Виктор Блытов – Служил Советскому Союзу! (страница 14)

– Внимание товарищи офицеры, мичманы, старшины и матросы на корабле объявлена боевая тревога с целью проведения встречного учебного боя с авианосной ударной группой южных во главе с гвардейским авианосцем «Азов». Предположительно по данным разведки группа кораблей южных находится приблизительно 400 миль юго-западнее нас. По погоде сейчас мы не можем поднять штурмовую авиацию и вертолеты целеуказаний, но и противник находится видимо в такой же ситуации. Наша задача уничтожить его на максимальной дальности стрельбы крылатыми ракетами. Можно рассчитывать, что и противник будет стремиться сделать то же самое. Тактико-технические данные наших кораблей и авианосцев совпадают и многое зависит от того, кто раньше обнаружит противника и применит свое оружие. Для обнаружения АУГ «Азов» командованием эскадры отправлен сторожевой корабль «Страшный» Его задача обнаружить противника и выдать нам целеуказания. От действий каждого офицера, мичмана, старшины и матроса зависит успех встречного боя. Связисты вам держать устойчивую связь со «Страшным». РТС-овцам быть готовым к обнаружению кораблей и авиации противника. Ракетчикам быть готовым к нанесению удара по АУГ противника всеми крылатыми ракетами совместно с крейсером «Адмирал Грейг». ПВО-шникам быть готовым отразить воздушное нападение вероятного противника. От действий каждого офицера, мичмана, старшины и матроса будет зависеть успех боя. Не подведите сынки.

Это не совсем уставное окончание речи командира умилило Володю. На боевом посту все внимательно слушали выступление командира, оторвавшись от своих пультов. Матросы переглянулись между собой и по команде мичмана Кононенко, каждый продолжил выполнять свои обязанности, украдкой посматривая на молодого комбата и старшину команды.

– Главное чтобы молодой комбат не подвел, а мы-то выполним, все что положено – подумал, нахмурившись, старшина 2 статьи Бородачев, глянув еще раз украдкой на молодого лейтенанта.

– Товарищ лейтенант, так что мы вроде главные герои сегодня. Если мы условно уничтожим «Азов», то выиграем бой?» – спросил молодой матросик Голованов, недавно прибывший на корабль.

– Главные-то главные, но главное не опозориться – буркнул как бы про себя мичман Кононенко.

– Все слышали командира корабля? Начать приборную предстартовую подготовку ракет в пусковых контейнерах. Не болтайте – работайте!

Все матросы и старшины приникли к своим пультам.

У Володи забилось сердце от ответственности:

– А если, что не так сделаю, то в реальном бою погибнет вся наша группа кораблей. И хотя сегодня бой условный и реальные старты не предстоят – все равно ответственность большая. Здесь на борту командующий Черноморским флотом, командир эскадры кораблей. А на «Азове» тоже не дураки сидят за пультами – они уже на боевой службе почти полгода, а мы только вышли в Средиземку. И у них комбат не желторотый лейтенант, только что прибывший из училища, а полноценный гвардии капитан-лейтенант Баранов, стрелявший реально по целям не один раз в Белом море, когда я был еще курсантом.

Володя вздохнул и начал на пульте проверку ракет в пусковых контейнерах ПК. Мичман Кононенко внимательно смотрел за действиями командира батареи, и если тот ошибался или что-то делал не так, то ненавязчиво как бы ненароком его поправлял.

Внезапно дверь боевого поста открылась, и в узкое помещение протиснулись два капитан-лейтенанта. Один был заместитель командира БЧ-2 по политической части Ослонов Валерий Вильгеньевич, второй неизвестный. Все сразу оторвались от пультов и обратили внимание, на вновь прибывших.

Володя встал со своего кресла и доложил капитан-лейтенанту:

– Товарищ капитан-лейтенант на боевых постах батареи главного калибра проводится предстартовая подготовка ракет.

– Понятно Владимир Константинович. Так потеснились немного ребята – сказал он, протискиваясь в тесное пространство между пультами к окошку в погреб и пульту командира батареи – У вас за стрельбами будет наблюдать корреспондент газеты «Флаг Родины» капитан-лейтенант Морозов Николай Николаевич – проговорил Ослонов, занимая место прямо за спиной командира батареи.

За окошком в погреб виднелись головки ракет, на которых уже проводился регламент. Володя украдкой глянул в погреб и ощутил затылком горячее дыхание замполита. А корреспондент пристроился прямо за креслом мичмана Кононенко, и достав фотоаппарат – хотел сфотографировать заулыбавшихся матросов.

– У нас тут совершенно секретная техника и вооружение – нахмурился мичман Кононенко – Фотографировать нельзя.

Корреспондент немного сконфузился и убрал фотоаппарата.

