Виктор Бобров – Титан (страница 62)

Следом за мной в помещение влетела Штормфронт, с интересом осмотрев валяющиеся на полу тела. Учитывая, что прошло всего пару секунд, результат был очень неплохим. Ни одного выстрела или крика, чистая работа, а еще соседние дома не были задеты. После чего она лишь мельком глянула на нашу цель, и с ожиданием посмотрела на меня.

— Что дальше? — Спросила брюнетка.

— ****!!

Ответить ей я не успел, так как бородатый мужичок начал кричать, выхватив пистолет. Штормфронт среагировала оперативно, пустив молнии из пальцев. Соответственно, не готового к этому мужчину вытолкнуло в стену.

— Аккуратнее, — строго посмотрел на нее, на что женщина пожала плечами. — Главное, чтобы он мог связно мыслить.

— Это ты к чему? — Меня окинули недоуменным взглядом.

— Не думала же ты, что мы будем проводить классический допрос? Для этого надо хотя бы знать язык. — Указал на очевидную проблему.

— Я знаю персидский. — Проговорила она как само собой разумеющееся. Надо бы и мне подучить языки, может японский еще.

— Почему до этого не говорила об этом?

— А ты не спрашивал. — Усмехнулась Штормфронт.

На такой ответ я мог только вздохнуть, пока дезориентированный террорист поднимался с пола. Ну почему нельзя заранее рассказать о том, что знаешь чертов язык? Так тяжело было?

— *****!

Он с яростью крикнул что-то Штормфронт и указал на нее дулом пистолета, удивив ее чем-то из этих двух действий. Только вот я заметил, что он сам еле как держится, чтобы не выронить оружие из дрожащих рук. Испугался, бедняга.

— Хватит тебе размахивать этим, еще поранишься. — Хмыкнул, выхватывая из его руки пушку, до того, как он нечаянно нажмет на курок.

— *****!! ******** *****!

На что тот продолжил кричать уже на меня, размахивая руками. И даже не зная языка, я мог примерно определить, что он мне говорил. Сообщил кем он является и угрожал чем мог, ничего нового. Ничего, кроме того что он является каким-то очередным Абу, это мне не говорило. И его крики начали надоедать, а голос у него совсем не ангельский.

— Заткнись. — Подкрепил свои слова действием, отвесив увесистую пощечину по его щеке.

Реакция на такое действие было неописуемым, чего только стоили выпученные в искреннем шоке и возмущении глаза. Решив закрепить результат, повторил процедуру, на этот раз тыльной стороной ладони, чтобы не расслаблялся. На попытку дать в ответ, ударил непонятливого человечка по рукам и вновь прибегнул к своеобразному наказанию. Как ни странно, это сработало. Теперь горе-предводитель террористов смотрел на меня с опаской, защищая щеки ладонями. Что выглядело в какой-то мере забавно.

— Успокоился? Вот и славно, — мягко улыбнулся, похлопав по его щеке, поверх ладоней. — А теперь переведи мне, что он сказал.

На пару секунд в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только шумом с улиц. И наконец, не дождавшись ответа от члена своей команды, с вопросом в глазах повернулся назад. Совершенно растерянное выражение лица у Штормфронт стало для меня приятной неожиданностью, все же не каждый день такое увидишь. Но сейчас точно не время для самодовольства по этому поводу.

— Ты внезапно оглохла, Штормфронт?

— Что? Нет, конечно. — Пришла в себя та, с непонятно откуда вылезшим подозрением смотря на меня.

— Тогда переведи мне то, что он недавно говорил, — вкрадчиво повторил, чувствуя что теряю терпение. — Пожалуйста.

— Он сказал, что стал неуязвимым, как мы, — вытянулась она по струнке, отвечая мне. — Как я понимаю, врать бы он не стал.

— Правда? — Окинул взглядом это непроизвольное действие и повернулся к нашему заложнику. — Абу, это так?

Штормфронт любезно перевела мои слова, на что тот поспешно и резковато закивал. Похоже, боль он все же чувствует. Интересно, то-то кожа при пощечинах чувствовалась как-то иначе. В следующее мгновение Абу согнулся пополам, застонав от боли. Даже слегка подпрыгнул, примерно на двадцать сантиметров вверх. Удар в живот коленом вышел прям на загляденье, хоть сейчас используй в каком-то файтинге.

— Все же боль от этого не исчезает. Да, Абу? — Уже с веселой улыбкой обратился к лежащему на полу ублюдку, который уж точно не чурался убийств мирных граждан. — Знаешь, это даже хорошо.

— Недостаток препарата V, похоже он первым испробовал его на себе, — с заметным злорадством предположила Штормфронт. — А можно мне тоже?

Опустим и проигнорируем то, что она знает о препарате и о его побочных эффектах. Это напрашивалось само собой, когда она внезапно для всех появилась в команде.

— Если только немного, мы ведь не знаем его пределов. — Отвечаю я, вообще не испытывая по этому поводу неприязни.

— Я буду очень аккуратна. — Милым тоном проговорила она, подойдя к будущей жертве.

