Виктор Доценко – Месть Бешеного (страница 10)

Первым, на седьмой минуте, стал сдавать Мэтьюз, но, прекрасно понимая, что пол-литровую бутылку он не осилит, а значит, его будет ожидать еще один, неизвестный штраф, решил держаться до последнего. И тут ему неожиданно помогла партнерша: она обхватила руками его шею и Мэтьюз облегченно перевел дух.

Николасу было намного труднее, потому что Гертруда весила больше и совсем не пыталась прийти ему на помощь. На девятой минуте он рухнул вместе с ней на пол.

Рассказов взглянул на вторую пару и с усмешкой бросил: — Все!

Мэтьюз хотел уже опустить девушку на пол, но та его не отпускала. Чем-то этот парень пришелся ей по душе, и ей не хотелось, чтобы он попал впросак: стоило ему опустить ее до срока, как он сразу бы присоединился к Николасу.

— Ну, девка! — с некоторым огорчением хмыкнул Рассказов, потом повернулся к Красавчику-Стиву: — Сколько натикало?

— Еще шестнадцать секунд. Хозяин! — весело ответил он, радуясь за Мэтьюза, потом начал отсчитывать, как на ринге, только наоборот: — Десять… девять… восемь…

Мэтьюз держался из последних сил и на слове «ноль» медленно повалился на пол. Он выглядел не намного лучше, чем его приятель. Пот градом заливал лицо Николаса, когда он с трудом поднялся на ноги, но все-таки сумел заставить себя улыбнуться:

— Где та бутылка, которую я должен трахнуть? — тяжело дыша, бросил он.

— Молодец! — ухмыльнулся Рассказов. — Вот! — Он протянул ему поллитровку «Посольской».

Взяв ее, Николас потянулся за стаканом, но Рассказов покачал головой. — Из горла и без остановки! — О'кей! Эх, вспомним молодость!

— воскликнул Николас, быстро раскрутил водку в бутылке, потом запрокинул голову и стал вливать жидкость в рот, не прикасаясь к губам горлышком. Водка винтом исчезала в нем, и Рассказов восхищенно воскликнул: — Во, дает! Наш человек! Когда он полностью опустошил бутылку, Рассказов похлопал его по плечу: — А ты настоящий боец!

— Конечно! — буркнул тот, и это было его последнее слово. Он снова рухнул на пол, и Гертруда, по знаку Рассказова, подхватила бедного Николаса и потащила к себе.

— Хозяин, я могу спросить? — продолжая тяжело дышать, произнес Мэтьюз. — Валяй!

— А если бы он не справился с бутылкой? — Тогда продолжил бы платить штраф, — заметил Рассказов. — Каким образом?

— Русской рулеткой! — Он усмехнулся. — Знаешь о таком испытании? — Один патрон в барабане? Жестоко! — А что, отличный способ проверить свою судьбу, — вмешался Красавчик-Стив. — Лично я готов попробовать!

— Ты не чокнулся, приятель? — деланно встревожился Рассказов.

— А я везунчик! — задиристо воскликнул тот. — Стреляй, Хозяин! Вручаю вам свою жизнь и судьбу, — пропел он, дурачась.

— Как хочешь! — Тот пожал плечами, высыпал все патроны, потом вставил один, крутанул барабан и направил револьвер на КрасавчикаСтива. — Не передумал? — Нет!

— Ну и дурак! — поморщился Рассказов и нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и Красавчик-Стив согнулся в три погибели, потом с болью взглянул на Рассказова:

— Вы были правы. Хозяин! — выдавил он и ткнулся носом вперед.

Растерянный Мэтьюз смотрел на распростертое тело Красавчика-Стива и не знал, как реагировать на случившееся. — Я ж предупреждал его, не так ли? — вздохнул Рассказов с огорчением. — Да, но…

В этот момент Рассказов не выдержал и громко засмеялся. Мэтьюз с недоумением посмотрел на него, но в этот момент раздался и смех «покойника». — Ну и шутки у вас. Хозяин! — Неужели ты мог подумать, что я стану убивать своих? — Рассказов испытующе глянул ему в глаза. — И, мне кажется, ты заметил, что патроны были холостые, не так ли?

— Когда вы стреляли в первый раз, то мне так показалось, — прямо ответил Мэтьюз. — Но когда Красавчик так реально сыграл, то я засомневался…

— Видите, Хозяин, я вам давно говорил, что в моем лице сцена потеряла гениального артиста! — хвастливо заметил Стив.

— Может, хочешь всерьез попробовать? — Рассказов прищурился.

— Что вы. Хозяин?! — воскликнул Красавчик-Стив. — Я же шучу!

— Так и я шучу! Давай тостуй! — Он подмигнул и как-то странно посмотрел на Мэтьюза.

Он не может по-другому

Савелий вышел из подъезда и был приятно удивлен тем, что находится почти в центре Москвы. Он не лукавил, когда сказал «ночной бабочке», что ему было хорошо с ней. И не столь важно, по каким причинам: хорошо и хорошо! Сейчас он вспомнил, что за инцидент был с ним в том заведении, куда она его затащила. Кажется, это было дорогое заведение, валютное.

