Виктор Доценко – Возвращение Бешеного (страница 68)

— Вы же сами говорили, что у этого парня твердый характер и сильная психика, а это значит, что вмешательство лишнего голоса может привести к самым неожиданным последствиям. Так что лучше не рисковать.

— Понял.

Ошибка Рассказова

Когда генерал Богомолов уже собирался домой (а было уже около десяти часов вечера), из спецотдела пришло сообщение, что вчера был сделан запрос о возможности выдачи визы Рассказову Аркадию Сергеевичу. В анкете сказано, что он никогда не бывал в России и родственников там он не имеет. Москву хочет посетить как турист. Сообщение не было послано сразу, потому что молодому офицеру не было известно о том, что Управление генерала Богомолова интересовалось ранее этим человеком. Далее спрашивалось, можно ли выдавать визу этому человеку?

Чертыхнувшись про себя, генерал тут же позвонил в спецотдел и хотел сделать внушение офицеру, допустившему такой промах, но потом передумал, решив, что тому и так уже досталось от своего начальства.

— Павел Игоревич? Приветствую, дорогой! — дружелюбно проговорил он в трубку.

— Здравствуйте, Константин Иванович, — несколько настороженно ответил тот. — Какое решение принято?

— Конечно же, положительное. А что? — спросил вдруг Богомолов. — Неужели отказали?

— Наоборот, тот офицер, запросив банк данных и не получив отрицательных сведений об этом человеке сам отстучал «добро» на визу. Я и выдал ему по первое число.

— Представляю… — усмехнулся Богомолов. — Ладно, хоть угадал этот офицер, но «воспитание» получил заслуженно: впредь будет внимательным и не столь рисковым… — Он замолчал.

— Что-нибудь еще, товарищ генерал? — напомнил о себе полковник.

— Нет, спасибо. — В мыслях Богомолов был уже далеко от этого полковника: его голова была занята Рассказовым…

Неужели он настолько глуп и нагл, что осмелится самолично появиться в Москве? Или настолько уверен в своих старых связях, что спокойно решился на такой безумный шаг? Нет, не может быть! Не настолько он глуп, чтобы пойти на такое… Богомолов нервно постучал пальцами по столу, выбивая ритм «Сказок венского леса», потом набрал номер и сказал: — Извини, полковник, это снова Богомолов. — Слушаю, товарищ генерал!

— Свяжись-ка с таможней… нет! — перебил он себя. — Сам поезжай туда и подежурь в аэропорту. Фотографию я тебе подошлю. — Задержать?

— Ни в коем случае! — повысил голос генерал, но тут же взял себя в руки. — Установить наблюдение и сообщать о каждом его шаге. — И сколько дежурить?

— Два дня, не более… Погоди-ка! — Константин Иванович вдруг подумал, что если интуиция его не подводит, то Рассказов вряд ли появится в Москве один. — Ты можешь проверить, он один получал визу или в группе?

— Группы не было, но был еще один человек, а сегодня был запрос еще на одного…

— Отлично, я так и думал, — задумчиво прошептал Богомолов. — Не понял, товарищ генерал?

— Говорю, что вы должны, сколько бы ни было пассажиров из Сингапура от вчерашнего числа до завтрашнего, установить за ними негласное наблюдение и докладывать лично мне, ясно? — Ясно, товарищ генерал!

— И еще, воэможно, к вам подойдет от меня человек и скажет, что он от «КаИ», в этом случае вы должны будете передать руководство ему и подчиняться беспрекословно. — Так точно, товарищ генерал!

— Все, желаю удачи! Она нам очень нужна. — Он положил трубку.

Мысль о подкреплении пришла ему в последний момент, когда он вспомнил, что завтрашний день, точнее, его вторую половину, он будет занят в клубе «Виктория», а значит, необходимо подключать кого-то из самых толковых ребят. Но очень не хотелось расширять круг посвященных в это дело. И вдруг ему в голову пришла совершенно неожиданная мысль: Воронов! Вот кто ему нужен! Он снова набрал номер и подумал: «Хорошо бы застать его с машиной». В трубке слышались длинные гудки, и это вселяло надежду. — Да, вас слушают! — услышал он знакомый голос. — Капитан, ты машину не отпустил? — не представляясь, спросил Богомолов.

— Нет, мы зашли вместе с Порфирием Сергеевичем ко мне «на чаек» побеседовать о том, о сем! — Прекрасно! Дай-ка ему трубку… — Слушаю, Константин Иванович, — тут же взял трубку Говоров. — Что-нибудь случилось? — в голосе его послышалась тревога.

— Пока ничего особенного, — хмыкнул генерал. — Не тяни душу-то, Константин Иванович! — взмолился тот.

— Дал о себе знать наш старый знакомый. Как говорится, легок на помине. — Майкл звонил?

— Наконец-то и вы не угадали! — усмехнулся Богомолов. — На этот раз «сам» дал знать о себе… — Никак визу запрашивал?