– А это должен был я ему сказать – подумал комбат и улыбнулся мичману Кононенко, который снова склонился на пультом и начал колдовать. Дыхание замполита прямо в затылок начинало раздражать Володю – Черт побери, если так будет продолжаться целый час, то мы благополучно завалим все стрельбы. Надо что-то решать.

И наконец, приняв ответственное решение, он включил связь с командиром дивизиона:

– Товарищ капитан-лейтенант на боевой пост прибыл замполит БЧ-2 капитан-лейтенант Ослонов и корреспондент газеты «Флаг Родины» капитан-лейтенант Морозов. Я боюсь, что под таким контролем может быть повторение событий произошедших на крейсере «Адмирал Истомин».

На «Адмирале Истомине» года три назад производили стрельбы главным калибром. В 1-ой носовой артиллерийской башне, также собралось большое количество проверяющих, и желавших лично посмотреть на стрельбы изнутри. Во время стрельб произошел затяжной выстрел. Не желая ударить перед большим количеством проверяющих лицом в грязь, и не сбить темп стрельбы командир батареи, в нарушение всех инструкций, решив, что произошла осечка и приказал открыть казенную часть и извлечь заряд. В момент открывания орудия произошел выстрел прямо в башню. Сгорело 32 человека, в том числе и все проверяющие.

Слепаков понял озабоченность в голосе командира батареи. Он представил, что твориться на набитом людьми боевом посту и попросил на связь замполита:

– Валерий Вильгеньевич, я думаю, что ваше присутствие с корреспондентом «Флага Родины» на боевом посту, где и так мало места для личного состава батареи, отрицательно будет влиять на проведение стрельб. Поэтому убедительно прошу вас с корреспондентом газеты, прибыть на мой командный пункт и отсюда мы вместе будем руководить стрельбами. Да и места у меня здесь поболее ЦКП и БИЦ рядом, командир БЧ-2 находится здесь – все для вас картинка будет нагляднее.

Замполит, не ожидавший такой наглости от молодого, только что вылупившегося из яйца, командира батареи сразу закусил удила:

– Юрий Иванович прошу вас не указывать мне, где быть во время стрельб. Я как вы понимаете, представитель партии в боевой части и один из руководства боевой части сам принимаю решение, где и когда мне находится. А партийное представительство должно быть в самых ответственных местах.

По громкоговорящей связи послышался глубокий вздох командира дивизиона – Тогда вам будет, лучше находится на посту наведения. Стрельб реальных не предвидится, зато пост наведения ракет на цели будет работать с полной нагрузкой. А там что ничего не видно.

Продолжал в более мягком тоне настаивать командир дивизиона. Матросы и старшины уткнулись в свои пульты, не желая участвовать в перепалке офицеров.

Внезапно подал голос, молчавший до этого корреспондент «Флага Родины»:

– Валерий Вильгеньевич мне кажется, что командир дивизиона прав. Здесь действительно мало места, и фотографировать нельзя. Лучше мы после стрельб, если они будут успешными, побеседуем с личным составом батареи в том месте, где можно фотографировать и беседовать. Сейчас отвлекать личный состав от исполнения своих обязанностей наверно не совсем правильно. Может мы действительно, будем наблюдать за стрельбами с КП командира дивизиона, если там достаточно места и он не против. Да и если честно мне интереснее будет посмотреть за наведением ракет на цели.

Закусивший удила замполит был вынужден согласиться с доводами корреспондента и они стали пробираться к выходу. В дверях он повернулся и негромко сказал комбату, привставшему со своего стула:

– Ну, мы с вами товарищ лейтенант – он сделал упор на звании Никифорова – Еще разберемся на партийной ячейке, как это партия вам мешает проводить ответственные стрельбы.

И с этими словами, он громко хлопнул, задраив кремальеры входной тяжелой двери.

Все находившиеся на боевом посту посмотрели на командира батареи. Он, сидел, уткнувшись в свой пульт, и казалось, что все произошедшее его не касается. Кононенко молча протянув руку, положил на руку командира батареи, и пожав ее, сказал тихо:

– Одобряю товарищ командир. Но Ослонов, очень злопамятен и не забудет вам этого.

Получить от подчиненных обращение командир дорого стоило. Как правило, когда подчиненные не уважали командира, то просто обращались к нему по званию. Значит, его признали командиром.

– Товарищ капитан-лейтенант замполит БЧ-2 и корреспондент убыли с боевого поста к вам на командный пункт. Начать проверку электрических цепей ПК-1 – скомандовал Володя, обращаясь уже к подчиненным, и опять уткнулся в свой пульт.

– Есть начать проверку электрических цепей ПК-1 – ответил мичман Кононенко и стал проводить со своего пульта необходимые проверки. От подчиненных матросов и старшин стали поступать доклады о проведении различных проверок.