Виктор Блытов – Чёрное золото (страница 13)
– Понял, Михаил Маркович! Сделаю все, что могу! – прокричал боцман, уже сбегая вниз по трапу.
С одного из катеров раздалась команда на английском языке:
– Сталл зе муве! Хоул тим ин боат! Капитан хев зе документс он зе шип энд карго. Климп даун зе лоадер.
– Застопорить ход! Команде в шлюпки! Капитану иметь документы на корабль и груз. Спустить трап, – машинально перевел Харитонов
– Файф минитс энд старт файр!
– Пять минут и начинают стрелять! – опять перевел капитан.
С одного из катеров раздалась стрельба из пулемета. Пули с грохотом ударились в надстройку и вниз полетели разбитые изоляторы антенн.
– Лишают нас связи, – констатировал Харитонов и потом добавил, – может, чуть-чуть протянем, и кто-то услышит нас и поможет?
Они с Малеевым и боцманом зашли в рубку, где находился один рулевой.
– Файф минитс пайсид, ви оупен файр! Стоп моушен! Климп даун зе лоадер!
– Говорит пять минут прошло. Они открывают огонь. Требуют прекратить движение и спустить трап! – перевел Харитонов.
По ходовой рубке танкера и по палубе хлестнули пулеметные и автоматные очереди.
С грохотом разлетелись иллюминаторы. Видимо, пулей от рикошета сразу был поражен рулевой Горелов. Пуля попала ему прямо в лоб. Без звука он отлетел от рулевой стойки. Танкер резко покатился влево.
Все, находившиеся в рубке, инстинктивно упали на пол, прикрывая головы от летевших в разные стороны осколков стекла и железа.
– Малеев, остановите корабль! Боцман, спускайте трап!
Помощник подполз к машинным телеграфам и перевел их на «стоп». Боцман выскользнул за дверь и побежал по трапу вниз.
Харитонов посмотрел на лежавшего у переборки рулевого Горелова. Его голова была неестественно вывернута в сторону, и из-под тела текла темно-красная кровь.
Выстрелы прекратились и только громко раздавались гортанные выкрики пиратов, видимо, поднимающихся по трапу.
Начинало рассветать. Если раньше было слегка светло, то теперь за горизонтом показалось солнце, разливающее по синему морю свои лучи. Наступил новый день.
– Малеев, запишите в вахтенный журнал: подверглись нападению пиратов! Пиратами убит рулевой Горелов. Поставьте координаты и время!
Горелов не успел встать и выполнить приказание капитана. В ходовую рубку ворвалось человек пять пиратов.
Один автоматом сразу сбил Малеева с ног и забрал навигационный журнал, лежавший на прокладочном столе.
Второй, видимо начальник, невысокого роста, с черной копной волос и красной засаленной повязкой на голове схватил Харитонова за грудь, и закричал:
– Юу киллд хим! – показывал пальцем он на лежавшего у переборки Горелова, – вай нот стоп шип? Вай кантри зис шип? Вот из зис флэг? (Вы убили его. Почему не остановили танкер? Какой стране принадлежит танкер? Что это за флаг?).
– Ю килд хим, – спокойно ответил Харитонов, – ви стопт шип от ванс. Зис шип белонг Руссия. Зис флэг Руссия. Ю вил би риспонсебл фо зе мадер оф руссия Ситизен. (Его убили вы. Мы сразу остановили танкер. Этот корабль принадлежит России. Это флаг России. Вы будете отвечать за убийство граждан России).
Пират посмотрел на Харитонова, улыбнулся ему в лицо и раздельно сказал:
– Май нэйм из Ибрагим Хван Агунг. Ви тэйк ю шип энд карго. Ю анд ю мэнс вил би воркинг виз ас. Ви ар хоум анд вил би нот ансве ту аниван. Руссия из ноу э вери викконтри ту проджект ю. (Меня зовут Ибрагим Хван Агунг. Мы забираем ваш танкер и груз. Вы и ваша команда будете работать у нас. Мы у себя дома и отвечать ни перед кем не будем. Россия сейчас очень слабая страна, чтобы защитить вас).
Он еще что-то добавил на непонятном языке и два пирата с мрачными лицами, закинув автоматы за спину, взяли бывшего рулевого Горелова за руки и за ноги вытащили на мостик. Там, раскачав, бросили его за борт.
– Шаркс олсо вонт ту ит. Рашн евен тайстер озе. Из зе самсинг ю вонт то телл ми? (Акулы тоже хотят есть. Русские даже вкуснее других. Вы что-то хотите сказать мне?) – сказал Хван, улыбаясь в лицо Харитонову.
– Иф ю тайк танке, релейз би команд он боатс. Летс консайде зе опшион. (Если вы забираете танкер, отпускаете команду в шлюпках. Давайте рассмотрим варианты), – сказал Харитонов, глядя в глаза Ибрагиму Хвану.
Тот посмотрел на него, и, сняв автомат, ударил Харитонова в лицо. Кровь залила лицо капитана. Малеев попытался вскочить на ноги, но ударом автомата четвертого пирата он был сбит с ног.
– Зет ис май респонс ту ю опшионс. Вил сэй, вен ай эловд. (Это мой ответ на ваши варианты. Будете говорить, когда я вам разрешу).
