Виктор Доценко – Икона для Бешеного (страница 55)
Каким бы отвратительным ни был характер Арнольда, сегодня Критский превзошел самого себя. От его криков дрожали колонны, поддерживавшие хрупкие стеклянные перекрытия. Секретарь Аркадий попытался было сунуться в кабинет хозяина, но выбежал с плачем, прикрывая глаз, под которым красовался огромный синяк. Дрожащего Аркадия отпаивали валерьянкой, а он все причитал, прижимая к глазу кружевной платочек:
—Ничего не понимаю! Ведь он всегда такой милый, мой Арнольд, а сегодня…
Что случилось? В чем дело? — по офису ползли слухи, один другого страшнее.
Рядовым сотрудникам так и не удалось выведать истинные причины отвратительного настроения господина Критского.
Прошел час после его появления в офисе. Критский успокоился настолько, что вызвал к себе Аркадия. Исподлобья глядя на подбитый глаз секретаря, миллиардер не сдержал злорадной улыбки. Ему всегда доставляло удовольствие видеть тех, кому хуже, чем ему. Это веселило и внушало оптимизм. Значит, дела его не так плохи.
Аркадий преданно уставился на хозяина, раскрыв блокнот.
Собирай совещание, педрила ты мой! — благодушно прогудел Критский.
Аркадий подобострастно хихикнул.
Критский продолжал:
— Вызови начальника службы безопасности. Вызови командира моего спецназа.
Критский задумался. Аркадий решил, что можно идти, и попятился к выходу. Арнольд поднял голову:
— Стой! Еще вызови Малюту Сибирского.
Аркадий вздрогнул так, что едва не выронил блокнот. Критский добавил:
— И скажи Малюте, что я приказал явиться ему одному. А то взял уголовную манеру: таскает за собой всю свою банду, пугает моих подчиненных фиксами да татуировками с церковными куполами. Ну, с богом, Аркаша! Надо дело поворачивать в свою сторону.
Не прошло и часа, как в кабинете Критского собралась странная компания.
Помимо неизменного Аркадия, который был посвящен во все дела босса, здесь находились еще трое.
Начальник службы безопасности компании Критского — человек с абсолютно не запоминающейся внешностью, перешедший на службу к Арнольду из ФСБ.
Тот, кого Критский назвал «командиром спецназа», оказался огромного роста детиной, с глупыми глазами и глубоко вдавленным носом. Он сидел очень прямо и не знал, куда деть длинные руки, похожие на лопаты для уборки снега. Огромный детина явно привык к обстановке спортзала, а не шикарных контор.
Третий. Малюта, коренастый тип с хитрой кошачьей физиономией, на которой было написано уголовное прошлое, всем своим видом показывал, что ему, человеку в законе, тошно сидеть в компании мелких людишек. Но стоило Арнольду бросить на него строгий взгляд, и Малюта съежился. Какой‑то странной, магической властью над людьми обладал Критский.
Я собрал вас, господа, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, — сообщил Критский, поигрывая желваками. — Мы облажались так, что впору увольняться и ехать за город — пчел разводить.
Я боюсь пчел, босс — заявил Малюта. — Они жалятся больно, падлы! Да и скучно в деревне…
Заткнись! — рявкнул Арнольд. Прикажу — так ты в деревне золотарем работать будешь, дерьмо из сортиров выгребать!
Начальник службы безопасности и командир спецназа заулыбались.
А вы что лыбитесь? — крикнул Критский. — Сами хороши! Я вам что приказывал сделать?
Подчиненные враз умолкли и уставились в пол. Арнольд ткнул пальцем в начальника службы безопасности.
Начнем с тебя. Говори, что сделано?
С отсутствующим выражением лица начальник службы безопасности отчеканил:
— Как и было приказано — собрал информацию об антикваре Ангулесе и его окружении. Пробил по всем каналам. Ничего компрометирующего не нашлось. Чист оказался господин Грегор Ангулес.
Такого не бывает, — не поверил Арнольд.
Он не замаран в финансовых аферах, — перечислял начальник службы безопасности. — Все его контакты с зарубежными коллекционерами и музеями носили абсолютно легальный характер. Не за что было прицепиться, чтобы приписать ему криминал. Либо он гений преступного мира и ловко прятал концы в воду, либо действительно честный человек, и его чучело надо выставить в музее.
Так, а дальше?
Ну, затем я передал собранное досье ему. — Начальник службы безопасности указал на Аркадия.