Савелий неожиданно подумал, что, возможно, он напрасно так доверился этой приятной, но совершенно незнакомой девице. Он сунул руку в карман и вытащил бумажник. Нет-нет, он совершенно бы не расстроился, если бы обнаружил его пустым: то, что он получил от нее, было гораздо дороже денег. Просто ему было интересно, оставила ли она ему хоть что-нибудь на дорогу? И сколько она взяла с него за то, что ему было так хорошо?

Савелий помнил, что у него было порядка двухсот долларов. Как же он удивился, когда обнаружил все деньги на месте! Неужели эта девица говорила правду? Ладно, нужно будет както компенсировать ее потерянное время, а сейчас, когда в памяти всплыли вчерашние мысли, он понял, что ему нужно делать.

Телефонных будок не было видно, и он решительно вошел в метро, где сразу же увидел несколько автоматов. Бросив в один из них жетон, Савелий быстро набрал номер.

— Михаил Никифорович? — спросил он, услышав знакомый голос.

— Слушаю вас, капитан! Чем могу помочь? — приветливо ответил помощник Богомолова.

— Мне необходимо срочно переговорить с шефом.

— Минуту, попытаюсь узнать: у него сейчас люди… — Савелий слышал, как полковник докладывал по селектору. — Сейчас Константин Иванович возьмет трубку.

— Слушаю! — сухо проговорил генерал. То ли он был весь в делах, то ли не мог простить того разговора.

— Доброе утро, Константин Иванович, — деловито сказал Савелий. — Первым делом хочу извиниться.

— Принимаю. Кстати, те сотрудники под арестом.

— Я нисколько не сомневался в вас. — Ну спасибо! — обиженно воскликнул генерал. — Какие проблемы, капитан? — Мне необходимо срочно с вами повидаться. Было в его голосе что-то такое, из-за чего Богомолов не решился отказать ему. Дела могут подождать. Чуть подумав, он коротко бросил: — Пятнадцати минут тебе достаточно? — Вполне!

— Отсчет начнется через двадцать минут. — Понял! — Савелий бросил взгляд на часы: на метро он явно не успевал. К счастью, машину удалось поймать довольно быстро. До назначенного времени оставалось две минуты, когда он вошел в приемную Богомолова. Там было многолюдно, но Михаил Никифорович тут же сказал: — Константин Иванович ждет вас.

— Спасибо! — Под недоуменно-любопытные взгляды майора и двух полковников Савелий пересек приемную и открыл дверь в кабинет. — Разрешите, Константин Иванович?

— Входи, Савелий. — В глазах генерала было легкое беспокойство: что придумал этот неугомонный парень? Судя по всему, он пришел с какой-то идеей. — Садись и рассказывай!

— Константин Иванович, прошу меня извинить, но я вынужден отказаться от вашего столь лестного предложения. — Савелий вытащил из внутреннего кармана свое служебное удостоверение и решительно положил его перед генералом.

Такого поворота Богомолов явно не ожидал и несколько минут молча смотрел на красные «корочки», словно пытаясь что-то понять. Неужели он ошибся в Савелии и тот решил найти себе более спокойное место?

— Судя по твоему серьезному тону, уговаривать тебя — бесполезная трата времени. Но позволь, дружок, тебя спросить: чем думаешь заняться?

— Работать… с вами! — спокойно ответил Савелий и недоуменно пожал плечами, словно говоря: «Это же само собой разумеется».

— Ничего не понимаю! — Богомолов встал, обошел вокруг стола и сел в кресло напротив Савелия. «С этим парнем действительно не соскучишься», — подумал он и коротко бросил: — Говори!

— Я согласен работать с вами, но контактировать буду только с тремя людьми: редко с Вороновым, еще реже с вами, и в самом крайнем случае — с генералом Говоровым. Для всех я — уволился! Никаких приказов, никаких документов: все должно быть уничтожено. Савелий Кузьмич Говорков должен исчезнуть даже из архивов, как в свое время исчез бывший генерал КГБ Рассказов.

— И появится другой человек с новой легендой? — подхватил генерал и тут же добавил: — Но что тебе это даст, если твое лицо известно даже за границей?

— А это уже второй этап подготовки! — воскликнул довольный Савелий. — Не понял? — нахмурился Богомолов. — Я же сказал вам, что Савелий Говорков должен исчезнуть, словно его и не было! — Он решительно взмахнул рукой.

— Пластическая операция? — неуверенно протянул Константин Иванович.

— Так точно. Я хочу начать работать автономно! Слишком много я задолжал тем, кто ушел в иной мир после контактов со мной.

— Не нужно себя казнить, Савелий. В том нет твоей вины! — попытался успокоить его Богомолов.

— Есть или нет, Бог рассудит, я знаю только одно: не встреть они меня на своем пути, остались бы в живых, — с грустью выдохнул Савелий.

— Ты хочешь мстить? — нахмурился генерал. — Нет, Константин Иванович, это было моим первым и ошибочным решением. К счастью, я это вовремя осознал. Как сказал мне мой Учитель, «НЕ МСТИТЬ, НО НАКАЗЫВАТЬ ЗЛО!»

— Что ж, видно, твой Учитель был очень мудрым человеком. Что требуется от меня? — Интонация генерала сразу стала деловой. Тот, кто его знал, понял бы сразу, что Богомолов уже принял то, что предложил Говорков, знает, как ему помочь, но сначала хочет выслушать своего собеседника.