Виктор Елисеев – Mediaгрех (страница 9)
Проблемы возникли неожиданно. Очередная пассия умудрилась залететь. Но что самое поганое, этой кобыле-акселератке оказалось всего пятнадцать, и однажды она нарисовалась на пороге Маратова дома, ведомая за руку разгневанной матерью. Озвученные мамашей альтернативы: свадьба или тюрьма – оптимизма не внушали.
Марат, к счастью, тогда перегонял машину своему дяде, живущему в нашем городе, поэтому родителям удалось отбиться от потенциальных родственников заявлением, что знать ничего не знают, а сын живет и учится в другом городе в институте. Разъяренная мамаша юной любительницы приключений приходила еще несколько раз, надеясь застать этого «растлителя малолетних», поэтому на семейном совете было решено, что Марат останется у дяди, а для поддержания легенды и замаливания грехов пойдет в институт, на журфак.
Так Марат оказался у нас на журфаке. Что удивительно, голова у него оказалась светлая, и вступительные он сдал самостоятельно, хотя дядя и предлагал дать на лапу кому надо. А сейчас он прозябал в городской администрации, в отделе по делам молодежи, спорта и туризма.
Я решил не тянуть и сам отправился к Марату в гости. Жил он в старом районе города, в обшарпанной хрущевке. Добрался на автобусе номер девять, долго петлял между старыми домами и наконец добрался. Позвонил в дверь. Сначала за дверью было очень тихо, потом почему-то раздался грохот, и дверь стремительно распахнулась.
– О, здоровчик, Макс!
Марат, завернутый в полотенце, был похож на героя греческих мифов. Коренастый, загорелый, мускулистый – я в очередной раз подумал, что не помешало бы и мне купить абонемент в качалку.
– Ну чего замер? Я не показания счетчика пришел снимать! Иди оденься хоть!
Пока Марат одевался, я прошел в гостиную. В шкафу поблескивали медали, кубки, фотографии с судьями, атлетами и пьедесталами. В углу висела боксерская груша. Сделав по ней пару ударов и отбив кулаки, я направился на кухню.
Марат вышел и первым делом до хруста пожал мне руку.
– Как сам? Все еще из телика вещаешь – или как?
– Да вот нет, я тут рекламщиком устроился.
– Что, листовки на улице раздаешь? – ехидно спросил Марат.
– Не, кое-что покруче. Я как бы генератор идей, понимаешь? Сижу в отдельном кабинете, кофе попиваю, мозгами раскидываю.
– Ну, нормально так.
– Во-во. И это все в сети спортивных магазинов.
– Моя тема! – Марат улыбнулся.
– Я знал, что тебе понравится. Мы собрались выпускать молодежную газету, и мне надо собирать команду.
– Что за газету? И ты сам там кто?
– Газету… крутую. Желтую. Шок, Секс, скандалы, интриги и все такое. Я – главред! Собираю только своих пацанов!
– Хм… Звучит круто…
– Ты-то сам чем занят?
– Говном. Бесит уже эта администрация.
– Чего так? А ко мне пойдешь работать?
– А платить-то будут нормально?
– Ну, из конуры своей, я думаю, быстро съедешь.
– Заметано!
Мы пошли в бар. За пивом вспоминали знакомых журналистов, выяснилось, что у Марата есть знакомый репортер, жмущий 160 от груди, но постепенно беседа свелась к спору, где бабы красивее – на журфаке или в инязе.
Знакомый репортер оказался студентом журфака и, конечно же, сразу подтвердил, что бабы там круче (Марат проиграл мне косарь). Идея работать в подобной газете ему понравилась, и он пообещал подогнать еще ребят.
Глава восьмая. Летучка в парной
В пятницу, ближе к концу рабочего дня, к центральному магазину «Бадлера» постепенно начали стягиваться «мои» участники команды. Встреча в сауне была назначена на полдесятого вечера, но, зная раздолбай-скую сущность некоторых участников, я договорился встретить всех в девять часов.
Ясен пень, что когда я подошел к главному входу в магазин к без пятнадцати девять, меня ждали только Марат и какой-то белобрысый тип, видимо, один из тех, кого обещал привезти Антон (знакомый репортер, который жмет 160). При этом вид у белобрысого был, мягко говоря, ненормальный, неаккуратно лежащие волосы и бегающий взгляд вместе с какими-то резкими движениями наводили мысли о кислоте, которую, вероятно, этот тип употреблял накануне. Ну да и хрен с ним, главное – чтобы телегу свою гнал уверенно и четко, засасывая в лоно нашего издания как можно больше читателей. Думаю, как раз такие и нужны нашей газете, особенно в противовес тем старперам, которые останутся нам в тяжкое наследство от прежних издателей-неудачников.
Я подошел и поздоровался за руку с Маратом и с белобрысым. Марат, как всегда, больно пожал руку, белобрысый лишь слегка подержался за кончики моих пальцев и представился: «Леша». К девяти сорока мы наконец собрались в полном составе. Встретить нас вышел Тимур, в майке, шортах и сандалиях. Он провел нас в сауну, где уже расположились все члены его команды.
