Вики Филдс – Ложь (страница 21)

— Да, я думаю это так, — глухо отозвалась я. Мне захотелось немедленно покинуть эту комнату. И вовсе не из-за близости Кэри Хейла, а из-за его подруги, которая так хищно смотрела на меня.

Я неловко улыбнулась ей, и поспешила выйти во двор. Я слышала, как скрипит гравий от шагов Кэри Хейла позади меня, но не могла остановиться.

Она сказала, что не знает меня, но я точно слышала ее голос в день моего первого свидания с Кэри Хейлом:«…Я думала ты хочешь завоевать эту девчонку, а ты ведешь себя как последний болван. Что это вообще было: „я никогда не встречал человека интереснее тебя“? Ты что пересмотрел мелодрам? Как же раздражает! — Серена, отойди от нее».

— Энджел, постой.

Я остановилась, оборачиваясь:

— Ты за мной идешь?

— Я просто живу здесь.

— Да, и пользуешься своим положением.

— Еще нет.

— Я ведь сказала, ты можешь не идти за мной, — я пожала плечами. — Хоть я и не выгляжу сильной, но я смогу затащить свои вещи в дом.

— Тогда зачем ты пошла ко мне?

— Хотела увидеть тебя голым, — отрезала я, и продолжила путь. Я иду медленно, так почему мое сердце колотится, словно я пробежала стометровку?

Кэри Хейл и Серена. Серена и Кэри Хейл.

— Только попроси, и я выполню любое твое желание, — он догнал меня, приравниваясь к моему шагу. — Даже если это будет включать ограничение по возрасту.

— Это вообще нормально, что ты живешь в доме, с ученицами? — я сосредоточилась над тем, чтобы не споткнуться о собственные ноги, и не разбить лицо.

— Я ведь не учитель. Я всего на всего медбрат.

— Я говорила тебе, что мне нравится, как ты выглядишь в своем халате? — и вот я споткнулась. Хорошо, что я шлепнулась на землю, и Кэри Хейл не увидел моего шокированного лица. Какого черта я сказала? Это словно не я произнесла, а кто-то другой в моей голове.

Парень помог мне подняться.

— Ты в порядке? Ты не ушиблась? — он держал меня на расстоянии вытянутой руки, и осматривал.

— Как долго ты будешь делать это? — спросила я, думая о Серене, ее голосе в моей памяти, и том, что она была с Кэри. Они говорили обо мне в тот день.

— Что? — он отряхнул мои штаны, и отступил.

— Долго ты собираешься играть роль моего телохранителя?

— Я думал, мы с тобой все выяснили, Энджел. — Он растерялся, выглядя при этом очаровательным. — Я думал, мы друзья.

Я решила закрыть эту тему, и спросила:

— Почему ты в футболке, не боишься заболеть? — я обошла его и продолжила путь через газон к воротам. Он приравнялся к моему шагу.

— Я не заболею, но спасибо за заботу.

Спорить с ним было бесполезно, и поздно. Когда я открыла багажник, и Кэри Хейл вытащил мою сумку, и чемодан, он критически осмотрел мои вещи:

— Я думал, ты переехала на три дня, или вроде того.

— Не капризничай, — оборвала я его, и сдерживая усмешку, пошла назад. — Я видела у тебя мышцы, так что не стони.

— То, что ты видела — лишь крошечный кусочек тела. — Ответил он, плетясь за мной. Я слышала, как стучат колесики по гравию.

— Я заявлю на тебя в полицию за домогательства. — Я придержала дверь, чтобы Кэри вошел. Он хмыкнул:

— Ты первая ко мне вломилась, когда я пытался одеться. И ты первая со мной заигрываешь.

Вот это оказалось для меня новостью.

Я с ним заигрываю? Когда? Где?

— Если это случилось, то прости, — надменно произнесла я.

— Нет, что ты, — он сбросил сумку, и, не знаю каким образом, но получилось так, что мы с Кэри Хейлом стоим в полушаге, друг от друга — это точно не та дистанция, благодаря которой я буду чувствовать себя лучше.

Он наклонился, и прянул свою руку мне за спину. Эти несколько мгновений заставили мое сердце перевернуться.

Щелкнул включатель, и в прихожей, декорированной под старину, разлился свет.

Я медленно выдохнула, понимая, что я облажалась. Я влюбилась в этого парня, еще тогда, когда он завязал мне шнурки в больнице у доктора Грейсон.

Мы с Евой вместе сегодня работали в кафе «Блунайт», возле школы, и я старалась изо всех сил задержаться подольше, чтобы оттянуть время возвращения в особняк, на ужин, который устраивала тетя Энн.

Ева собрала мусор со столиков у окна, игнорируя навязчивое внимание со стороны нашего помощника шеф-повара, и остановила меня, когда я подметала пол:

— И как ты восприняла это?

