Виктор Блытов – Кузя (страница 32)
– Силы господни, что же там делают наверху? Тех, кто нужен – сокращают! Непонятно. А к нам как? Война идет, а хирурги им не нужны?
– Зашел в атаманское правление узнать, что и как. И встретил Владимира Александровича. Я сам из донских казаков. Слышали, город Фролово – это бывшая станица Фроловская войска Донского. Вот и пригласили меня в свои казачьи войска! – доложил врач, улыбаясь бесхитростной улыбкой.
Росточка он был чуть выше метра шестидесяти, но немного раскосые глаза на круглом, слегка смуглом лице, смотрели на жизнь с оптимизмом.
– А Игоря Муратова в академии вашей не встречали? – спросил Кузьма.
– Как же? Он был нашим преподавателем на кафедре полевой хирургии. Подполковник. Его почти год из черной формы в зеленую переодевали! – ответил лейтенант.
– Точно, он! Узнаю родного по походке! Так что, Игорь Владимирович, очень мне приятно, что вы попали к нам, я тоже флотский и служил на «Бресте». И командир взвода разведки тоже наш – флотский.
Науменко перебил Кузьму:
– Привез я тебе дочку одного своего товарища. Лиза Хохонько. Она хирургическая медсестра и может помогать Игорю Владимировичу в его работе. Я думаю, что работа на войне врачам всегда найдется, как это ни печально.
– А фельдшера-мужика, Владимир Александрович, нельзя было привезти? – спросил Кузьма, непонятно чему разозлившись, посмотрев на слабенькую девушку, – у нас ведь и кровь бывает иногда на войне. А все же она такая хрупкая!
– А чем тебя Лиза не устраивает? – набычился Науменко, – кого даю – того и бери, а то фельдшера ему мужика подавай! Обойдешься! Что даем, то даем!
– Вы понимаете, что женщина на корабле? – начал выворачиваться Кузьма.
– На каком-таком корабле? Где ты увидел здесь корабль? Ты что, Кузьма, совсем съехал с катушек? У нас испокон веков казачки воевали в своих станицах наравне с казаками и отбивали врагов.
– Ладно, ладно, Владимир Александрович! Если Игорь Владимирович не против такой помощницы, то я за.
– Я не против! – улыбнулся врач, – женщины хорошо работают в хирургии. Да и казаку будет приятнее, когда его аккуратно девушка перевязывает, чем фельдшер.
Все засмеялись, а Лиза засмущалась.
– Решено. Принимай медсестричку!
Науменко немного помолчал, вздохнул, а потом сказал:
– Кузьма Степанович, я не знал, что ты такой женоненавистник! Тебе надо привыкнуть к тому, что там, где у нас не справляются мужчины, встают женщины. Сейчас уже появилось много женщин в нашей армии, и служат они не хуже мужчин, а порой и лучше. Это статистика. И поверь мне, что скоро у нас появятся и женские подразделения. Во время Отечественной войны были целые авиаполки. Родина в опасности и женщины встают на ее защиту и отобрать у них это право мы не можем.
– Да я что? Я не против хороших специалистов! – посерьезнел Кузьма.
– Тогда познакомься еще с лейтенантами! Лейтенант Варганов Андрей Григорьевич. Закончил в этом году Рязанское автомобильное училище – пойдет помощником к твоему Миронову зампотехом. Потомственный сибирский казак из Красноярска. Танковую дивизию под Калининградом, где он служил, сократили.
– Вы волшебник, Владимир Александрович! Мы только сегодня с Сергеем Викторовичем Мироновым говорили, что ему требуется помощник. А вы прямо тут, как здесь!
Науменко усмехнулся.
– Ты прямо, как Цицерон. Председатель правительства обожает такие фразы! Мы тебе дадим все, что ты запрашиваешь. Стараемся дать по максимуму и побыстрее, чтобы вы выполнили свои задачи. Кстати, еще в твой отряд лейтенант Сыркин Дмитрий Владиславович, ваш, так сказать, будущий начальник тыла или попросту зампотыльник, как они сами себя называют. Закончил Вольское училище тыла. Все снабжение отряда вещевым довольствием, продовольствие, боезапас, горючее будет на нем.
– У меня нет слов, Владимир Александрович! Вы маг! – развел руками Кузьма.
– Еще я договорился, что тебе дадут, а Усков передаст четыре машины «Урал» для боеприпасов и вещей казаков, буксировки полевых кухонь и еще два заправщика. Я привез тебе еще шестерых шоферов, все добровольцы из казаков. В твой отряд отбоя нет, но расширять пока мы не видим необходимости. После вашего ухода в середине мая в Урус-Мартан здесь в лагерях начинаем формировать вторую очередь – батальон «Черномория». Уже думаем о том, кто возглавит, какие средства под него выбивать. На вас отрабатываем.
– Владимир Александрович! А где нам устроить врача, медсестру и новых офицеров? У нас в штабном домике все уже занято. Придется уплотняться.