В предбаннике уже был накрыт стол. Все расселись, и началось «знакомство». Команда у нас подобралась разношерстная настолько, что даже видавший виды Марат иногда поглядывал на меня изумленно. Из всех шумным балагурным басом сразу выделился наш общий с Маратом кент по вузу, Васо-прикольщик. Не успели мы рассесться, как он зычно начал прогонять шутки со скоростью пулемета. Первым делом Васо предложил каждому из нас обзавестись ник-неймом.
– Имена и фамилии настоящих героев, – вещал он, – годятся только для эпитафий. Нам нужны запоминающиеся и звонкие псевдонимы, чтобы читатель узнавал сразу. Без альтернатив и подделок. Меня зовите Васо. А если уважительно – Васо-прикольщик!
– Ну, тогда я – Шланг, – задиристо выпалил высоченный азиат в очках, по виду ну чистый ботаник. – Меня так еще на практике называли, из-за роста.
– Приятно познакомиться, Б. Рысь! – представилась брюнетка с копной волос до пояса (и, надо отметить, очень неплохим бюстом). – Ничего личного с миром фауны. Просто звучит хорошо и сразу понятно особо надоедливым мужикам.
– Так ты «Брысь» как глагол или существительное? – язвительно поинтересовался Васо.
– Для тебя, Васо, я как прилагательное… «недоступная». Так что давай без лишних иллюзий.
Васо не обиделся. Его достаточно едкий юмор был при всей едкости добродушным. Сидящую рядом девушку небольшого роста Прикольщик сразу окрестил Чукоткой за ее фенечки и теплый свитер с оленями. Но получилось это настолько беззлобно и смешно, что вызвало только новую волну смеха. Наверное, именно присутствие Васо помогло всем немного расслабиться и начать потихоньку знакомиться друг с другом. Тимур пока молчал и лишь наблюдал за спектаклем. Я встал со своего места, взял стопку с водкой и прочистил горло театральным кашлем.
– Кхе! Господа! Минуточку внимания! Разрешите поблагодарить вас за то, что откликнулись на наше приглашение, и смею вас уверить: вы не пожалеете, что пришли! За нас!
Все выпили и потянулись за закуской к столу. Подождав пару минут, я продолжил, уже не вставая. По факту, речь была скомканная, как у Чебурашки на открытии его Дома дружбы.
– Итак, сегодня, можно сказать, первый наш с вами рабочий день как коллектива новой газеты, которую мы планируем в скором времени начать издавать, и я хочу, чтобы у нас получилась отличная креативная команда, которой будет все по плечу!
И снова «звон» пластиковых стаканчиков. Васо поднял руку.
– Макс, а у нас все собрания будут в саунах проходить? Если так – я готов даже без зарплаты повкалывать!
Когда все отсмеялись, слово взял Тимур:
– Уважаемые мои журналисты, репортеры и, как это сейчас стало модно говорить – «криэйторы»! Я надеюсь, из вас получится отличная сплоченная команда! И мы сможем удивить наш город, как думаете?
– Да без базарчику, – ответил ему в тон Васо и снова поднял пластиковый стакан.
Все выпили.
– А теперь, – сказал Тимур, – все в сауну, потом трезветь в бассейн, и надо определиться с дальнейшими действиями.
Полчаса спустя наша распаренная команда развалилась на диванах, и начался мозговой штурм.
– В дальнейшем я планирую запуск ежедневной телепрограммы, – сказал Тимур. – Сейчас нам необходимо выяснить, что интересно нашим людям, о чем они хотят читать, что будут смотреть и все такое. Вопрос – как?
– Я считаю, – Шланг поправил очки на переносице, – надо идти и спросить. Проведем опрос, например, у всех подряд и потом проанализируем, ага?
– Вот прям так пойдешь и спросишь? – скептически поинтересовалась Б. Рысь.
– А почему нет?!
Васо вскочил со своего места и стал мерить комнату большими шагами.
– Сделаем анкету! Определим возрастные группы…
– Места скопления! – встрял Шланг.
– Именно! – Васо подошел и чмокнул его, еле дотянувшись до лба. – И начнем потихоньку формировать направления творческой деятельности! Как тебе, Макс?
В ответ я поднял стаканчик с водкой.
Тимур удовлетворенно кивнул. Зацепил вилкой кусочек красной рыбы, закусил.
– Перерыв на сауну с бильярдом, и потом пройдемся по «местам скопления», – сказал он. – Стахановцы вы мои!
В сауну я больше не хотел и пошел сразу к бильярду. Через пару минут ко мне присоединился Тимур.
Мы расставили пул-восьмерку, Тимур взял кий, еще один перекинул мне.
– Как думаешь, Макс… Вроде толковая команда. Разбивай.
Я хлестнул по пирамиде, раскидав шары вдоль бортов своим коронным ударом «западло», откатив белый шар на начальную позицию.