Виктор Фридман – Выстрел в девятку (страница 37)

– Вот Гладышев, спиной к центральной трибуне, бежит поздравить забившего. Чуть переместим ракурс…

Борис поместил точку наблюдения на линию ворот около углового флажка, где была установлена камера, заснявшая ранение, и стал перемещать её вдоль центральной трибуны вплоть до противоположных ворот.

– Так, но у тебя же есть точная геометрия раневого канала. Ты это учёл?

– Да, но анализировать пришлось уже в другой программе, а она установлена только на моём компе… Я сохранил с неё несколько изображений, – с этими словами Борис достал флешку и вставил её в компьютер. – С учётом расположения раневого канала можно приблизительно вычислить, откуда был произведён выстрел. Плюс-минус пара градусов разброса… Чтобы не углубляться в тригонометрию, на расстоянии ста метров разброс будет означать «пятно» примерно семь метров в диаметре. Но даже с такой погрешностью получается какая-то фигня…

Борис вывел на экран изображение: прочерченный программой диапазон, откуда мог быть произведён выстрел, с учётом возможной погрешности, представлял собой сильно вытянутый конус с вершиной в точке ранения на спине Дениса. Этот конус расширялся в направлении центральной трибуны, но значительно выше неё, и далее проходил ещё в нескольких метрах над крышей стадиона, словно стрелок висел в воздухе. Именно там и было прочерчено основание конуса диаметром в семь метров.

– Вот такая бессмыслица… – обречённо заключил Борис, увидев удивлённые лица коллег. – Я дважды перепроверил, получается именно так.

– Скорее всего, – сказал Григорий, – всё-таки идеально до сантиметра картинку восстановить не смогли, поэтому, с учётом погрешности, наиболее вероятным мне видится вариант с размещением снайпера на крыше над центральной трибуной.

– Ага, точно, – язвительно заметил Кацман. – Снайпер, которого пропустила охрана, либо он альпинист, которого не заметил никто из 80 тысяч болельщиков, даже силуэта, а зрители на верхних рядах оказались глухими! Что ещё находится на той трибуне?

– ВИП-ложи, комментаторские кабины, – сказал Григорий.

Кацман пару секунд раздумывал, потом продолжил размышлять вслух:

– Предположим, какая-нибудь ВИП-персона могла пронести оружие в закрытую ложу… Думаю, этих шишек особо не досматривают на входе. Но выстрел же всё равно должны были услышать, как минимум, ближайшие к ВИП-ложе зрители, не говоря уже о соседних ВИП-ложах, комментаторских. Нет, чушь какая-то!

– Этот выстрел обязательно уловили бы шумовые микрофоны на стадионе, – добавил Григорий. – А в трансляции нет даже намёка на звук выстрела.

– Может, он использовал глушитель? – предположил Игорь.

– А что мы тогда слышали на отфильтрованной аудиозаписи? – возразил Борис. – Мне, конечно, пришлось повозиться, но звук отчётливый, сами всё слышали…

– И если бы у него был глушитель, – добавил Кацман, – ему не потребовалось бы дожидаться гола, он мог в любой момент выстрелить. Так что совершенно точно глушитель он не использовал. Почему не использовал – вопрос отдельный, с которым нам ещё предстоит разбираться.

– А допустим… – осторожно сказал Игорь, – я, конечно, предложу совсем фантастический вариант, но всё же… может, это дрон? Подлетел – выстрелил – улетел. И оператор им управлял удалённо.

– Это исключительно сложная задача, – категорично заявил Борис, – с высокой степенью непредсказуемости и риском промахнуться. Одно дело – подослать дрон к группе стационарно расположенных бойцов, и совсем другое – к хаотично перемещающимся футболистам. Нет, исключено. Тут действовали наверняка. Да и вряд ли дрон смог бы укрыться от камер.

– К тому же, в случае с дроном не нужны были бы все эти извращения с растворимой пулей, – заметил Кацман. – Она понадобилась для эффекта отложенной смерти, чтобы убийца успел уйти. Нет, что-то тут явно не складывается… Пожалуй, пора съездить на стадион и осмотреть место преступления. На четвёртый день, блин! Классно работаем, да? Три дня прошло, подозреваемого нет, на месте преступления не были. Супер просто! Гриша, ты со мной завтра, прямо с утра и поедем.

– Всегда готов! – откликнулся Григорий. – Стадионы – моя стихия!

– Борюнчик, – обратился Кацман к компьютерщику, – дружок мой, а как у тебя обстоят дела с анализом телефона Дениса? Три дня прошло, ты как-то не очень торопишься, по-моему. Может, тебе ускорение придать? Совесть у тебя есть? Или мне начать принимать меры? Сколько можно мусолить один телефон?