Глаза женщины почернели, а из рук вырвались толстые лиловые молнии. На губах заиграла улыбка, которая с каждой секундой становилась все шире. Вместо криков от Абу были слышны только сиплые завывания, в попытке хоть как-то сопротивляться этому. Можно подумать, что у него может хоть что-то получиться. Слишком уж слаб он, по меркам суперов, почти что простой человек. Разве что немного сильнее, но это даже не чувствуется.

И знаете что? Никакой жалости не было вовсе. Этот же человек имел слишком много грешков, чтобы я мог проявить к нему сочувствие. Убийства, насилие и многое другое, о чем не хотелось вспоминать. Развлекался ублюдок по полной, наслаждаясь властью. Пускай помучается, раз нам некуда спешить.

А почему же я вообще поощряю проявление садизма со стороны Штормфронт? Ну, на такой вопрос ответ будет простой: Мне нужно втереться в ее доверие. Еще во время поимки Кенджи, брата Кимико, я заметил эту ее садистскую сторону. Если честно, то она эту свою сторону скрывала не слишком умело. Видно, что не сдерживалась особо.

Мне необходимо знать о том, что движет Стэном Эдгаром. Быть проинформированным о его следующих шагах и подготовиться к ним. И в этом мне поможет Штормфронт, которая сама не была против сблизиться со мной, судя по поведению. Нужно только сделать вид, что имею схожее мировоззрение. А дальше она сама мне откроется. Как говорил один известный философ: "Держи друзей близко, а врагов еще ближе". Главное только не заиграться с этим.

Глава 49

Каждый шаг чувствовался так, словно вместо кроссовок на ногах были тяжеленые сапоги. Чувствовалось, что он уже не может так легко пробегать повороты, словно не замечая их. Воздух, который он совсем недавно разрывал своим телом и скоростью, теперь чувствовался словно кисель. Сознанием он воспринимал реальность будто год назад, когда проблем со здоровьем не было. И от того становилось только больнее.

Реджи чувствовал что каждая миллисекунда, которую он тратит для преодоления этого смешного расстояния, это гвоздь вбивающийся в крышку гроба его карьеры. Дыхание сбивалось от этих переживаний, которые не могут оставить его во время тренировок. И вот перед ним финиш. Реджи ускорился, чтобы хоть как-то компенсировать разрыв во времени и пересек линию.

— Нет. Слишком медленно. — Категорично заявил его брат, а по совместительству тренер.

— Я знаю, Нэйтан. — выдохнул Поезд-А, раздосадовано снимая очки.

Реджи часто дышал, чтобы прийти в норму. Последние дни выдались крайне напряженными. Настолько, что иногда он задумывался о том, чтобы вернуться в камеру, где он находился наедине с самим собой. Без каких-либо новостей о том, что какие-то уроды украли ебучий препарат V. Это нервировало даже больше того, что происходило на ежедневных тренировках. Не в ситуации, когда кто-то может действительно навредить его родным и близким. Теперь это не происходит где-то там, с теми за кем круглосуточно можно следить. Они уже крепко обосновались внутри страны, и это тревожило сильнее.

— Может тебе отдохнуть? Покушать и набраться сил? — С беспокойством сказал Нэйтан, подойдя к брату и положив руку на его плечо.

— Думаю, что стоит покушать. А после продолжим тренировку. — Кивнул Реджи, взяв себя в руки.

— Вот это мой брат! — Улыбнулся он, после чего посмотрел в сторону трибун. — И удели внимание своей даме, а то даже жалко становиться.

— Я всегда уделяю ей внимание, только в горизонтальной плоскости, бро. — Отшутился Реджи, тоже обратив внимание на Коготок.

— Иди уже, умник. — Фыркнул Нэйтан, хлопнув его по спине.

Реджи не стал противиться словам брата и действительно пошел к своей девушке. Она сидела на скамейке и ждала окончания тренировок, взволнованно наблюдая за этим. Он улыбнулся ей, усевшись рядом.

— Ну, как тебе?

— Ты был быстрым.

— Поверь, я могу быть куда быстрее, — проговорил Реджи, пытаясь убедить скорее себя, чем свою девушку. — Надо только привести себя в форму.

— Я не сомневаюсь, — убежденно ответила Коготок, доставая из термосумки еду. — Три тысячи калорий в час, верно?

— Да, детка.

С улыбкой он стал уплетать крайне калорийную еду, чтобы набраться сил. Да, это вызывает некоторый дискомфорт, но Реджи привык к такому еще с трех лет. Именно в этом возрасте он впервые узнал о своих силах и даже обогнал пулю. Куда хуже дела обстояли у Марафона, его предшественника, которому приходилось употреблять почти в три раза больше. КПД при этом был мизерным, хотя у него была более крутая фишка, с прохождением сквозь стены. Об этом Поезд-А может и не мечтать.

— Если бы это была прямая дорога, я мог бы разогнаться до тысячи миль в час. А здесь не каждый спидстер сможет разогнаться до скорости звука… но Шоквейв смог, в отличии от меня.