Виктор Доценко – Возвращение Бешеного (страница 39)

— Гога ждет вас! — бросил он, не вставая с кресла и милостиво кивая в сторону украшенной причудливой резьбой двери.

«Да, попробуй доберись до него через все кордоны! — мелькнуло в мозгу Леши-Шкафа. — Видно, никому не доверяет, если так осторожничает..» Он открыл тяжеленные двери и, стараясь быть спокойным, уверенно вошел в просторный кабинет с довольно скромной обстановкой.

Не вставая из-за стола, Гога протянул ему руку, что было довольно обнадеживающим жестом. Леша-Шкаф крепко пожал ее и сел в кресло напротив.

— Какие проблемы? — тут же спросил Гога, глядя прямо в глаза Леше. Чем-то его тон отличался от того, как он говорил по телефону.

— Я не хотел беспокоить тебя по пустякам… — начал Леша осторожно, но Гога неожиданно перебил его, в раздражении вскочив из-за стола.

— По пустякам, говоришь? А ты знаешь, что на складе, который с твоей подачи превращен в развалины, был и мой груз? А четыре трупа? Ничего себе, пустяки! Не кажется ли тебе, что ты слишком зарвался? А?

«Черт бы побрал этого информатора! Не мог предупредить насчет груза Гоги… А может, Гога использует это как зацепочку? Что-то не верится, чтобы он стал бы держать свой товар на чужих базах. Здесь что-то не так!» — эти мысли в секунды промелькнули в голове Леши-Шкафа, и он решил, что при любом раскладе не должен брать на себя эту акцию. Глядя честными глазами на собеседника, он изобразил на лице такое изумление, что ввел в заблуждение даже такого игрока как Гога. — Послушай, Гога, о каком складе ты говоришь? — Ты брось ваньку валять!

— не очень уверенно бросил тот. — Можно подумать, что ты и газет не читаешь, и телевизор не смотришь. — Он бросил перед Лешей «Московский комсомолец» с обведенной красным фломастером коротенькой заметкой, которую Леша-Шкаф знал наизусть.

Взяв в руки газету, он внимательно прочитал заметку об уничтоженной видеотехнике и компьютерах, о четырех обгоревших трупах. Ни фамилий, ни названия фирмы не сообщалось — ведется следствие. Ниже вывод газетного репортера: «По всей вероятности, мы опять имеем дело с разборкой между преступными группировками и, как всегда, найти виновных не удастся».

— Я действительно, Гога, газет не читаю — некогда, а по телевизору я этого не видел. Однако не могу взять в толк: ты что, меня подозреваешь в этом дерьме? — Леша обиженно бросил на стол газету. — Это даже не на моей территории! Если кто-то указал на меня и моих людей, значит, нас явно хотят столкнуть лбами. Ты же знаешь меня не первый год, Гога! Да если бы я что-то захотел сделать, неужели не посоветовался бы с тобой?

— А зачем на нашу встречу взял с собой своих боевиков? — неожиданно спросил Гога. — Зачем, если не чувствуешь за собой вины?

— К нашей встрече это не имеет никакого отношения, — искренне заверил его Леша-Шкаф. — Когда ты предложил встретиться прямо сейчас, мы собирались потрясти кое-каких должников, вот я и решил прямо отсюда наведаться к ним.

Это объяснение звучало довольно убедительно, и Гога засомневался, но что-то все еще не отпускало его, и он, чтобы потянуть время, перескочил на другую тему: — О чем ты хотел поговорить?

— Ты знаешь «русско-итальянских» братьев? — стараясь быть спокойным, спросил Леша, он решил пойти вабанк.

Вопрос застал Гогу врасплох, это было заметно по тому, как он выдержал паузу, пытаясь найти ответ. — Что конкретно тебя интересует?

— Ладно, спрошу прямо: ты заинтересован в них? — Леша в упор взглянул на Гогу.

— И да, и нет. Смотря в чем… — Гога явно осторожничал, это Леша-Шкаф почувствовал сразу, на этом и решил сыграть.

— Дорогой Гога, я уже несколько недель пытаюсь добиться от них договоренности в одном общем деле, которое принесет огромные деньги всем участникам. Зная меня, ты конечно же понимаешь, что в этом деле учтены и твои интересы. — Он сделал паузу, чтобы Гога смог осознать сказанное, и потом во всех деталях рассказал ему о своем проекте. Гога слушал очень внимательно и ни разу не перебил.

— И вот сейчас, когда им стала известна суть этого дела, как ты понимаешь, без подробностей, они хотят вильнуть хвостом. Прямо заявить об этом не решаются, вот и ищут причины для разборок. Не знаю, может, это просто совпадение, или они сами решились на убийства и поджог склада, я бы не очень этому удивился, но… все очень странно. — Леша-Шкаф немного помолчал, а потом «бросил кость»: — И я совершенно уверен, что они и к тебе обращались за поддержкой, не так ли?

Гога не ответил, но Леше все было и так понятно, коль скоро Гога не стал этого отрицать. Да, Гога оказался в довольно щекотливом положении: с одной стороны, он обещал поддержать братьев (за них хлопотал очень уважаемый человек), с другой стороны, Леша-Шкаф обрисовал такие перспективы, что не поддержать его мог только идиот.