— Господи, ну как можно с вами работать? — спросил с усмешкой генерал. — Запрашивал… Интересно, чего это он захотел побывать здесь?

— И ты думаешь, приедет? — не отвечая на вопрос, спросил Говоров.

— Сомневаюсь.

— Я тоже. Кто вместе с ним подавал документы? — Пока двое… Черт, мы с вами подумали об одном и том же.

— По-другому и быть не должно: школа-то одна, — задумчиво проговорил Говоров. — А ехать он сюда захотел из-за нашего Говоркова.

— Да, но… — начал Богомолов, но Говоров перебил его:

— Во-первых, вспомните убитого «иностранца»! Извините, Константин Иванович, что перебил вас… — он виновато перешел на «вы».

— Ничего-ничего, продолжайте, Порфирий Сергеевич.

— Он ведь тоже был с визой из Сингапура! — Точно! И как это я… — генерал вздохнул.

— Во-вторых, он запрашивает визу перед выступлением Савелия в состязаниях. Нет, я не верю в такие совпадения! И не верю; что он сам решится приехать в Москву! Скорее всего, это был импульсивный шаг, о котором он сейчас очень сожалеет, но что-то отменить уже нет времени.

— Что вы имеете в виду? — не понял Богомолов. — Юбилей завтра? — Ну?

— Чтобы послать кого-то другого или поменять документы тем, кто вместе с ним подавал их в консульство, и снова оформить визу, нужно время, а его у нашего знакомого нет совсем. Так что я уверен, что посланец или посланцы от него будут среди тех, кто подавал документы в тот же день, что и он, или после него. Логично, не так ли?

— В этом вас не упрекнешь. Имею в виду, в отсутствии логики. Вот я и решил…

— В аэропорт послать Воронова! — закончил за него Говоров.

— Больше некого, — словно оправдываясь, буркнул генерал.

— И прекрасно, только ему нужны помощники, если их будет не один.

— Он фыркнул. — Ну и состроил фразу!

— Потому-то я сейчас и звоню: следующий рейс из Сингапура завтра рано утром.

— Ничего, успеет выспаться. Сейчас он будет у вас. — Хорошо, жду! До завтра, Порфирий Сергеевич! — Богомолов положил трубку и взглянул на часы: половина одиннадцатого. «Да-а-а…» — мысленно протянул он, хотел что-то добавить, но в этот момент раздался звонок. — Слушаю!

— Это Иннокентий, — услышал генерал своего любимца. — Докладывай!

— Только что вернулась хозяйка дома, и мне уже сообщили, что и сам хозяин тоже направляется сюда.

— Ты хочешь узнать, не можешь ли пойти поспать? — с иронией спросил Богомолов.

— Ну что вы, шеф, как такое вам могло прийти в голову? — шутливо ответил тот. — Просто о новостях докладываю!

— Я так и понял. — Генерал покачал головой. — Так что, милый, придется тебе в машине подремать и то по одному глазу зараз.

— А как же! — обреченно-бодрым голосом отозвался Иннокентий.

— Вот-вот, действуй. Но и отдохнуть успей: завтра может быть очень горячий день. Точнее, вечер… — У клуба или внутри?

— Внутри? Губы раскатал! — усмехнулся генерал. — Все вы будете в оцеплении, но этого никто не должен заметить.

— А как же! — Иннокентий явно оживился. — Оружие?

— Обязательно, — серьезно ответил Богомолов. — Понял! — На этот раз в его голосе не было и тени шутки.

— Удачи, Кеша! — генерал подмигнул, словно тот мог его увидеть.

— Кажется, она нам будет очень нужна. Спасибо, шеф!

Генерал положил трубку и несколько минут смотрел на аппарат, с нежностью думая об этом толковом парне, балагуре с виду, но тонко чувствующем, когда можно побалагурить, а когда необходима полная концентрация всего, что ты умеешь, чему тебя учили… «Интересно, как там поживает спецгруппа?» — подумал он, и тут же ожила рация, словно подслушав его мысли. — «КаИ!» «КаИ!..» На связи — «Резерв»! — «КаИ» на связи — отозвался Константин Иванович.

— У нас все спокойно. Наши «приятели» нас не покидают.

— Хорошо! Если не будет ничего экстренного, жду вашего звонка по телефону зазтра в десять ноль-ноль. — Вас понял, «КаИ». В десять ноль-ноль! — Отбой. — Отбой.

Богомолов отключил рацию и снова побарабанил по столу: на душе его почему-то было неспокойно, словно что-то должно случиться непредвиденное.

— Константин Иванович, к вам Воронов, — раздался голос помощника в селекторе.

Богомолов поморщился — он снова забыл о своем помощнике.

— Пусть войдет! Михаил Никифорович, что же вы не сказали, что вы еще здесь?

— Ну как же, Константин Иванович, вы же тоже еще здесь.