Виктор Бобров – Знакомство с Македонией (страница 2)
Недалеко от площади Македонии находится Старая скопская чаршия – мусульманский квартал. Через неё я тоже прошёл. Кебабы, халяли, призывы муэдзина на молитву, тут же – модные кафешки и рестораны с музыкой. Интерееесно… Туристов вроде меня ходило довольно много, ну оно и понятно – центр города всё-таки.
Перекрёсток улицы митрополита Теодосия Гологанова и бульвара святого Климента Охридского. Навстречу мне шли двое дымивших сигаретами мужчин в возрасте примерно 40-45 лет.
– Уважаемые, извините, не подскажете, как пройти на улицу Майки Терезы? – спросил я у македонцев.
– Тебе нужна улица Майки Терезы, которая раньше называлась Воднянска? – уточнил у меня один из мужчин, доставая телефон из кармана.
– Да, да, – заверил я. Я знал, что где-то в километре отсюда находится дом, в котором Мать Тереза то ли родилась, то ли провела своё детство, и это был совсем не тот адрес, который мне требовался. А улицу Воднянскую действительно переименовали в честь Матери Терезы не так давно.
Македонец уставился в телефон, поискал в гугл-картах нужную улицу, посовещался со своим другом и наконец ответил:
– Тебе уже немного осталось идти. Буквально километр. Иди всё прямо по бульвару Климента Охридского, – он показал рукой, – и через один перекрёсток будет улица Майки Терезы.
– Спасибо огромное! – поблагодарил я мужчин.
– А ты откуда? Хорошо говоришь по-сербски.
– Я русский. Только сегодня в Македонию приехал.
– Ну молодец!
– У вас ведь делают ракию? – спросил я мужчин.
– Конечно, – улыбнулись македонцы.
– А какая самая лучшая?
– Тиквешская. Ну, брат-русский, давай, всего хорошего тебе! – пожелали македонцы, пожимая мне руку.
– И вам всего хорошего, спасибо!
Итак, я почти на месте. Осталось всего чуть-чуть.
Довольно быстро я дошёл до нужной мне улицы. Итак, я почти на месте. Сначала я прошёлся по нужной мне (нечётной) стороне улицы, но требуемого дома 35/9 не увидел. Я даже зашёл во двор клинического центра – тоже, конечно, имени матери Терезы. Во дворе было пусто. На ближайшем здании был вывешен список студентов – очевидно, будущих медиков, практикующихся в клиническом центре. Почти половина списка была албанская – Джамиль, Касим, Керим, Эмре и прочие мусульманские имена.
Я снова вышел на улицу в поисках подсказок. Но кто мне мог подсказать – прохожих-то уже почти не было. Я зашёл в ещё один двор, там был виден работающий магазин (а время приближалось уже к 10 часам вечера) и зашёл в этот магазинчик.
– Здравствуйте, парни! Не подскажете, где находится дом 35/9? – спросил я у двух молодых работников магазина.
– Нет, не знаем, – пожали плечами ребята.
Я уже отчаялся искать злополучный дом, потому решил приборзеть:
– А можете посмотреть в интернете, где этот дом находится?
В этот момент в магазин зашёл третий – тоже молодой. Он неуловимо напомнил мне кого-то вроде наших гопников.
– Что тебе нужно? – спросил он у меня.
– Ищу хостел «Комфи» на этой улице, дом номер 35/9, – ответил я.
– А есть их номер телефона?
– Да, есть! – обрадовался я и продиктовал парню записанный на бумажке мобильный номер.
Оказалось, что у моего помощника и у хозяина хостела на смартфонах есть Вибер, по которому они и связались. Парнишка передал мне трубку, а я поговорил с хозяином хостела. Тот сказал, что работник хостела по имени Боян сейчас выйдет на улицу, чтобы меня встретить.
– Я тебя провожу, – сказал парень, давший мне телефон, и мы пошли в нужном направлении.
По пути выяснилось, что мой помощник – албанец. Он посетовал, что Македония сейчас в большом кризисе, а я выразил надежду, что они этот кризис преодолеют. Я хотел дать албанцу 10 денаров за помощь, но он сразу отказался.
Наконец, мы дошли до нужного места, на тротуаре уже стоял Боян – работник хостела, улыбчивый македонец лет 30. Он показал мне, куда проходить, я попрощался с албанцем и двинулся в хостел, который представлял из себя хороший, но ничем не примечательный двухэтажный частный дом.
Дальше было уже не столь интересно – я заплатил за три ночёвки 1215 денаров (то есть 1360 рублей), Боян зарегистрировал меня в журнале, снабдил хорошей картой Скопье и проводил до круглосуточного магазина. Такие магазины и в Македонии, и в Сербии (может быть, и в других странах экс-СФРЮ) называются «трафика». Там я купил какого-то печенья, заметив, что цены на продукты в Скопье далеко не низкие.
А потом спааать!..