— Как еще я могла воспринять это? — я выпрямилась, убирая волосы, лезшие на лицо. — Меня просто поставили перед фактом, что следующие несколько дней я буду жить в особняке Хардманов. Я приехала, а там этот Кэри Хейл со своей очередной девушкой.

Лицо Евы вытянулось, а я чуть не хлопнула себя по губам: с тех пор, как я узнала, что девушкой, которая умерла в переулке, год назад, оказалась ее сестра, я старалась не распространяться о Кэри Хейле. Однако, подруга быстро взяла себя в руки:

— Ну да, этот парень такой. Я видела его пару раз с разными девушками, пока работала в кинотеатре. — Я понимающе кивнула, наклоняясь с веником, чтобы вымести крошки из-под ее стола, но Ева остановила меня: — И все же, будь осторожна с ним. Да, он кажется милым и безобидным на вид, но… это не так.

Я знаю.

Я вынесла мусор, и помогла Еве с уборкой столов.

— Ты уже слышала о вечеринке Эшли в честь ее дня рождения? — Ева плюхнулась за столик, потерла уставшую шею, и покрутила ею туда-сюда. В свете ламп кафе, ее лицо выглядело бледно-желтым, и каким-то болезненным.

— Я знаю, что она должна быть, но я ничего не слышала о ней.

— Лайла и Джессика попросили меня быть «трезвым водителем», словно бы это не я староста нашего класса. Я поняла, что они решили разгуляться в этом году, из-за того, что в прошлый раз им не удалось повеселиться…

Я сделала вид, что увлечена оттиранием засохшего пятна кофе на столешнице. На самом же деле я не хотела смотреть на Еву: она наверняка знает, что в прошлом году вечеринки не было именно из-за меня. Я валялась в больнице, и Хардманы решили, что не слишком этично делать праздник, не зная, выкарабкаюсь ли я из комы.

— И где будет проходить эта самая вечеринка? — осторожно спросила я, представляя во что превратится особняк на следующей неделе. Это будет сущий кошмар — мне придется сидеть наверху, точно, как Гарри Поттеру, под домашним арестом.

Скорее бы приехали мои родители.

— В амбаре за городом, — сказала Ева, и меня немного отпустило. — Судя по всему, там всегда делают нечто подобное, так что все сразу же захотели веселиться там. Это будет вечеринка-сюрприз, так что ты ничего не говори Эшли.

— Ага, — буркнула я. — Мы с ней итак не особенно разговариваем, а тут я буду говорить о ее вечеринке? Кроме того, я не собираюсь туда идти.

— Я бы тоже не пошла, лучше бы провела время с Томом (у меня внутри все перевернулось), но я должна там быть, чтобы следить за порядком. Ну, чтобы никто не выпрыгнул с балок, или не утонул в озере, и все в том же духе…

Я невесело усмехнулась, и опустилась на стул, вытягивая руки и ноги, и наклоняясь к Еве:

— Что именно тебя тревожит? Не прикидывайся, я давно поняла, что ты хочешь поговорить со мной о чем-то важном, и вечеринка Эшли была прелюдией.

Лицо Евы переменилось. Она облизала пересохшие губы, и уставившись на свои ногти, стала щелкать ими.

— Да, ты права, есть кое-что важное, о чем я хочу тебе рассказать.

Я напряглась: Ева может говорить со мной таким серьезным тоном, только о трех вещах — моя успеваемость, Том Гордон и Кэри Хейл. Ни о чем из этого списка я не хотела говорить, но к сожалению, я угадала, речь зашла о Кэри Хейле.

— Я уверена, что ты знаешь о моей сестре, Энджел Норвуд. — Я почувствовала, как от лица отхлынула кровь. — Она была той самой девушкой, кого убил Кэри Хейл год назад. Она была самым добрым, самоотверженным человеком, из всех, кого я знала, и он сделал с ней те ужасные вещи… — Тут, к моему ужасу, голос Евы осип, словно она собралась заплакать. Я никогда не видела, чтобы она так вела себя, и теперь я растерялась и испугалась одновременно. Мне стало плохо. Но, как должно быть плохо Еве, зная, что человек, которого она винит, сейчас в этом городе, и работает в школе, где учится она.

Я почувствовала себя ужасно, еще и от того, что не была на 100 % уверена, что Кэри Хейл действительно мог кого-то убить. Я могла бы поверить, что он лжец, и что он мог сбежать с места преступления, но то, что он безжалостно убил кого-то — это невозможно.

— Ева…

— Постой, — на удивление рассудительным тоном оборвала меня девушка. Ее глаза все еще предательски блестели. — Я хочу сказать тебе, по какой причине я затеяла весь этот разговор.