Виктор Алеветдинов – Кровь Нефритового князя. Печати Небесной крови. Книга 2 (страница 4)

Даже Ли улыбнулась, хотя сразу отвела взгляд к журналу.

Глеб провёл пальцем по краю страницы. Красная нить качнулась к его руке, а метка Чёрного Неба ответила холодом. Печать не смогла решить, считать ли его человеком или оружием. Нить раздвоилась между мечом и запястьем.

Караульный шагнул ближе.

— Не трогай, — предупредила Ли. — Реестр сам проверяет противоречие.

Глеб убрал руку. Нить снова легла на бумагу.

— Исправляйте, пока он не решил, что я — ножны, — сказал он. — В них удобнее. Не кормят и не спрашивают.

— Нужен приказ старшего лица, — ответил Вэй Цун.

— Ты здесь начальник.

— На посольские записи моя власть ограничена.

— Зато держать меня у тебя власть нашлась.

Вэй Цун промолчал. В окно Глеб увидел, как тело курьера уносят в кладовую. Боро шла следом, высматривая следы возле водостока.

На соседнем столе лежали бланки. Под чистым верхним листом виднелась красная рамка.

Глеб взял стопку.

Писарь бросился к нему и заговорил быстрее. Глеб оттолкнул его локтем, без удара, но достаточно, чтобы тот отступил.

— Савва, что он бережёт?

— Говорит, это служебные бумаги.

— Вижу. Бумага служит, человек сидит.

Он поднял верхний лист. Под ним лежал заполненный бланк. В середине оставалось белое место, но по краям уже стояли строки и печати.

— Переводи.

Савва взял документ. Его лицо изменилось, едва он прочёл первую строку.

— Это постановление о передаче обвиняемого дворцовой страже.

— Имя есть?

— Есть.

Ли подошла ближе. Вэй Цун протянул руку, но Глеб прижал бумагу ладонью к столу.

— Сначала прочтём.

— Документ не введён в действие, — сказал начальник.

— Тогда чтение не повредит.

Савва продолжил:

— «Глеб Воронец, русский, около тридцати двух лет, с рубцом под левым ухом. Вооружён коротким мечом, малым топором и ножом без клейма».

Глеб коснулся рубца. По дорожным бумагам его описать не могли.

— Дальше.

— «Задержан при следовании к Северной столице. Сопротивление вероятно. При попытке побега допускается связывание кровным условием».

— Причина?

Савва дошёл до нижней строки и остановился.

— Здесь пока пусто.

— Всё остальное написали заранее, а причину забыли?

— Берегли место для честности, — сказал Савва.

Ли взяла бланк. Красная рамка не отозвалась: приказ ещё не ввели в действие, хотя две печати внизу уже стояли.

— Это не местная форма, — сказала она. — Бумага дворцовой канцелярии.

— Поэтому дворцовая охрана приедет за имуществом? — спросил Глеб.

— За обвиняемым, — поправил Вэй Цун.

— Быстро я вырос.

Ли посмотрела на начальника.

— Когда вы получили этот бланк?

— Ночью с курьером.

— Хоу Пин принёс и приглашение, и постановление?

— Конверты были разделены.

— Почему вы не сообщили о втором?

— Потому что в нём нет основания для исполнения.

Вэй Цун утверждал, что основания нет, но охрану уже вызвал. Ему сообщили больше, чем он признавал.

— Покажи приказ, по которому отняли меч, — сказал Глеб.

Начальник взглянул на Савву, ожидая перевода. Получив его, ответил:

— Досмотр проводится по правилам заставы.

— Досмотр закончен. Почему оружие не вернули?

— Из-за записи в реестре.

— А кто велел записать меня вещью?

Вэй Цун указал на приглашение в руках Ли.

— Статус взят из дворцового списка.

Глеб посмотрел на красный конверт. Ли по-прежнему держала верхнюю часть приглашения закрытой. Он вспомнил, как в приказной избе она ответила про замок, но не сказала, чья кровь его открыла.

— Покажи список, — сказал он.

Ли развернула приглашение не сразу. Глеб успел заметить движение её большого пальца: она закрыла им одну линию возле даты.

— Моё имя здесь, — сказала она и указала нужное место. — Рядом стоит знак сопровождающего.

— Савва.

Тот прочёл:

— «Мужчина русского происхождения, вооружённый слуга свидетельницы».