Виктор Бакин – Владимир Высоцкий. Жизнь после смерти (страница 2)
«Information» (Дания, Копенгаген), 30 июля 1980 года: «На прошлой неделе скончался 42-летний русский певец и актер. Западные корреспонденты в Москве сообщают, что в связи с трауром и похоронами улицы Москвы пришли в состояние беспорядка. <…> Ходят слухи, что Высоцкий покончил с собой. Если так, то почему? Теперь мифы будут разрастаться по русским меркам: было ли это связано с любовью, политическими репрессиями или пресыщенностью жизнью. В феврале мне рассказывали на Таганке, что Высоцкий сильно переживал проблему своего старения. Может быть, это послужило причиной его смерти».
«Le drapeau rouge» (Брюссель, Бельгия), 26–27 июля 1980 года: «Советский актер и певец Владимир Высоцкий, муж французской актрисы Марины Влади, скончался в пятницу в Москве от инфаркта, сообщил Театр на Таганке, где работал актер.
В свои 43 года Владимир Высоцкий был очень хорошо известен в СССР по своим ролям в Театре на Таганке – авангардистском театре Москвы – и своим песням (некоторые содержали критику режима), которые были хорошо знакомы советским слушателям, хотя мало издавались на дисках в СССР».
Все западные издания подчеркивали брачную принадлежность покойного Марине Влади как основную жизненную заслугу поэта с «уголовным прошлым». Для них Высоцкий – очередной муж известной кинодивы, позарившейся на русскую экзотику. Английская «The Times», 26 июля 1980 года: «Владимир Высоцкий, советский актер и исполнитель баллад, чьи резкие политические песни часто причиняли ему неприятности с властями, умер от сердечного приступа, по сообщению друзей. Он был мужем Марины Влади, французской актрисы». «Morning Star», 28 июля 1980 года: «Он был женат на Марине Влади, русской актрисе, живущей сейчас в Париже, звезде фильма 1967 года Жан-Люка Годара “Две-три вещи, которые я знаю о ней”». Канадская «Globe and Mail» (Торонто), 29 июля 1980 года: «Высоцкий, который был женат на французской актрисе Марине Влади, умер в прошлую пятницу от болезни сердца после трех месяцев пребывания в больнице». Итальянская («L’Unita»), 26 июля 1980 года: «Один из самых знаменитых советских певцов Владимир Высоцкий, муж французской актрисы русского происхождения Марины Влади, скоропостижно скончался прошлой ночью в Москве от инфаркта. В 43 года, будучи очень популярным среди молодежи благодаря своим антиконформистским песням, Высоцкий был также одним из ведущих актеров лучшего драматического театра Москвы, Таганки». Немецкий «Der Spiegel» (Гамбург, ФРГ), 4 августа 1980 года: «Участники траурной церемонии спонтанно, неорганизованно шли сквозь государственный караул – сквозь тотально оцепившую олимпийскую столицу государственную полицию СССР. Против нее как раз и выступал Высоцкий, советский лирический поэт, в своих песнях, познакомившись уже в молодом возрасте с лагерями (позднее он женился на западной актрисе Марине Влади)». Для своего народа Высоцкий был национальным героем, а для чужого – только мужем французской актрисы…
Без легенд, вранья, но со скорбью и выражением великой утраты писали в первые дни после похорон газеты Польши и Болгарии.
Болгарское телевидение сообщило в своем информационном выпуске о похоронах Высоцкого. Были показаны заполненные народом Таганская площадь и прилежащие улицы. Целый ряд болгарских газет – «Народна култура», «Литературен фронт», «Отечествен фронт», «Народна младеж», «Пулс» – отметили смерть Высоцкого. Журнал «Младеж» предоставил место для воспоминаний о покойном и для его портрета, «Факел» и «Наша родина» тоже поместили материалы о Высоцком.
31 июля 1980 года, болгарская газета «Литературен фронт»: «…Этот человек не мог жить без поэтов и без поэзии. И давайте выскажем дерзкую мысль: он участвовал в воспитании своего поколения поэтов, в воспитании их чувствительности».
Польский еженедельник «Przyjazn», Варшава, 22 августа 1980 года, Роман Шидловский: «Избранники богов умирают молодыми. Остальное пусть будет молчанием. Высоцкий не сыграет уже ни одной роли, не споет ни одной песни. Однако останется в нашей памяти. Шекспир сказал: «Искусство актера – это зеркало, в котором отражается правдивый, неприкрашенный мир». Именно таким актером был Владимир Высоцкий».
«Политика» (Белград, Югославия), 28 июля 1980 года: «Известный советский актер и певец Владимир Высоцкий, незабываемый Гамлет Театра на Таганке, умер в 43 года от инфаркта. На киноэкране Высоцкий сыграл Дон Жуана, играл он и в фильме, поставленном по книге американского репортера Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир». Высоцкий был и популярным певцом. Жил он попеременно в Москве и Париже с супругой – французской актрисой Мариной Влади».