День первый
Поскольку главной целью моего приезда в Македонию было посещение матча Македония-Албания, то утром 4 сентября я двинулся из хостела на стадион «Телеком Арена» (более известен как «Филипп Второй Македонский»), на котором обычно проводят свои домашние матчи скопский клуб «Вардар» и сборная Македонии.
Даже ранним утром в Скопье стояла жара. У меня даже не возникло мысли надевать куртку – только футболка и всё. Впрочем, и чрезмерной жары не наблюдалось, всё-таки на дворе стоял уже сентябрь. Вот в день приезда я был в куртке и не вспотел, так как солнце тогда уже зашло, отчего было очень прохладно.
Путь до стадиона был хорош тем, что затрагивал весь запад центральной части Скопье и давал возможность познакомиться с македонской столицей. Мой путь пролегал по бульвару Климента Охридского. Ну что сказать – обычный широкий проспект, подобных которому не счесть в любом свежеотстроенном районе российского города. Проезжая часть просторная, тротуары тоже.
Хотя был понедельник, машин по бульвару проезжало не так уж много. Как и в Сербии, в основном это были европейские марки, но на одном из перекрёстков я заметил и нашу «четвёрку», а также нечто старое и очень ржавое – но уже не на перекрёстке, а во дворе. Это был вроде бы «Жук» (в Сербии их тоже сохранилось множество). В тот же день мне попадались на глаза и «девятка», и даже «двадцать четвёртая» «Волга», которую в той же Сербии уже не сыскать.
Уже недалеко от стадиона я увидел недавно построенное величественное здание правительства Македонии. Сразу за ним – река Вардар. Именно здесь весной 2017 года (да и не только 2017) проходили многотысячные акции протеста, демонстрации и столкновения.
Собственно, в наших СМИ эта страна стала чаще мелькать в последние годы как раз политическим подтекстом – в связи с массовыми протестами и столкновениями, проходившими практически ежегодно. Протестами сопровождался и переход власти от премьер-министра Николы Груевски к проевропейскому премьеру Зорану Заеву в 2016 году.
– Во время премьерства Груевски стало очень много коррупции, набрала силу мафия, – позднее жаловались мне македонцы. – Прикрываясь его именем, мафиози отбирали у людей даже такой бизнес, как какая-нибудь маленькая фабрика по производству семечек.
Знакомая история, не правда ли? В итоге Заев официально стал премьер-министром 31 мая 2017 года. Он провозгласил курс на скорейшее вступление Македонии в ЕС и НАТО. Если со вступлением в Евросоюз явно придётся подождать, то с Североатлантическим альянсом всё оказалось проще: 27 марта 2020 года Македония (уже Республика Северная Македония) стала официальным членом НАТО, 30-м по счёту.
…И вот я уже около стадиона. Арена была построена в 1947 году как Городской стадион «Скопье». Впоследствии стадион был реконструирован в 1970-е годы, а в 2009 году здесь вновь прошла реконструкция, и после этого стадион получил имя Филиппа II – царя древней греческой Македонии.
Обойдя почти всю арену, я нашёл что-то наподобие касс, рядом с которыми кучковалось несколько мужчин, судя по свободному внешнему виду – работники стадиона. Я подошёл к мужикам, спросил у них, где можно купить билеты на завтрашний матч. Ответ меня ошеломил. Македонцы сказали, что матч перенесён из Скопье в Струмицу (город на юго-востоке Македонии в 150 километрах от Скопье). Кстати, в Струмице родился нынешний премьер-министр республики Зоран Заев, а также второй президент Македонии Борис Трайковски, который руководил страной во время военного конфликта 2001 года. Звезда македонского футбола Горан Пандев – тоже уроженец Струмицы.
Разумеется, причина переноса заключалась в том, что соперником сборной Македонии были албанцы. В самом Скопье по переписи 2002 года более 20% населения составляли албанцы, и за 15 лет их доля только увеличивалась. Соответственно, в день матча вполне могли вспыхнуть беспорядки между местными и приезжими албанцами с одной стороны, и македонцами, местными и приезжими сербами и болгарами – с другой. Ну, а в Струмице по данным той же переписи населения проживает 32075 македонцев и 1 (ОДИН) албанец. Там, конечно, матч прошёл бы спокойнее.
А почему я использую данные переписи населения 2002 года, ведь прошло свыше 15 лет? Да потому, что в 2011 году в Македонии должна была состояться следующая перепись населения, но так и не состоялась из-за угрозы бойкота со стороны албанского населения.
С одной стороны, я разочаровался, что главная цель моей поездки в Македонию не была выполнена. Да, я мог бы поехать в Струмицу, сходить на матч, но мне не хотелось тратить минимум 6-7 часов из моего и так краткого пребывания в Македонии. С другой стороны, я сэкономил деньги (а их и так было немного) и время. Теперь можно было не заморачиваться насчёт футбола, а заниматься другими делами.
Необходимо отметить, что в 2019 году, после подписания греческо-македонского договора и переименования Македонии в Северную Македонию, был переименован и главный стадион страны. Теперь он носит имя знаменитого македонского певца Тоше Проески, который погиб в 2007 году в автокатастрофе в возрасте всего лишь 26 лет.