– Мы видим, что этот принцип фальсифицируемости является отражением самой сути построения предложений, как базовой составляющей любого разговорного языка.
Люди используют разговорный язык для описания окружающих явлений. Осмысленная человеческая речь состоит из последовательности слов, однако каждое отдельное слово само по себе не несёт смысла, а является лишь устоявшимся в конкретном языке обозначением предмета или свойства. Формирование сочетаний слов через правила синтаксиса конкретного языка является переходом от наблюдения явлений реальности к описанию этих явлений, то есть к мышлению. Минимальным элементом мышления является предложение. Любое явление описывается утверждениями, каждое из которых должно быть законченным предложением, то есть должно быть цельным. Предложение может не содержать некоторых элементов, однако эти элементы должны быть однозначно определены контекстом рассуждений, иначе предложение не будет нести законченную мысль, то есть не будет цельным утверждением.
– Структурно предложение состоит из основных и второстепенных членов
Основными составляющими предложения являются подлежащее и сказуемое. Подлежащее – предмет, действие которого выражается сказуемым. Второстепенные члены предложения уточняют основные члены. Любая часть может отсутствовать в высказываемом предложении, однако контекстом рассуждения она должна подразумеваться и может быть явно добавлена в предложение, при этом суть утверждения никак не изменится.
– В речи сами предложения делятся на утверждения и вопросы. Есть еще побудительные высказывания, однако с точки зрения синтаксиса их можно отнести к утверждениям.
Смысл формулировки утверждений – описание некоего явления. Высказывающий утверждение формулирует предложение, а если слушающий хочет уточнить утверждение, то может задать вопрос с целью получения от высказывающего деталей описываемого явления. Все предложения в рассуждениях делятся на утвердительные и вопросительные. Вопросительное предложение направлено на конкретный элемент явления, который не известен спрашивающему или не был явно упомянут высказывающим исходное утверждение. Для указания конкретного элемента явления, которое хочет уточнить слушающий, в вопросительном предложении используется вопросительное местоимение.
– Мы узнали про построение правильных утверждений, однако могут быть и неправильные.
– Люди способны высказывать неправильные мысли. Такие утверждения могут быть либо ошибочными, либо быть осознанным враньём.
При описании явлений можно формулировать утверждения, соответствующие реальности, то есть правильные утверждения. Однако люди способны формулировать неправильные утверждения. При этом ошибочность может быть ненамеренная, основанная на недостаточности информации или неправильности мышления. Также человек способен осознано формулировать и высказывать неверные утверждения. Часть из них может быть ложью или враньем, другая часть может быть сформулирована неверно с точки зрения правил синтаксиса. Намеренное враньё, но сформулированное правильно, слушающий может проверить, лишь обладая достоверной информацией об описываемом лгуном явлении. Ошибочно сформулированные утверждения могут быть проверены через общие правила синтаксиса. Только правильно сформулированные утверждения, правильно построенные предложения, с правильно определенным контекстом имеют смысл.
– Через соединение структурных элементов синтаксиса можно прийти к расширенному пониманию построения правильных утверждений.
К любому утверждению можно сформулировать вопросы. При этом каждый член предложения, как явно высказанный, так и опущенный, можно сопоставить с вопросительным местоимением. А при замене этого местоимения конкретным значением каждое утверждение можно заменить получившимся вопросом с однозначным ответом – да или нет. Правильно сформулированные утверждения можно однозначно заменить соответствующим набором вопросов, где все ответы будут – да. Например, «Маша ли, мыла ли, раму ли?» Стоит отметить, что существуют языки без частицы «да», однако в таких языках вопросительные преобразования также могут быть проведены, если вспомнить, что частица «да» является противоположностью частицы «нет».
– В речи мы опускаем множество деталей, которые могут быть свободно добавлены в формулируемые утверждения, что существенно не влияет на высказываемые мысли.
– Такие опускаемые детали либо определяются однозначно контекстом рассуждения, либо не существенны для конкретного утверждения.
