого холма виднелся на горизонте. Лошади зацокали по извилистой тропе. Эдвин вытащил из седельной сумки яблоко и мелкий походный ножик, аккуратно отрезал дольку, закинул в рот. Отрезал вторую, вопросительно оглянулся на торговку, Ани покачала головой. Пожав плечами, он перегнулся через седло, на ходу скормил лакомство Агрель.
Диалог за спиной продолжился:
– Подводя к нашему путешествию. Как так вышло?
– Вся эта история с медальоном? – Эдвин услышал, как Сэт прокашлялся. – Нужно перенестись в начало года. Тогда мне уже мало что было интересно. Может, это и оскорбит обычных ремесленников и работяг, но воры зарабатывают несравненно больше монет. Даже слишком много. Поэтому причин рисковать собой – все меньше и меньше.
Юноша встрепенулся.
– Постой. А когда ты выкрал медальон?
– В начале лета.
– Выходит, подготовка заняла почти полгода?
– Подготовка, переговоры, сбор информации. Но, как видишь, стоило подготовиться получше. Впрочем, уверен, ни один осведомитель не смог бы включить в свои расчеты мальчика-каменщика из деревни. Ты поменял правила игры, парень.
Парацельс сочувствующе покосился на него. О том, что Эдвин теперь шел в качестве придатка к безделушке, были информированы уже все присутствующие. Гааз уточнил:
– И как это было? Все приготовления?
– Не хочу много трепать языком. Поверь, сначала было известно только то, что медальон существует. Но даже это пришлось проверить. Уж слишком невероятным казался озвученный заказ. А дальше… Пришлось поднакопить знаний, ведь глупо соваться в самое пекло, не будучи как следует информированным. Маршруты стражи, расположение комнат…
Ани перебила:
– Озвученный заказ? Что именно тебе сказали?
– Не многое. Как уже было упомянуто – я был не очень-то заинтересован в любой работе. Но тем не менее запрос относился именно ко мне. Что уже было подозрительно, ведь я точно не оставляю записки со своим именем на месте прошлых заказов.
– И все же, друг мой, по континенту гуляют слухи. – Гааз цокнул языком в унисон движению коней.
– Увы. Я насторожился, а затем услышал цену. Монеты не так важны, но упомянутая сумма была настолько… нестандартной, что я сел за стол и начал слушать. Любопытство не порок, хотя его нужно держать в узде, теперь я это понимаю.
Эдвин прокрутил в голове ту самую «упомянутую сумму». Сто тысяч золотых – на эти деньги можно купить целую деревню, и не одну. Невероятно.
– И что дальше?
– Информация была сцежена по чайной ложке. Крайне ценная безделушка, хранящаяся втайне. И после того, как предыдущий владелец ушел в небытие, вокруг начал закручиваться клубок событий. Другие подобные вещицы, если и остались в этом Мире, покоятся в тишине, за кучей замков. Например, мне поклялись, что подобная диковинка имеется во владении у Вильгельма, семейная реликвия и все такое. Но выбирая между столицей и любым другим городом, в который собираешься залезть, всегда выбирай не Аргент.
Голос в голове звучал разочарованно. Чтобы отогнать его, Эдвин спросил:
– Что это был за город? Откуда вынес медальон?
Сэт поморщился, словно пожалел, что позволил втянуть себя в разговор. Но все же ответил:
– Теодора.
Если название что-то и говорило Эдвину, то на уровне отдаленных воспоминаний. Зато Парацельс дернулся так, что чуть не выпал из седла. Ани посмотрела на Лиса с изумлением.
– Теодора? Не пошел в одну столицу, так подался в другую? Это же главный город всех восточных земель. Рассказывают, что правительница Веллестеран – единственная, кто за все эти годы не явилась на поклон в Аргент.
– Спасла свой народ, признав Вильгельма как владыку, но не обивает каблуками его пороги. – Гааз почесал переносицу. – Но, Лис, проклятье! Ты правда влез туда?
– И даже вышел обратно. И нахожусь в пути по сей день.
Целитель аж рот приоткрыл от восторга. Молвил в пустоту:
– И правда все еще любишь зеленый цвет, да?
– Причем тут это? – Ани с удивлением посмотрела на старика.
Тот ответил с лукавым взглядом:
– То, что Сэт ограбил подземелья или башни Теодоры, уж не знаю, где там хранился медальон, – это невероятно само по себе. Это один из самых больших и процветающих городов Симфареи, не могу представить, через что ему пришлось пройти, но надеюсь когда-нибудь услышать эту замечательную историю. Сродни серебряной гвардии Вильгельма, в восточных владениях следит за порядком крыло Теодоры. Нечто среднее между секретной службой и непосредственно вояками. С одним лишь отличием – слышал, что у руля там стоят в основном женщины.
Врач перевел дух. Эдвин заметил, как Лис бросил на него предупреждающий взгляд.
– А что касается Веллестеран… Для перечисления ее достоинств и заслуг не хватит всего времени, оставшегося до заката. Поэтому я упомяну лишь одну вещь: поговаривают, что у нее невероятно красивые зеленые глаза.
Ани уставилась на вора, тот с бесстрастным видом покачивался в седле.
– Быть не может. – Гааз потер узловатые ладони друг о друга, словно ему вдруг стало холодно. – Друг, не говори мне, что именно этим они тебя зацепили?
– Много болтаешь.