– Андрей Семёнович, делаю всё возможное, – ответил Борис. – Сами видите, постоянно приходится отвлекаться на более срочные задачи. Но я почти закончил, есть любопытные моменты, я вам завтра всё сразу изложу. Там же и звонки, и переписка, куча мессенджеров, фотографии, видео… Всё это надо отсмотреть, проанализировать, пробить номера телефонов. Думаю, завтра будет готово.

– Уж постарайся! – строго сказал следователь. – А сейчас у меня ещё два задания для тебя – и, как обычно, более срочных. Первое: распечатай мне схему футбольного поля с точной отметкой, где находился Денис в момент выстрела, и его точным положением. Даже так – полную картину с положением всех, один вид сверху и один вид сбоку. И конус этот добавь, буду по нему на месте уже искать. Это вот прямо сейчас надо. И второе, на завтра: Кирилл набросал фоторобот одного перца, тебе надо будет его пробить по всевозможным базам. Надежды не слишком много, но вдруг повезёт. Потом возвращайся к телефону Дениса. Завтра чтобы был результат!

– Понял. Пойду пока схему распечатаю.

Борис вышел и вскоре вернулся с распечатками.

– Замечательно! – Кацман внимательно посмотрел на цветные изображения с красной отметкой, указывающей местоположение Дениса, и расходящимся в сторону трибуны и вверх полупрозрачным конусом. – Спасибо, отличная работа! Мы тебя больше не задерживаем. До завтра!

– Всем пока! – Борис пожал всем руки и покинул переговорную.

Остальные сидели молча.

– Чёрт-те что… – Кацман выглядел озадаченным. – Прям квест какой-то! Игорёк, завтра с утра сообщи пресс-службе, пусть обнародуют информацию, что это убийство, что ведётся следствие и всё такое… Но информации по минимуму, ни слова лишнего! Согласуйте окончательный вариант с пресс-службой и с Зубовым, но предварительное согласие он дал. Так, ну, вроде всё на сегодня. Есть что добавить, коллеги?

Тишина повисла в воздухе. Совещание снова оставило больше вопросов, чем дало ответов.

– Тогда до завтра!

Следователь и его помощники попрощались и разошлись по домам.

На следующий день, 31 мая, в 10 утра майор Кацман и лейтенант Манукян мчались в машине в сторону стадиона. Ехать было примерно полчаса. В последний день весны, накануне лета, погода наконец-то начала подавать признаки жизни. Температура на улице становилась всё комфортнее, и люди охотно сбрасывали с себя опостылевшие куртки и пальто, заменяя их на ветровки и плащи, чтобы вскоре избавиться и от них. Густой туман, с раннего утра заливший молоком все улицы, начинал рассеиваться, и сквозь него даже местами проглядывало солнце, а за пока ещё густой пеленой угадывалось безоблачное небо. Следователь решил, что это хороший знак.

Он припарковал чёрный автомобиль с красной полосой и надписью «Следственный комитет» недалеко от входа в главные ворота стадиона. Следователь с помощником миновали открытую калитку и вскоре подошли к футбольной арене. Как истинный болельщик, Григорий каждый раз испытывал трепет при виде стадиона. Тем более такого. Пустая 80-тысячная чаша выглядела непривычно и заброшенно. А ведь всего четыре дня назад здесь кипели нешуточные страсти! И произошло убийство…

Посетители первым делом осмотрели стадион снаружи. Строители не спеша возводили прилегающий бизнес-центр, а многотонный каток укатывал свежий асфальт на дальней от главного входа стороне.

Кацман остановился около самой стены и посмотрел наверх, оценивая возможность вскарабкаться на неё. Примерно 25 метров в высоту, абсолютно гладкая поверхность, кирпичик к кирпичику, ни уступа, ни выступа – без вариантов.

– Молодые люди, вы что-то ищете? – раздался недовольный голос появившегося охранника.

Следователь развернул удостоверение и представился:

– Майор юстиции Кацман Андрей Семёнович, Следственный комитет. А это лейтенант Манукян, оттуда же. Нам бы попасть внутрь этого прекрасного здания или переговорить с администрацией. А лучше и то, и другое… и можно без хлеба, – добавил Кацман.

Охранник как-то моментально подобрел и не смог сдержать улыбки:

– Если без хлеба, то вам надо обойти стадион слева, и в торце, где написано «Трибуна D», как раз под вывеской будет вход в администрацию. Там спросите, вас сориентируют.

– Премного благодарен! – ответил следователь, и они с помощником двинулись в указанном направлении.

Через несколько минут они зашли в административный вход, где их отправили на третий этаж.

– Директора сегодня нет, к сожалению, но есть его заместитель, – прощебетала секретарша высоким голоском, который совершенно не гармонировал с её округлыми – даже чересчур – формами и пухлыми, ярко накрашенными губами. – Позвать его?

– Конечно, золотко, – Кацман сходу начал заигрывать с секретаршей, – нам нужен любой человечек, который сможет рассказать немного об этом стадионе и сопроводить нас к футбольному полю и на трибуны. Поможешь нам?