Помимо единственной советской газеты «Вечерняя Москва», сообщившей о смерти Высоцкого, был некролог в таллинской газете «Sirp ja vasar» от 1 августа 1980 года, где были напечатаны такие слова: «Прежде всего, он был знаменитым автором и исполнителем песен, в которых дар поэта и композитора и мастерство певца соединились с гражданской страстностью… Ушел художник, который остро чувствовал свое время и сумел мастерски отобразить его в своем творчестве. Для многочисленных почитателей его таланта это невосполнимая утрата».
Однажды в гостях, в Болгарии, Владимир Высоцкий сказал почти случайно:
Посмертная маска
26 июля художник Юрий Васильевич Васильев вместе со своим сыном Михаилом, студентом Строгановского училища, по просьбе Ю. Любимова снимает посмертную маску Владимира Высоцкого. Васильев был хорошо знаком с Высоцким. Он был художником спектаклей «Павшие и живые» и «Пугачев», был знаком со скорбным ремеслом создания посмертных портретов. В свое время он делал посмертную маску турецкого поэта Назыма Хикмета…
В 14 часов 10 минут Васильев по всем правилам наложил маску, как это делал всегда. Когда же он попытался ее снять – это оказалось невозможным. Как будто какая-то сила прижала ее к лицу. Юрий Васильевич вспоминал, что он обратился к Высоцкому: «Володенька, отпусти». Неожиданно легко маска снялась.
М. Влади помогала при этой работе художнику. В своих воспоминаниях она напишет: «Уже ночь. Я включаю нашу настольную лампу. Золотистый свет смягчает твое лицо. Я впускаю скульптора, который поможет мне снять посмертную маску».
Конечно же, романтичнее и таинственнее снимать посмертную маску самой и ночью, тем более когда тебе «помогает скульптор»…
Одновременно с маской был сделан слепок левой руки Высоцкого. Этот слепок Ю. Васильев передал в Музей Высоцкого. Решением фондовой комиссии музея слепок был принят на хранение во вспомогательный фонд. Музейные правила предполагают включение предметов в основной фонд лишь при гарантированной возможности их хранения сколь угодно долго. Материал слепка – гипс. По мнению работников фондового отдела, этот материал не обеспечивает длительной сохранности без надлежащих условий.
По первому слепку маски была изготовлена разъемная форма, по которой были изготовлены три гипсовые копии и три отливки из металла. Отличительной особенностью масок работы Юрия Васильевича было наличие на обратной стороне по мягкому материалу надписи «Вл. Высоцкий», подписи скульптора «МОН» (это было его детское прозвище) и римских цифр – порядкового номера маски: I, II, III. Первичный же слепок не был заполнен гипсом изнутри (полый), находился в мастерской скульптора (с застывшими в гипсе ресничками) и пропал из мастерской, когда Юрий Васильевич был болен и в мастерской жила его дочь.
Гипсовая маска с номером «один» была подарена Васильевым своему другу, профессору Ю. Делюсину, который долгое время входил в художественный совет Театра на Таганке; вторая маска была выполнена мастером по личной просьбе В. Золотухина и находится у него; третью маску 13 июня 1991 года жена Ю. Васильева Елена Петровна передала в музей.
Потом были заказаны бронзовые копии, тоже в трех экземплярах. Для качественной отливки Юрий Васильевич отдал свои серебряные ложки.
Одна из них – во Франции у М. Влади, вторую Васильев отдал лично Ю. П. Любимову, который положил маску в сейф, третья маска, которая предназначалась для семьи, Васильев передал Артуру Макарову.
В 1983 году Ю. Любимов уезжает в Лондон ставить там спектакль «Преступление и наказание», и вторая маска исчезает из сейфа… Противоречивая информация от разных лиц судьбу этой маски так и не раскрыла.
В. Янклович: «Скульптору Распопову, который делал фигуру Высоцкого, понадобилась маска, понадобилась для работы. Распопов решил обратиться к Дупаку (раз в театре – значит у директора). Дупак ответил, что маски у него нет, Любимов увез ее за границу… Но Петрович никакой маски за границу не увозил, она должна быть у Дупака…» Семья беспокоится тоже. Нина Максимовна Высоцкая приезжает в театр… Где маска? «Дупак повел нас в кабинет… Нет ключа от сейфа! Долго искали ключ. Открыли сейф в кабинете Любимова – маски нет. А Дупак говорит: «Я ничего не знаю. Маска была». – «Как же так, Николай Лукьянович!» – «Я буду искать». Звоню на следующий день: “Вы знаете, Нина Максимовна, обратитесь к Марине… Мы и вторую отдали ей…”»