– Конечно, не без этого. Посели Миронова в одной комнате с Варгановым. Одно дело делают. Отдельную комнату выдели для медсестры. Сам понимаешь – женщина! В третьей комнате у тебя Носов. Штаб – это понятно. Четвертая – Осипович.
– Осипович уже неделю живет со своими в палатках!
– И отлично, значит, в последней комнате можно поселить Сыркина с Плаховым.
– Товарищи офицеры! – сказал Кузьма, вставая, – вахмистр Волков покажет вам ваши комнаты и обеспечит всем необходимым, получите постельные принадлежности, оружие, обмундирование и имущество на складах.
– А мы, Кузьма Степанович, сходим, посмотрим полигон, стрельбы? Слышу, у тебя там стреляют. Хочу посмотреть уровень вашей подготовки! – сказал, вставая и надевая фуражку, Науменко.
– Что за шум, а драки нет? – вломился в дверь отец Михаил в зеленой камуфляжной форме, видимо, только что закончил занятие со снайперами, – тут новые люди, а владыка человеческих душ узнает последним!
– Знакомься со всеми, батюшка, уж ежели пришел! – сказал Кузьма.
Все, кроме Науменко, с недоумением посмотрели на батюшку.
– Это наш отрядный батюшка. Отец Михаил! Заодно он у нас занимается со снайперами по совместительству, – представил присутствующим батюшку Кузьма.
– Побеседую я тут у тебя с людьми, если ты, Кузьма Степанович, не возражаешь! – пробасил отец Михаил.
– Не возражаю! – ответил Кузьма, – а мы с Носовым и товарищем полковником сходим, посмотрим на полигон.
Полковник Науменко, открывая дверь, по-отечески пожал локоть Лизы Хохонько.
– Николай Николаевич! Прогуляемся? – постучал в дверь к Носову Кузьма.
Они вышли на улицу. За ними, надевая черный берет, выбежал капитан Носов и поздоровался за руку с полковником.
Кузьма взял его за руку и сказал:
– Николай Николаевич, к нам пополнение прибыло! Три офицера, девушка-медсестричка и шесть шоферов. Девушку я дал команду поселить в наш штабной домик.
– А что за офицеры?
– Врач, зампотех Миронову, и начальник снабжения! – коротко ответил Кузьма.
– Вернемся – побеседую!
Мимо куда-то пролетал озадаченный Миронов.
Кузьма остановил его.
– Мне доложили! Лечу в гаражи знакомиться!
– Сергей Викторович, получите еще «Уралы» и заправщики у Ускова. Кстати, тебе зампотех приехал, сейчас на беседе у батюшки в моей комнате. Будет жить с тобой в одной комнате! Уплотняемся!
– Ко мне помощник, а я последним узнаю? Непорядок это! – проворчал Миронов и пробежал в штабной домик.
– Мы пошли на полигон!
Миронов махнул рукой, что понял.
Не спеша, Науменко и Кузьма направились мимо КПП в сторону стрельбища, откуда раздавались взрывы и выстрелы.
– Владимир Александрович, вы не можете объяснить, откуда кто-то знает маршруты нашего выдвижения в Чечню и точную дату выхода отряда?
– Знаю! – покраснел Владимир Александрович, – наш член атаманского правления, давая интервью одному заезжему журналисту, все рассказал, что знал. Мы с вами люди военные! – он обнял за плечи Кузьму, – мы понимаем, что такое военная тайна, а он – бывший художник, хотя и казак! И об отряде, и о вас, и дате отправки и даже рассказал примерный маршрут движения. Я уж с ним говорил по этому поводу, а газета напечатала. Чушь конечно, но неприятно. Что поделаешь, когда приходится иметь дело с дилетантами. Представляешь себе – взял и рассказал! У нас два выхода – выйти раньше и по другому маршруту или позже.
– Конечная цель – Урус-Мартан? – спросил, немного морщась, Кузьма.
– Да, к глубокому сожалению! Там находится спецгруппа ГРУ «Снежный Барс», с которой вы будете совместно действовать и на пополнение которой вы идете. Ваше дело не брать города и поселки, а выполнять точечные задания, свойственные разведке, вести разведку, брать пленных, проводить диверсии и самое главное – не зависеть от командования войсковой группировки и действовать не по их планам, которые почему-то в течении десяти минут становятся известными Дудаеву и Масхадову.
– Здорово вы нам помогли! – сказал Кузьма, пиная ногой большой камень.
– Камень здесь не причем. Просто дураки всегда были! И ничего с этим не сделать. Будем работать, а что делать?
Они проходили мимо поля, на котором паслись в небольшом загоне лошади разведчиков. На поле уже занимались под командованием Осиповича его разведчики.
У перелеска прогремел взрыв. Это Мирошенко обучал саперов закладывать и взрывать.
Несколько человек у больших щитов бросали в них длинные гвозди без шляпок и ножи в доски.
Науменко заинтересовался и подошел.
– Дайка я попробую! – бросил гвоздь и не попал даже в щит.
– Ты смотри! Не так все просто! Осипович, пожалуйста, покажи, как надо это делать?