Виктор Азбукиведиев – Рубаки и мученицы (страница 1)
Виктор Азбукиведиев
Рубаки и мученицы
Рубаки и мученицы
По окончании собрания гаражного кооператива «Феникс» группа его членов горячо обсуждала заумный доклад председателя, прозванного «Рубака», который бубнил мудрёную речь с заковыристыми выражениями:
— Жёны должны постоянно следить за мужьями, чтобы ихние супруга вовремя вносили свои членские, между прочим...
И, еле ворочая языком, закончил доклад так:
— Хай я дурак, но вы ж должны понять, куды и на што ушла ваша членская деньга...
Лидер пятерых активистов, пожилой Виктор Петрович, предложил продолжить обсуждение речи «Рубаки» не под открытым небом, а у него в гараже. Он открыл ворота и включил освещение. Пятёрка активистов ахнула. Вместо боковых стен в гараже были большие окна; с потолка светило солнце и по всему потолку плыли белые облака. Слева, за большим окном во всю стену, зеленел луг и светилась берёзовая роща. Через открытое окно напротив активисты видели бескрайнее море и белокрылых чаек над ним, некоторые из которых были нарисованы так, что они вот-вот влетят в настежь раскрытое окно. Задняя стена была мастерски нарисована стеллажом, заполненным снизу доверху шедеврами мастеров искусств и ремесленников. Среди красочных рисунков современного и старинного оружия выделялся автомат Калашникова, около которого висели сабля, кинжал и нагайка. Однако глазу не было заметно, что сабля, кинжал и нагайка — не рисунки, а реальное оружие. Рядом со стеллажом стоял стол, окружённый мягкими стульями. На столе между двух ваз с цветами возвышался самогонный аппарат и блестел старинный самовар. Рядом лежали ноутбук и раскрытая книга. По углам, при включении, вздрагивали холодильники.
— Зимой я рисую весенний или же летний пейзажи, летом — осенний или зимний, — не торопясь рассказывал гостям Виктор Петрович, указывая на окна и небо. — В рисунках исключаю людские лица, фигуры, рожи, столбы, провода, машины, колеи... Словом, всё, что считаю лишним и что мешает наслаждаться прекрасными видами нашей бескрайней Отчизны.
Цветы в вазах, при близком рассмотрении активистами, оказались неотличимыми от живых.
— Цветы я сотворил из бумаги по собственной технологии, — пояснил творческий Виктор Петрович. — Капельки росы на лепестках роз — хрустальные. Их изготовила жена, но технологию изготовления держит в секрете даже от меня. У неё чистая хрустальная душа и вся она есть сокровище. На столике у неё всегда живые цветы... Это уж моя забота. Ни бумажных цветов, ни плюшевых мужчин с картонными мечами моё сокровище не зрит и не терпит.
После поразительных слов хозяина «хрустальная душа и вся она есть сокровище» гости умолкли и внимательно смотрели на хозяина, ожидая неких уточнений, но Виктор Петрович молчал.
— Женитьба делает мужчину и женщину счастливыми, — добавил к «сокровищу» семидесяти семи летний вдовец Николай Иванович. — Без неё не то. Руки опускаются. Хоть вешайся...
Но деликатный Виктор Петрович не поддержал тему про «хоть вешайся», а повёл речь о своём и творчестве вообще.
После обсуждения тонкостей письма пейзажей, чаек, изготовления цветов с хрустальной росой и тому подобного, гостей заинтересовал сверкающий самогонный аппарат. Гостеприимный хозяин объяснил, что аппарат он приобрёл через «Озон», и доходчиво рассказал гостям, как с помощью бака, множества трубок, ума и инструкции приготовить «эликсир долголетия».
— Эта длинная вертикальная труба для того-то, — объяснял он. — К ней подсоединяются шланги, вентили... Сюда закладываются ароматы персиков, груш. Программное обеспечение с помощью ИИ следит за нужной температурой и всем процессом. Нужно строго соблюдать режимы «головы и хвоста» при получении продукта, — подчеркнул Виктор Петрович. — Поэтому полученный мной эликсир кардинально отличается от опасных смесей, приготовленных в сараях, амбарах, ангарах путём слияния опасного спирта с опасной водой. Мой продукт — лекарство при нужных дозах, а жидкости из слияния — яды. Боевые отравляющие вещества.