— Дорогой Гога, я конечно же понимаю, что ситуация для тебя не совсем ординарная, — словно подслушав его мысли, заговорил Леша-Шкаф.

— И мне кажется, что есть один выход. — Интересно…

— В отличие от них я не буду настаивать на помощи, но…

— Понимаю, — ухмыльнулся Гога. — Но и им я не должен помогать? Нейтралитет, не так ли? — он явно повеселел.

— Я тебя, дорогой Гога, ни о чем не просил, — рассмеялся Леша-Шкаф, вскидывая руки вверх. Он понял, что только что выиграл очень сложную и опасную партию. — Но за дружбу и верность рюмку бы с тобой опрокинул.

— Мне нравится общаться с тобой, Лешенька. — Гога улыбнулся, нажал на пульте кнопку и сзади него в стене откинулась с мелодичным звоном дверка зеркального мини-бара. — Что будешь пить?

— Я помню твой вкус, дорогой Гога, и потому буду пить то же, что и хозяин этого кабинета! — Леша-Шкаф подмигнул.

— А я помню твой вкус, дорогой Лешенька! — в тон ему отозвался Гога. — Для нас желание гостя — закон, но я хочу сделать так, чтобы приятно оказалось всем — и гостю и хозяину! — Как скажешь, дорогой Гога! Гога налил для Леши-Шкафа свой любимый коньяк «КВВК», а себе плеснул любимого шотландского виски Леши.

— У меня есть тост: выпьем за верность и взаимопонимание! — произнес Леша-Шкаф, глядя прямо в глаза собеседника.

— Очень хороший тост, — после небольшой паузы, согласился Гога. — И мне хочется добавить лишь одно: постарайся решить возникшую проблему быстро и без осложнений! — Он залпом опрокинул виски, запил его тоником, потом с улыбкой спросил: — Я слышал, твой клуб хочет отметить грандиозный юбилей?

— Ты прав, дорогой Гога, — усмехнулся Леша-Шкаф и вытащил из кармана два билета. — Это я привез лично тебе.

— А почему ты не говоришь, что каждый билет чегото стоит? — спросил Гога, рассматривая билеты. — Разве я могу брать деньги с друзей? — Но если я выиграю, твой клуб должен будет отдать мне мой выигрыш, не так ли? — Разумеется.

— В таком случае… — Гога открыл ящик стола и вытащил пачку стодолларовых купюр. — Я слышал, что некоторые уважаемые люди стали не только владельцами билетов, но и спонсорами торжества?

— У тебя хорошо налажена информация! — улыбнулся Леша-Шкаф.

— Вот! — Гога протянул доллары. — Здесь десять тысяч. Хватит, чтобы выглядеть достойно среди уважаемых людей?

— Более чем! Благодарю, дорогой Гога, от нашего клуба и лично от его хозяйки Лолиты.

— Весьма обаятельная девушка! — кивнул Гога. — Однако… — Он снова сделал паузу и договорил очень серьезно: — Она очень импульсивна и напориста, а это не всем нравится. Постарайся немного сдерживать ее необдуманные поступки. Но это так, дружеский совет. — Он подмигнул и встал из-за стола. — Извини, дорогой, но у меня действительно трудно со временем. Уверен, что у нас больше не будет никаких недоразумений!

Помощник Гоги проводил Лешу до самого автомобиля и был очень дружелюбен, но Леша-Шкаф продолжал мысленно оценивать встречу с Гогой. Он понял, что был на волосок от смерти и лишь какое-то чудо и стечение обстоятельств помогло ему не только выкрутиться, но и заручиться гарантиями по крайней мере на какое-то время. И нужно максимально быстро использовать предоставленную передышку, чтобы совсем отвести от себя удар. Остался у Леши-Шкафа и неприятный осадок. Лолита! Кому-то она наступила на любимую мозоль. Кому? Хорошо еще, что Гога проявил интерес к юбилею, а значит, ей ничего не грозит до празднования. Правда, времени осталось всего несколько дней… А значит, решение и этого вопроса нужно форсировать.

Когда они отъехали от особняка Гоги, начальник охраны нетерпеливо спросил: — Что, опасения были напрасны? — Мои опасения никогда не бывают напрасными! — хмуро отозвался Леша-Щкаф. — Бог помог оттянуть время, но…

— На Бога надейся, а сам не плошай, — полувопросительно закончил за него собеседник.

— Вот именно, — задумчиво подтвердил ЛешаШкаф. — Вот что, едем в «Викторию»! — неожиданно бросил он водителю.

— О'кей, шеф! — с удалью воскликнул тот и резко, прямо по двойной полосе, развернулся в противоположную сторону. Он это сделал так лихо, что гаишник, стоящий метрах в двадцати, ничего не успел заметить, и только следующие за машиной Леши боевики, чуть прозевав их финт, проделали разворот с опозданием, и к ним тут же устремился постовой.

— Притормози-ка, лихач! — без злобы бросил ЛешаШкаф. — И сними сам напряг!

— Без проблем, шеф! — так же весело хмыкнул водитель, выскочил из машины и подскочил к сотруднику ГАИ раньше, чем его коллеги. — Товарищ капитан, разрешите обратиться? — В чем дело? — нахмурился тот. — Я проиграл! — огорченно ответил тот. — Не понял! Кому проиграли?