Вика Лукьянова – Овсяной оборотень (страница 5)
Точно в замедленном фильме, Аня увидела, как из земли от взрыва полетели куски, поднялся дым, и, хоть и мокрые от дождя, колосья начали тлеть.
«Интересно, могут загореться во время дождя?» – пронеслось в голове, но она уже бежала к тому месту, бросив велосипед под деревом.
Затоптав тлеющие колоски, девочка вырвала охапку и похлестала ими об землю. Достала фонарик. Ей было интересно, куда именно попала молния, она водила кружком света по земле. Дождь совсем закончился. Двигая лучиком то влево, то вправо, она так и не нашла места, куда пришёлся удар. Остановив свет на колосьях, она заметила желтые глаза. Вскрикнула. Выронила фонарик.
– Эй! Ты кто? – крикнула Аня трясущимися руками, поднимая фонарик с земли.
Из колосьев встал сидевший в них мальчик. Он был каким-то бледным и лохматым. В свете фонаря его глаза сияли искрящимся янтарём, точно излучая золотой солнечный свет. Он закрыл лицо рукой, прячась от света.
– Ой, извини, – Аня опустила луч пониже, чтобы не слепить его. – Ты что здесь делаешь? Тоже молнию увидел?
Он посмотрел на лёгкий дым, ещё поднимающийся от колосьев, а потом обратно на Аню. Она приметила, что одного с ним роста.
– Ты чего? Немой? – не унималась девочка, не могла вспомнить его среди детей, которых видела в деревне. Где-то вдалеке, в лесу за дамбой, нежно светились зелёные огоньки. «Может, там ещё одно цыганское поселение, и он оттуда пришёл?»
– Не твой, – вдруг сказал мальчик, грустно уставившись куда-то на свои босые ноги.
– Д нет… Я же не о том… Я Аня, – решила представиться Аня, не знающая, как реагировать на подобный ответ. «Может, он просто не знает значение этого слова?»
– Я знаю кто ты.
– А? Откуда? Мы виделись с тобой раньше? Как тебя зовут?
Он просто кивнул и пошёл в сторону дерева, под которым валялся её велосипед. «Он серьёзно? Вот так возьмёт и уйдёт?» – опешила Аня, не зная, что делать. Как вдруг подумала: «А что, если он решил велосипед украсть?! Дед мне точно не простит, он ведь тоже бабушкин!»
– Эй! Стой! А ну стой! – Аня кинулась за ним. – Только велосипед не трогай!
Она схватила его за мокрую запахнутую рубашку. Мальчик вздрогнул и удивлённо уставился на неё.
– Прости. Просто я сегодня и так уже накосячила. Подумала, что если с велосипедом что-то случится, то это будет конец.
Они шли к дереву, и Аня тараторила молчаливому мальчику историю о том, как она отдала монетку за предсказание, как на неё обиделся дедушка, и про то, как она оказалась под этим деревом. Они забрали велосипед, и Аня катила его по дороге в сторону дома. Мальчик тихо шёл рядом.
– Ты меня до дома хочешь проводить? Разве тебе не в другую сторону? – спросила она, показывая рукой в сторону дамбы, где всё ещё светились зелёные огоньки.
Он показал рукой в сторону тропинки, начинавшейся у её дома. По ней с керосиновой лампой и весело гавкающим Цезарем бежал им навстречу дедушка. Аня грустно выдохнула, представив, какой скандал ей сейчас закатят.
– Наверное, записку прочитал, – попыталась улыбнуться она.
Мальчик вытащил из кармана камушек и протянул его Ане.
– Яньйи, – прошептал он.
– Аня! – закричал дед.
Аня обернулась на дедушку.
– Я здесь, дедуль! Всё хорошо! Не беги, я сейчас подойду! – крикнула она. А развернувшись обратно, обнаружила, что мальчик исчез.
«Куда делся? Опять что ли в поле спрятался? Деда испугался?» Она посветила фонариком по колосьям туда-сюда. Но Яньйи нигде не было. «Это же он имя своё мне назвал? Я же правильно поняла, что это имя?» – думала Аня, толкая велосипед навстречу деду, который наконец-то добежал до неё и накинулся с объятиями. Цезарь радостно скулил и пытался поставить на Аню лапы.
Она долго извинялась. Долго объясняла, что хотела вернуть монетку, но ливень помешал, что обязательно завтра скатается и всё исправит. На что дед тоже извинился, пообещал больше не кричать и не злиться. Не нужна ему монетка, лишь бы Аня по ночам по полям не бегала. На том и помирились.
