Виктор Доценко – Бешеный жив! (страница 29)
Что ж, вполне возможно, сама судьба послала ей Филиппа. Было бы глупо отказываться от его предложения: если она и не встретит в этом заведении "своих клиентов", то хотя бы проведет вечер с воспитанным молодым человеком.
- "Золотое руно"? - переспросила она.
- Вы там бывали?
- Не приходилось, но я не против восполнить этот пробел: любопытство присуще любой женщине...
- Куда за вами заехать, сударыня?
- Меня Розой зовут...
- Чудесное имя!
- Не хочется возражать... - Она улыбнулась. - На сколько назначено знаменательное событие?
- На семь...
- Учитывая московские пробки, а также плачевную непунктуальность москвичей, думаю, что наше появление на пятнадцать минут позже назначенного времени вряд ли будет воспринято именинником как опоздание или неуважение к нему, а потому в семь пятнадцать встречайте меня у входа в "Золотое руно". Кстати, компания большая?
- Мой шеф избегает больших компаний: человек семь-десять, не больше!
- Меня это вполне устраивает, Филипп...
- В таком случае до вечера?
- Да, до девятнадцати часов пятнадцати минут, - уточнила Джулия и тут же включила скорость.
Заранее выяснив дорогу, Джулия приехала в район "Золотого руна" ровно в семь вечера. Припарковав машину за два квартала от ресторана, она включила сигнализацию и пошла пешком. На этот раз Джулия оделась в ярко-синее платье свободного покроя, которое, несмотря на кажущуюся скромность, не скрывало ни тонкой талии, ни ее стройных ножек, ни соблазнительных коленей. А свой рыжий "водопад", чтобы не лез на глаза, перевязала ленточкой того же цвета, что и платье.
Элегантно одетый Филипп уже стоял перед входом, держа в одной руке букет алых роз, в другой - какую-то коробку, упакованную в ярко-красную бумагу, перевязанную затейливой трехцветной ленточкой. Увидев Джулию, он счастливо улыбнулся и протянул ей цветы.
- Хоть и звучит банально, но девушке Розе - красные розы, а тостер - шефу!
- Конечно, приятно, но цветы лучше вручить имениннику, - предложила Джулия.
- Вам решать и вам вручать! - не стал возражать новый знакомец, потом не выдержал и добавил не без грусти: - Вы сейчас еще прекраснее, чем днем!
Только позднее Джулия поняла причину его грусти, но тогда не придала этой интонации значения.
- Что, идемте? - спросила она, и Филипп открыл перед ней дверь.
Они поднялись на площадку второго этажа и оказались перед входом в огромный зал, откуда доносилась ритмичная музыка, исполняемая тремя музыкантами. Но Филипп свернул налево, и вскоре они вошли в довольно вместительный кабинет, большую часть которого занимал овальный стол, накрытый на восемь персон. Их стало семеро: кто-то явно запаздывал. За столом сидели пятеро молодых парней с бритыми затылками: во главе восседал виновник торжества. Его огромное тучное тело с трудом умещалось на стуле. Всем своим видом именинник показывал, что он - центр Вселенной и все должны крутиться вокруг него.
- Опаздываешь, Фил! - недовольно заметил он, но тут же перевел взгляд на Джулию. - Впрочем, в компании с такой красоткой можно и забыть про время! - Он встал из-за стола и вышел к ним навстречу.
- Познакомьтесь, это - Роза, а это... - начал представлять Филипп, но его перебил именинник:
- ...а это Георгий - просто хороший человек! - Он многозначительно усмехнулся и представил остальных гостей: - Мои друзья-соратники по бизнесу, - каждый из них кивнул девушке. - Думаю, что вы все равно не запомните их имен, а потому проходите и садитесь рядом со мной, уверен, что Филипп не станет возражать...
- Как можно возражать имениннику? - подхватил Филипп и сам провел свою спутницу к свободному стулу рядом с Георгием, потом попросил пересесть одного парня на другое место и уселся на стул, стоящий с другой стороны от Джулии.
Послушав тосты, которые произносили гости, Джулия определила сразу по проскальзывающему в них жаргону явную принадлежность присутствующих к преступному миру. Все было вполне пристойно, пока многие не превысили свой предел потребления алкоголя. Сначала до нее донесся приглушенный разговор двух парней, сидящих напротив.
Издалека они напоминали двойняшек: одинаковые темно-синие костюмы, серые галстуки, белые рубашки, на пальцах массивные золотые печатки. Но стоило присмотреться повнимательнее, как становилось понятно, что похожими их делает не только "униформа". Лица без следов интеллекта: один со сломанным носом, другой с искалеченными ушами - они больше походили на боксеров или борцов, чем на бизнесменов.