Некоторые детали описываемого утверждением явления могут быть не важны для конкретных рассуждений. В утверждении они тогда либо не упоминаются вообще, либо присутствуют в форме, которая может быть интерпретирована в значении – «любой», которое равнозначно – «все возможные варианты». Такие детали можно добавить в утверждение, указав, что для всех возможных вариантов такой детали наше утверждение остается правильным. Поскольку к таким деталям применяется эпитет «все» или «всё», то такие детали и опускаются в утверждениях, так как не несут смысл – являются вырожденными.
– Правила синтаксиса сильно варьируются от языка к языку. Однако ядро правил синтаксиса универсально для всех языков.
Все разговорные языки, несмотря на своё разнообразие различий, сводятся к вышеуказанной схеме, то есть в их основе лежат общие правила синтаксиса. Разумные рассуждения, на каком бы языке они не производились, в устной или письменной форме, подчиняются этим правилам.
4. Оба варианта
– Сестра, мы узнали про правила построения локальных связей и структуры внутри языка, поняли его составные элементы.
– В лингвистике для изучения этих элементов выделяются различные направления: семантика, морфология и синтаксис.
– Однако это раскрывает лишь горизонтальные связи внутри одного рассуждения и описания одного, пусть и составного явления. Для полноценного понимания устройства языка и мышления нам необходимо разобраться в вертикальных связях между явлениями. То, как различные рассуждения связываются друг с другом.
– И то, как происходит комплексный процесс мышления, как правильно мыслить, переходя между различными контекстами рассуждений. Для этого необходимо от утверждений переходить к их основанию – контексту.
Отталкиваясь от контекста, как основания, рассуждения делятся на описание двух противоположных явлений, каждое из которых является частью этого общего для них контекста. Таким образом, происходит уточнение более общего явления, его детализация, переход к частному случаю, а далее к конкретным событиям.
Контекст содержит в себе оба явления. Это не значит, что детальные части частных явлений существуют одновременно, а лишь говорит, что описание, составляющее контекст, не учитывает, что именно в деталях присутствует. Всё делится на дополняющие друг друга противоположности.
Когда стоит выбор, касающийся деталей, то можно сказать, что выбор конкретного состояния из противоположностей является субъективным, а контекст с этой точки зрения, как оба варианта, является объективным, так как выбираются оба варианта или, что то же самое, не выбирается ни один из вариантов. Под субъективностью понимается выбор одного из вариантов, а для этого необходим абстрактный субъект, осуществляющий этот выбор. За определением самого понятия субъекта стоит его способность к выбору одного из возможных вариантов. При этом объективен контекст только с точки зрения выбора противоположных состояний, существующих на этом контексте. Сам контекст также является сущностью, имеет свою противоположность и на этом, более обобщенном уровне также субъективен. Для контекста же на уровне выше определяется более обобщенный контекст, и так далее.
Контекст, будучи основанием пары – явление с противоположностью, является причиной этой пары явлений, так как без существования контекста не существуют и явления, появляющиеся на нём. Напротив, без этих явлений контекст может существовать. И явление, и его противоположность являются следствиями их общего основания – причины. Так выстраивается последовательность причин и следствий, во всей своей полноте связывающая все явления.
Прямое прохождение круга мышления от наблюдения к следствию дает только информацию о том, что происходит. Мышление же предназначено для предсказывания явлений, то есть определения, как следует действовать носителю мышления. Для этого необходимо адекватно оценивать наблюдаемые явления, то есть определять причины наблюдаемых явлений и правильно определять их следствия. Круг мышления, состоящий из трех этапов: наблюдения, осознания и действия отражает мыслительный процесс от наблюдения явления через поиск причин этого явления к правильным следствиям, которые помогут носителю мышления совершить правильные действия, соответствующие правильным следствиям. С точки зрения истинного мышления сущностями виток круга мышления состоит из определения основания наблюдаемого явления, то есть адекватного описания контекста, и далее на основе этого описания определение следствия – как определения правильной противоположности наблюдаемого явления.
В изучении контекста лежит ключ к пониманию любого явления. А через понимание контекста лежит путь к установлению связей с другими явлениями.