— Знаю, — отмахнулся Арнольд. — Аркадий, досье ушло по правильному адресу?
— Точно так! — Преданный Аркадий резво вскочил. — Я решил не доверять экстренной доставке корреспонденции и лично отвез досье в Рим. Там ко мне явился человек, представился, что он от вас, и забрал досье. Вот и все… Но вы же знаете!
Знаю, знаю, — буркнул Арнольд. — Просто решил прогнать весь процесс по новой. А вдруг где‑то прокол?
После этого ко мне явилась дамочка, — тихо произнес начальник службы охраны, — и я передал ей пакет. Там были копии ключей от дома Ангулеса, план самого дома.
Я еще приказывал кое‑что передать на словах, — напомнил Арнольд.
Я и передал, — все с тем же отсутствующим видом сказал главный охранник. — Я сказал, что приказано обойтись без трупов.
Так ведь не обошлось! — вышел из себя Критский. — И добро бы один–два жмурика! А ведь вы мертвяками пол–Москвы завалили!
А все на нас наговариваете, — процедил сквозь зубы Малюта. — Дескать, блатные, грязно работаем… Интеллигенция! Сами чисто сработать не можете, а туда же… Книжек начитались, вот и палите во все стороны, как на войне!
А ты пока помолчи! — окрысился Критский. — И до тебя очередь дойдет… Послушаем‑ка лучше моего бойца.
Боец «карманного спецназа» Арнольда Критского напряженно смотрел на босса. Ни одной мысли на лице бойца не отражалось. Критский внимательно посмотрел на него и разочарованно махнул рукой.
С тобой все ясно. Что я вам приказал?
Боец забасил:
— После того как в доме Ангулеса кто‑то замочил троих, мы должны были найти вдову и взять у нее документы, которые муж ее привез из Лондона.
— Ну, взяли?
Боец понурил голову:
— Не совсем…
Это как «не совсем»? — вкрадчиво спросил Арнольд. — Она дала тебе их почитать, а ты, дурень, не запомнил наизусть, потому что думаешь своей огромной задницей?
Детина ответил, старательно избегая взгляда, Критского:
— Эта чертова баба тачку водит, как гребаный Шумахер! Четверо моих людей загнулись на дороге, пока за ней гонялись. Думали, у банка ее возьмем. Так ведь нет — ушла, стерва…
И вы, значит, чтобы развеяться, прикончили ее домработницу? — закончил Арнольд.
He–а, она сама на нас прыгнула, — отнекивался детина. — Вот один из моих воинов от неожиданности ее и того… Зато мы нашли подружку вдовы. И там организовали засаду по всем правилам.
А на кой вы хозяев дома запытали до смерти? — Критский был вне себя. — Они бы вам и так все рассказали! Зачем вы им бритвой ногти срезали?
Это все Копченый, — промычал детина. — У него после Чечни крышу совсем сорвало. Вот и полосовал людей почем зря… Отмучился, братан…
Надо было им просто пером перед глазками помахать, — заявил Малюта. — Тогда эти мозгляки вам бы все сразу выложили. Эх вы, профи долбаные!
Заткнись! — проревел Критский и обернулся к бойцу. — Так, что дальше было?
А дальше — мы дожидались, когда жена, то есть вдова Ангулеса приедет. Нам повезло — она с собой документы привезла.
Это ты называешь повезло?! — Критский бросил на стол сложенную вчетверо карту. — Что за хрень вы мне привезли? Начитались Стивенсона, «Остров сокровищ»…
Да там люди появились… — еще тише произнес боец. — Жаль, меня там не было, а то бы я сам разобрался. Ну, наших пацанов они положили, а мой заместитель успел только эту бумагу схватить и смыться, пока и его не шлепнули. Вот такое дело было, босс.
Это не дело, — устало произнес Критский и потер виски. — Это полная помойка.
Он указал на карту.
Вашу добычу можно порвать на квадраты и повесить на гвоздик в сортире. Ни черта не понятно, что это за карта и к чему она. Без документов, которые находятся в папке, мы ничего не узнаем. И вот еще что.
По тону Критского собравшиеся поняли, что он собирается произнести что‑то важное.
Я дал вам задание отыскать документы, потому что задницей чую: покойный Ангулес подложил мне огромную жирную свинью. Ватикан, судя по всему, прознал, что мы с бумагами облажались. Вот святые католические отцы и заторопились. Хотят побыстрее от иконы избавиться. Если иконка действительно «фальшак», тогда я их беспокойство понимаю.