Викрам Сет – Лишь одна музыка (страница 9)
– Что за чепуха, Виржини. Ну хорошо, давай назначим дату урока, и дело с концом.
– Но он это сделал, Майкл. И он даже ничего не транспонировал.
– Виржини, поверь мне, если бы существовал струнный квинтет Бетховена до минор, я бы, безусловно, о нем знал, почти наверняка его слышал бы и, очень возможно, играл бы.
– Я читала это в «Guide de musique de chambre»[17].
– Этого не может быть.
– Подожди. Подожди. Только подожди. – Она вернулась к телефону через несколько секунд. Я слышал, как она листала страницы. – Вот он. Опус сто четыре.
– Что ты сказала?
– Опус сто четыре.
– С ума сойти. Это совсем другое время его жизни. Ты уверена?
– Ты не настолько занят? Ты хочешь теперь со мной поговорить? – спросила Виржини с недоумением в голосе.
– О да. Да. Что там сказано?
– Давай посмотрю, – сказала Виржини, довольно бегло переводя из книжки. – Тут сказано, что в тысяча восемьсот семнадцатом он аранжировал третье фортепианное трио из первого опуса в струнный квинтет… Сначала это сделал некий любитель, и Бетховен написал, как это сказать, юмористическую благодарность за ужасную любительскую аранжировку квинтета на три голоса, и Бетховен тогда сделал это по-настоящему, на пять голосов, и превратил дикое убожество в нечто приличное. Оригинальная любительская трехголосная аранжировка была торжественно отправлена куда и следовало – в преисподнюю. Это ясно?
– Да, да. Но как удивительно! Что-то еще?
– Нет. За комментариями отправляют к трио.
– Ты всегда читаешь справочники целиком, Виржини?
– Нет, я скольжу взглядом, как говорите вы, англичане.
Я смеюсь:
– Присутствующий здесь англичанин так не говорит.
– Теперь ты счастлив? – спрашивает Виржини.
– Думаю, да. Да, я счастлив. Спасибо, Виржини. Спасибо. Извини, что я раньше был не слишком вежлив. Когда ты хочешь назначить урок?
– В четверг на следующей неделе в три.
– Это не слишком далеко?
– О нет, не слишком.
– Ну хорошо, занимайся.
– О да, конечно, – радостно говорит Виржини.
– Ты не придумываешь это все? – спрашиваю я. – В это так трудно поверить. – Но она не могла придумать столько правдоподобных деталей за раз.
– Не говори глупостей, Майкл.
– И это для двух скрипок, двух альтов и виолончели – никаких странных комбинаций, да?
– Да. Так тут написано.
– Опус сто четыре?
– Опус сто четыре.
– Опус сто четыре?
– Опус сто четыре.
– Очень странно, сэр. До минор? Ну, в каталоге компакт-дисков такого нет. Я не вижу его среди бетховенских квинтетов.
– Может быть, он по какой-то причине перечислен среди бетховенских трио.
– Я посмотрю… нет, извините, там тоже нет. Давайте попробую в компьютере. Вобью «струнный квинтет до минор» и посмотрю, что он мне выплюнет. Нет, это не очень помогло. Он выдает: «По вашему запросу записей нет»… Давайте посмотрим, что произойдет, если я попробую опус сто четыре… Извините, боюсь, что появляется только Дворжак… Вы ведь не имеете в виду Дворжака?
– Нет. Дворжака я не имею в виду.
– Ну, хотите, вместо него я закажу вам трио, сэр?
– Нет, спасибо.
В голосе девушки из «Чаймса»[18] слышится скептицизм:
– Струнный квинтет Бетховена до минор. Вы сами слышали это произведение, сэр?
– Нет, но мне о нем рассказали. Это хорошо задокументировано.
– Ну, сэр, я боюсь, у нас нет нот с таким описанием. Может быть, оставите нам свой номер телефона…
– Послушайте, у вас же должен быть где-то список бетховенских опусов по номерам? Вы не могли бы посмотреть номер сто четыре, пожалуйста.
Полувздох-полухмык:
– Я полагаю, да.
Она возвращается и обескураженным, извиняющимся тоном:
– Ну, сэр, похоже, вы правы.
– Я имею в виду, вы правы. Ну, не знаю, что сказать. Извините. У нас этого нет, и в продаже тоже нет.
– Но это же Бетховен, не Энгельберт Хампердинк. Вы абсолютно уверены, что не можете откуда-нибудь заказать?
Секунда молчания. Потом она говорит:
– Я тут подумала о некоем варианте. Вы подождете минуту?
– Неделю, если надо.
Вернувшись, девушка сообщает:
– Я посмотрела в микрофильмах. Не знаю, что вы об этом подумаете. Издательство «Эмерсон» выпускает это в аранжировке для квинтета с кларнетом. Партии и партитура. Мы можем заказать для вас ноты. Это займет пару недель. Но больше ничего нет.
– Кларнетовый квинтет? Это совершенное безумие. Ну, закажите его, пожалуй. Нет, не заказывайте. Я еще перезвоню.
Главная публичная нотная библиотека в Лондоне странным образом открывается только в час пополудни, так что я решаю пока попробовать библиотеку в Манчестере.
Звоню в Музыкальную библиотеку Генри Уотсона, мой второй дом, когда я был студентом в Манчестере – и, что даже более существенно, в те три года между школой и колледжем, когда я с трудом зарабатывал на жизнь. В те дни у меня не было средств на покупку нот. Если бы эта библиотека не существовала, не знаю, как я смог бы воплотить свою мечту стать музыкантом. Я обязан ей столь многим, что, надеюсь, могу себе позволить быть обязанным ей еще чуть-чуть.
Глубокий мужской голос на том конце провода. Я объясняю, что мне нужно.
В ответ – легкое удивление:
– Вы имеете в виду, что эта аранжировка – его? Да, конечно, конечно, если есть номер опуса, она должна быть, не так ли?.. Подождите.
Долгое ожидание. Две, три минуты. В конце концов:
– Да, у нас есть партии некоторых квинтетов Бетховена: ваш – один из них. Смотрите: есть четвертый, двадцать девятый, сто четвертый и сто тридцать седьмой. Это издание опубликовано «Петерсом», но не знаю, есть ли оно в продаже. Оно у нас со времен Потопа. С двадцатых годов, если не ранее. И вам будет интересно узнать, что у нас также есть миниатюрное издание – «Эрнст Эйленбург». Тоже достаточно древнее. На этом написано «Август, тысяча девятьсот шестнадцатый». Надо же, каждый день что-то новое. Должен признаться, я никогда не слышал про опус сто четыре.
– Не знаю, как вас благодарить. Остается одна сложность – я в Лондоне.