Виктор Алдышев – Возвращение-2 (страница 72)

— Ничего пока не делаем, — ответил Волков. — Чёрт возьми, мы даже не уверены что это лан-ирмеи.

— А если всё-таки они? — спросил Дубравин. — То почему они здесь? Гереспри же спрятали Землю от них.

Владимир Алексеевич напряжённо смотрел на экраны, где в едва остывшем от боя космическом пространстве оставалось множество кораблей. Они пока никуда не торопились. И снова, оставалось только ждать.

***

Анна очнулась в светлом помещении. Лежала на чём-то мягком. Открыв глаза, сразу увидела недалеко от себя прозрачную ванну, заполненную жидкостью, и лежащего в ней мегистотерия.

— Костя! — Лазарева вскочила и замерла на месте.

Потому что её удержала мощная рука Магбрава. Он что-то отвёл от её шеи сзади, и, обернувшись, Анна увидела своё БПУ. Плавающий в воздухе манипулятор держал извлечённое устройство. И оно работало. Пластинки источали свет.

Магбрав опустил весь манипулятор с БПУ в большой сосуд с жидкостью, стоящий на полу, а Лазарева схватилась за шею сзади, ощупала чистые позвонки. Почему-то сработал такой рефлекс.

Но без БПУ было слишком не привычно, чтобы обрадоваться, и она не успела испытать хоть какие-то чувства по этому поводу, потому что сразу встала, пошла к ванне, села на пол рядом, не отрывая взгляд от мегистотерия, хотя уже…

Тело монстра уменьшалось, мышцы, органы и кости сворачивались и сжимались внутри до человеческих размеров. Звериная морда приобретала знакомые черты. Скулы втянулись, обозначая лицо. Лазарева, увидев его, быстро задышала, чтобы не рыдать. Как же она скучала.

— Костя… — прошептала Анна, — гладя пальцами через стекло его приоткрытые губы.

Уровень жидкости в ванной понижался по мере того, как уменьшалось в объёмах тело объекта, проходящего процедуру. Трубки отсоединились от него, и ушли в дно ванной, которое мягко пошло вверх, поднимая Багирова из жидкости.

Костя очнулся сразу. Открыл глаза, вздохнул, поднял руку к глазам. Смотрел на свои пальцы и не верил. Также, как не поверил в тот момент, когда Магбрав, сказал ему:

— Я должен снять с тебя боевые мутации. Возражения не принимаются. Мера безопасности.

Это было почти сразу после того, как Анна заснула. Пока шёл бой, Костя просто лежал с ней на полу, наблюдая за всем, что происходит вокруг. Командир разведкорабля за это время отправил сведения, взятые с БПУ своему командующему. Там было всё: наземная операция, в которой землянам удалось внедрить внешнего командира к натидам, убийство командующего Ирса, диверсия на корабле-заправщике.

Когда Магбрав закончил, он внимательно взглянул на эту пару — монстра и женщину, которую тот уложил головой на свою лапу. С учётом того, что они сделали, командующий однозначно примет решение поговорить с ними. Так что командир корабля подошёл к Багирову и сказал те самые слова насчёт снятия боевых мутаций.

Костя не поверил, даже переспросил:

— Снять костюм мега?

Магбрав не понял его чувств. Ожидал, что мегистотерий будет сопротивляться такому предложению. Снять боевые мутации, значит остаться без какой-либо защиты вообще. Просто голым на чужом корабле среди представителей чужой расы, пока никак не подтвердивших дружеское настроение. Если не считать того, что не убили.

Но Багиров утвердительно кивнул:

— Хорошо, снимаем.

Магбрав привёл его в помещение со знакомым устройством. Костя шагнул в ванну с замершими сердцами. Казалось, оба остановились в этот миг. Сомнения ещё были. Вместе с телом мега уйдёт и мутация для жизни в космосе. Действительно не останется ничего, с чем можно будет спастись с корабля лан-ирмеев, если они резко изменят политику. Но в любом случае мутации снимут. И либо он сам шагнёт в эту ванну, либо его туда положат.

Магбрав приказал лечь, предупредил, что сознание отключится на время процедуры. Костя при этом прожёг его взглядом.

Лан-ирмей даже засмеялся, обнажив в широкой улыбке крепкие острые зубы:

— Во сне я тебя точно не убью.