— С некоторых пор эликсир долголетия я готовлю редко и исключительно для себя, — продолжал творческий Виктор Петрович. — С вашего позволения, господа, мы испробуем качество эликсира. От души прошу — не откажитесь.
С этими словами хозяин убрал со стола всё блестящее, достал из холодильника графин с прозрачной жидкостью и следом — маринованные грибочки, огурчики, сало, домашнюю колбасу, лук, чеснок, зелень...
Скрип тормозов оборвал речь деликатного Виктора Петровича, который произносил её перед активистами, стоящими вокруг стола с полными рюмочками. В гараж вошла женщина и строго объявила:
— К вам приехал ревизор.
— Знакомьтесь! — воскликнул Виктор Петрович. — Моя любимая женушка, Клеопатра Антониевна...
Однако желаемого, размеренного знакомства активистов с «ревизором» не получилось.
— Помогите, спасите, помогите! — совсем рядом взывал о помощи чей-то женский голос.
В гараж вбежала женщина и следом — босой мужчина с большим ножом, наподобие тесака. Несмотря на искажённое лицо босоногого преследователя и выпученные глаза, активисты легко узнали своего гаражного председателя — «Рубаку».
Женщина побежала вокруг стола, Рубака следом, выкрикивая:
— Убью, гадина. Выпатрашу и набью чучелу саломай... Науччу тибя, кабылла, правильно поддавать мужжу стаккан и лошку.
Клеопатра Антоновна ловко и вовремя подставила ножку бегущему Рубаке. Лёжа на полу, Рубака тёр ушибленный лоб и рычал:
— Изрубаю усех баб в капусту... Ни единой не оставлю даже на развод...
Изрыгая мат, незваный гость поднялся и, злорадно ухмыляясь, уставился на Клеопатру Антоновну. Окаменевшие от ужаса активисты краем глаза заметили, что Клеопатра сняла со стеллажа саблю, выхватила клинок из ножен и пальцем пробует остроту. Рубака пьяным взором смотрел на саблю, как подпольный ювелир на крупный бриллиант. Сузив глаза, он направил тесак на Клеопатру и пошёл ей навстречу.
Удар саблей плашмя пришёлся ему в левое ухо и челюсть. Протез выскочил изо рта Рубаки на стол и, соседствуя с салом и огурчиками, вызвал у Клеопатры чувство отвращения. (Любимая жена Виктора Петровича, имеющая хрустальную душу и умеющая творить хрустальную росу, оказалась, к тому же, ещё и бесстрашной амазонкой.) Она подняла концом сабли протез и поднесла «зубы» к носу босоногого женоненавистника. В ответ Рубака с визгом ринулся на амазонку с тесаком... Искры от скрещённых клинков подтверждали твёрдость стали и беспощадный дух двух начал.
Следующие удары саблей (и опять же плашмя) Рубака получил по голове, в плечо и по рукам. В итоге короткого боя тесак валялся рядом с сидящим на полу ошеломлённым Рубакой. Амазонка подала нагайку жене Рубаки и предложила «преподать» мужу дополнительный урок...
— Я боюсь, — заикаясь, произнесла женщина, сдавливая нагайку как змею. — Это почти сорок как... Муж... Теперь мне совсем житья не будет. Что вы наделали. Зачем вы его покалечили? Боже мой, боже мой! Куда деваться? Куда? Осталось только утопиться или повеситься...
Клеопатре Антоновне (зав. психоневрологическим диспансером), после случайной боевой встречи с явным пациентом вне своего учреждения, ничего не оставалось, как идти до конца боевым путём. Хрустальной души амазонка упёрла саблю в шею женоненавистнику и строго приказала:
— Просите прощения за всё содеянное над женой, или я сниму вашу голову с плеч.
Рубака устремил взгляд в небо (нарисованное на потолке), подкатил глаза под лоб и свалился набок. Клеопатра Антоновна после осмотра зрачков явного пациента и краткой беседы с женой Рубаки обняла её и мягко произнесла:
— Вылечим.
Жена, не мешкая, вызвала скорую, и через четверть часа явный пациент был отправлен в диспансер.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.