Он что-то скомандовал и пираты, подняв на ноги Малеева, подталкивая обоих в спины прикладами автоматов, погнали их по трапу вниз.
На палубе стояла уже вся команда, загнанная в угол между надстройкой и бортом. Рядом стояли пираты и что-то, смеясь, громко обсуждали. Малеева и Харитонова присоединили ко всем.
На палубе лежали пять трупов моряков. Один принадлежал старшему помощнику Лигурнову, отпущенному сегодня капитаном на отдых, второй старшему механику Володаеву, третий радисту Николаеву и два матросам из палубной команды.
– Михаил Маркович, – встал рядом с капитаном третий помощник и дрожащим голосом доложил, – их убили ни за что. Просто взяли и убили, и сказали, что нас всех тоже убьют. Стармеха вытащили из строя и застрелили за то, что он им что-то сказал, старпома тоже.
Капитан оглядел свое войска и понял, что ни о каком сопротивлении разговора быть не может. Убийство пятерых членов экипажа, вернее, шестерых с Гореловым вместе, произвело на членов команды гнетущее впечатление. Люди замкнулись, боялись сказать хоть слово. Оба оставшихся механика стояли с опущенными головами и боялись их поднять.
– Кип хэндс он зе хеад ту би сеен (Руки держать на голове, чтобы были видны), – скомандовал один из пиратов, видимо, знавший английский язык.
Все по команде Харитонова подняли руки и скрестили их за головой.
– Еврибоди ин зе боат. Фест офицерс, зен афте май комманд гоу озе крев. Окей? (Все садимся в катер. Сначала офицеры, потом по моей команде экипаж. Понятно?) – выкрикнул спустившийся с ходового мостика Хван.
Харитонов перевел и ответил Хвану:
– Ес, андестенд еврисинг (Да, все поняли).
Матросы зашумели, видимо, не зная, почему их оставляют. Но поднятые автоматы заставили замолчать.
– Выполнять все, что скажут, если хотите жить! – прокричал Харитонов.
Матросы успокоились и стояли, опустив головы. Среди них выделялся разорванной тельняшкой боцман.
– Боцман, ты старший среди матросов! – прокричал Харитонов.
Подталкиваемые в спину прикладами помощники и механики стали спускаться вниз. Вместе с ним повели и буфетчицу Иванову Светлану Павловну в переднике, видимо, как и захватили, и с замотанной белым платком головой.
В катере Малеев оказался рядом с Харитоновым.
– Михаил Маркович, давайте держаться по возможности вместе.
– Давай, Витя! – ответил капитан и незаметно пожал Малееву руку.
– Прямо фильм какой-то, как пираты двадцатого века получается. Если бы это произошло не с нами ни за что не поверил бы! – сказал Харитонову второй механик Демидов.
– Наш ВМФ продали и теперь все мы пожинаем плоды этого. А дальше будет только хуже, раз к нам так стали относиться, – ответил, пожав плечами, Харитонов.
– Что делать будем, Михаил Маркович? – спросил третий помощник капитана, щупленький с большими залысинами Волков Иван Павлович.
– Пока ничего, – пожал плечами капитан, – что ты сделаешь? У них оружие, а у нас ничего нет.
Катер отвалил от борта. Уже отходя, увидели, как пираты выбрасывают за борт убитых. Тела с брызгами падали в воду и тут же закипали водовороты снующих рядом с бортом акул.
– У деда (стармеха) остались две дочки, – тихо сказал третий механик Петровский, назначенный на «Надежду» перед самым отходом вместо заболевшего воспалением легких Григоренко Семена Степановича.
– А у старпома взрослый сын остался, – тихо сказал доктор Врублевский и потом добавил, смущенно разводя руками, – и чего я в Израиль не уехал, когда все уезжали? Вот идиот. Думал, что там воюют, так избегу. Нет, надо было послушать жену. Дурак, идиот. Да если бы знать, где соломку постелить.
Яркие лучи солнца разливались по водной глади. Катер отошел от трапа, и, резко набирая ход, развернулся почти на месте и взял курс на ближайший остров. Корабль остался позади, постепенно удаляясь. С него раздалось несколько выстрелов. Все повернулись назад и увидели еще всплеск воды рядом с бортом.
Харитонов осмотрелся на катере. С ними было восемь пиратов. Один стоял у штурвала, второй на возвышении у переднего пулемета, один в кормовом отделении у пулемета, трое стояли сзади, направив на пленников свои автоматы и двое, видимо, механики, находились в машинном отделении. У всех за ремнями были широкие ножи. На головах у всех были ярко красные повязки, из-под которых рассыпались по плечам черные, запутавшиеся волосы. Шорты, сделанные из бывших джинсов, с отрезанными штанинами и разнообразные маечки еле прикрывали мускулистые темные тела. Слегка узковатые черные глаза выдавали в них то ли индонезийцев, то ли малайцев. О сопротивлении не могло быть и речи. Любое движение могло привести ни к кому не нужным жертвам.
– Товарищи офицеры! Прошу всех вести себя достойно и меньше болтать между собой, если, конечно, не хотите кормить акул, – тихо сказал Харитонов сбившимся вокруг него оставшимся живыми помощникам и механикам, – пираты ни с кем из нас церемониться не будут, и они это доказали. Им нужен танкер, и мы им не нужны.