- Ты четко прокашлял ему ситуацию? Не сдернет он с крючка? - угрюмо поинтересовался гость со сломанным носом у соседа "с ушами".
- Уверен, не сдернет! Из реанимации не бегут, - осклабился тот.
- А ментам не настучит?
- Я ему очень популярно намекнул, что если он задумает с кем-то поделиться информацией, то мигом отправится вслед за своим партнером!
- Ты че, Лом, перегрелся, что ли? Зачем ты сказал, кто замочил его дружбана? - Было заметно, как говорящий протрезвел.
- Не говорил я, - возразил тот.
- Но сказал так, что даже я понял, кретин!
- Не ссы, Погода, этот фраер так перетрухал, что воздух испортил... Все будет ништяк, поверь, братан!..
В этот момент Джулия ощутила на своем колене руку виновника торжества. Она взглянула на Филиппа: тот, конечно же, все видел, но, заметив направленный на него взгляд девушки, тут же отвернулся.
- Вы, Георгий, конечно, мужчина хоть куда, - тихо прошептала Джулия на ухо имениннику, - но я не шлюха с Тверской и не привыкла, чтобы строение моих колен изучали на глазах у всех, да еще под столом, как нашкодивший школьник. - Она сжала мясистую руку Георгия и переложила ее на его собственное колено.
- Намек понял! - Он сально усмехнулся и громко обратился к гостям: - Братишки, не сходить ли вам покурить: мне нужно с дамой пообщаться. - Потом повернулся к Филиппу: - Фил, пусть нам никто не мешает!
- Как скажешь, шеф! - кивнул тот, делая вид, что не замечает многозначительного взгляда Джулии.
Все послушно потянулись к выходу, и как только вышел последний, именинник плотоядно прищурился, положил руку Джулии на колено и нагло полез под подол.
- И что дальше? - спокойно спросила девушка.
- Как что? - с хрипом вырвалось у Георгия: от охватившего желания у него пересохло во рту. - Поласкаем друг друга... кайф словим!
- Я же сказала, Георгий: я не шлюха! - Джулия решительно сбросила его руку с колена.
- Я че-то не понимаю. - Именинник пьяно икнул. - Ты сказала, что тебе не нравится заниматься любовью при всех, и я всех разогнал! Ты что, шалава, продинамить меня вздумала? Хрен угадала! - Он принялся расстегивать ширинку, потом схватил Джулию за волосы и стал наклонять ее.
Она попыталась вырваться, надеясь, что все закончится миром, но именинник разошелся не на шутку и крепко держал ее за волосы.
- Ах, ты, шлюха позорная! Соси, кому сказал?!
- Одумайтесь, Георгий!
- А если по печени?
- Что ж, это очень интересная мысль! - обозлилась Джулия. - Сам напросился! - Она сконцентрировалась и резко выбросила руку в его сторону.
Георгий коротко вскрикнул, откинулся на спинку стула и остекленело уставился расширенными зрачками на девушку. Когда он вскрикнул, музыка не играла, и, наверное, поэтому его услышали те, кто стоял у входа на посту: они оба выглянули из-за шторы, и Джулия узнала тех, кто обсуждал за столом судьбу какого-то бизнесмена. Изобразив на лице беспокойство, Джулия замахала руками.
- Помогите, имениннику плохо! - негромко позвала она.
- Что с ним? - испуганно воскликнули "быки" и устремились к своему хозяину.
Пощупав под подбородком шею и не найдя пульса, "ушастый" принялся его тормошить.
- Гоша, что с тобой? Очнись, Круг!
В этот миг второй, увидев расстегнутую ширинку именинника, повернулся к Джулии.
- Что ты сделала с шефом? Говори, стерва! - озверело заорал он.
- Ничего не делала: скончался от избытка чувств! - издевательским тоном ответила Джулия.
- Сейчас ты у меня сама сдохнешь от избытка чувств!
Парень бросился к ней, но вдруг, словно наткнувшись на невидимую преграду, на секунду замер как вкопанный, потом рухнул вперед носом и больше не шевелился.
- Ты че, Погода? - испуганно выдохнул его приятель. - Погода, прокашляй мне что-нибудь, слышь?!
Но тот даже не шевельнулся.
- Да спит твой дружочек! Спит вечным сном! - не унималась Джулия.
- Чем ты его, курва? Говори, сука, или замочу! - Он выхватил "лисичку" - небольшой выкидной нож, и угрожающе двинулся прямо на нее.
- Слушай, Лом, спрячь свой ножичек от греха подальше: порезаться можешь! - Она деланно зевнула с явным желанием разозлить бугая и давая понять, что ни во что его не ставит.