— А что, вера не позволяет? — спросил Багиров.

— Вера? — Магбрав усмехнулся: — Есть у нас её аналог. Но нет. Ты мне нужен для доклада командующему.

Костя взглянул на Анну. Внеся её в помещение, он положил её на местную версию кушетки — парящую над полом лежанку.

Магбрав проследил его взгляд.

— С ней всё будет в порядке, — подтвердил он. — Можешь верить мне, Костя.

Багиров усмехнулся:

— Вы пока не заслужили. Ничем.

— Не смешивай меня с остальными, — заметил Магбрав. — Мнение командования и отдельно взятого офицера может отличаться. Думаю, как и у вас.

Ещё мгновение Костя пристально смотрел на лан-ирмея.

— Не понравилось, как мы тебя назвали? — спросил он, и по выражению лица Магбрава понял, что ответ на этот вопрос утвердительный.

А значит, у командира этого корабля есть совесть. И потому ему неприятно значение слова «мразь» и недоверие к его действиям. Тогда понятно, что не все они мерзавцы.

Багиров наконец поверил Магбраву, почувствовав человечность за мощной полузвериной внешностью лан-ирмея. Так что кивнул, лёг в ванну.

Магбрав опустил над его шеей манипулятор с тонкими иглами.

— Устройство связи тоже снимем, — объяснил он. — Энергодвигательная лента без него будет не активна.

— А саму ленту?

— Её снять нельзя.

— То есть?

Магбрав снова усмехнулся:

— Она вклеена в мышцы. Можно вместе с ними. Снять?

— Нет.

— Я тоже подумал, что ты откажешься.

И Костя отключился. Первая трубка, впившись в тело, впрыснула что-то мгновенно действующее.

Пробуждение казалось тем же сном. Будто снится… что ты снова человек. Но теперь без брони собственная кожа показалось тонкой бумагой. А крепкие мышцы под ней просто пенопластом по сравнению с мощью мегистотерия.

Материал энергодвигательной ленты оказался трансформируемым под размер носителя, так что гибкие участки стянулись по телу, но из-за более тонкой кожи и сама лента и микродвигатели выступили более заметно. И не работали. Без БПУ устройство не функционировало. Сопла потухли.

Анна дотянулась до Кости, взяла его руку, крепко сжала. Багиров повернул голову, увидел её, встал. С непривычки движения на двух ногах, схватился за бортик ванны. Но наконец перешагнул его и прижал Лазареву к себе. Крепко, по-настоящему, как давно хотел. Анна коснулась губами его мокрой груди, сильно стиснула талию, и ещё несколько минут они стояли так.

Магбрава это не смутило. Лан-ирмей внимательно разглядывал обоих.

— Интересно, — произнёс он.

Багиров наконец взглянул на него:

— Зачем разбудил её?

Анна вздохнула:

— Правильно сделал. Чтобы я не пропустила момент.

Она подняла голову, посмотрела Косте в глаза:

— С возвращением, родной.

Теперь по настоящему, наконец. Насовсем.

Осознание этого причиняло Багирову смутную радостную боль.

Магбрав шагнул к нему, приставил к предплечью тонкую пластинку. Соприкоснувшись с кожей, она растеклась по телу гладким сине-металлическим покрытием, таким же, как на лан-ирмеях.

Командир корабля больше не дал людям времени на объятия, сразу после процедуры доставил своих «гостей» на корабль командующего. Анна и Костя удивились, увидев какой именно из кораблей флота оказался флагманом. Одна из первой десятки, ничем не отличающаяся от остальных «боевая звезда», приняла на борт корабль-разведчик.

Магбрав привёл людей на командную палубу. Здесь встречи с ними ждали несколько офицеров и командующий флота. Увидев главного лан-ирмея, Багиров ясно ощутил, что ему надоело задирать голову. Магбрав оказался примерно среднего роста по лан-ирмейским меркам, а вот командующий был шире в плечах, выше в росте, и явно старше. В уголках глаз отчётливо виднелись морщины.

Командующий флота, шагнув к людям, заговорил на русском.

— В подобных ситуациях мы не вступаем в контакт, — произнёс он раскатистым басом. — Но сегодня сделаем исключение. Я сообщаю вам, что мы внесём вашу планету в реестр системного управления и покинем вас.