На утро она проснулась тринадцатилетней Аней Волковой. Вытащив из-под подушки гладкий серый камушек с дырочкой в центре, посмотрела сквозь него на дощатый потолок. Голос отца раздался где-то внизу. Она пулей вылетела из кровати и кинулась во двор прямо в пижаме. Отец поднял её и закружил.
– Привет, Волчонок! Поздравляю! – он чмокнул её в щёку и показал на крыльцо рукой. Там у входа под навесом, перевязанный голубой ленточкой, стоял новый, блестящий, красный велосипед.
Глава 2. Кролики и лисы
День рождения прошёл. Аня скучала в комнате, за окошком, уже третий день подряд, лил дождь. Она читала книгу из списка на лето, но строчки путались, все мысли были о новом велосипеде и вселенской несправедливости. Как же так, получив наконец-то столь желанное, не получается им воспользоваться. Девочка закрыла книгу и включила любимую песню, приладив кассетный плеер на ремне. Она разбирала подарки и вспоминала внезапное позавчерашнее счастье.
Помимо отца, к ней на праздник пришло семейство Рейнеке почти полным составом. Родители Тимы и Сени рассказывали весёлые истории о том, как они дружили в детстве с ее папой и куда любили кататься на велосипедах. Маленькая Кира носилась по дому, роняя вещи и приводя деда в ужас. Довольно быстро Аня с мальчиками сбежали наверх в её комнату, где она поведала им историю про ночной побег и неудачную попытку, в дождь, отправиться в цыганский лагерь, вызволять монетку.
– Удивительно, конечно, что молния в поле попала, а не в дерево, под которым ты сидела, – ворчал Тима, по-хозяйски рассевшись на Аниной кровати. – Вам там, в городе, не рассказывают, что нельзя под одиноко стоящими деревьями прятаться в грозу?
– Да не до этого мне было! Дождь просто в ураган какой-то превратился! – Аня с Сеней сидели на лоскутном коврике, уминая торт. На подносе громоздились тарелки и чай.
– И вообще, чего ты к молнии этой прицепился? Про мальчика ничего не знаешь?
– Неа, в первый раз слышу. Может, это и не имя вовсе было? На имя даже не похоже.
Аня прищурила глаза, вспомнив, как считала фамилию Рейнеке не похожей на фамилию. Но поучать Тиму не стала.
– Имя как имя. Может, цыганское или ещё какое, – вдруг вступилась она за нового знакомого.
– Яньйи, да? – задумчиво протянул Сеня. – Он тебе сказал, что за дамбой живёт?
– Нет, не говорил, он вообще практически не разговаривал, просто от дамбы мы были недалеко, и я видела какие-то огни, похоже было, что там кто-то живёт. Вот и подумала, что он либо с нашей деревни, либо оттуда, вариантов-то больше нет. Не в поле же ему жить.
– В нашей такого нет. Да и за дамбой, Ань, никто не живёт. Может, показалось?
– Нет, Тим, точно видела огни.
– Вдруг пожар там был? – Сеня посмотрел на брата.
– Да какой пожар? Тогда, дед Лёша бегал бы по деревне, заставляя всех траншеи копать, чтобы на поля не перекинулся огонь. Ты позапрошлый год забыл?
Сеня одобрительно кивнул и немного подумав прибавил:
– Да, Ань, к пожарам тут серьёзно относятся. Если горит даже дикий лес или поле, отдыхающее где-то недалеко, дед Алексей всех собирает, и мы идём от огня отгораживаться. Если перекинется на деревню, это конец, потом никто не потушит.
– Но я видела огни!
Мальчики переглянулись.
– Давайте, как дожди закончатся, скатаемся туда и посмотрим, – предложил Тима. – Если там чей-то лагерь встал, то встретим их, если уже ушли, найдём следы стоянки или, может, следы пожара, который дождь потушил, а дед Лёша его проспал.
Аня заулыбалась, обрадовавшись поддержке Тимофея.
– А что за камень он тебе дал? – вспомнил Сеня о концовке рассказанной истории.
– Вот, – Аня вытащила камушек из-под подушки и протянула его крепышу.
– Так это же куриный бог, – сказал Тима, слезая с кровати и присоединяясь к поеданию торта на полу. – У нас два таких висит, один в сарае, второй в курятнике.
– Который в курятнике, нашёл я! – гордо подметил Сеня. – На речке на дно за ним нырял.
Аня крутила камушек в руке.
– И зачем он мне его подарил?
Спустя два дня, сидя на подоконнике и слушая музыку в дождливый полдень, она всё ещё задавалась этим вопросом. Из окон её комнаты не было видно того самого поля. Лишь маленький его кусочек, самый краешек. Аня продела ленточку через дырку в камне и повесила его на шею, получился кулон. «Мама бы такое не одобрила», – подумала она и посмотрела сквозь дырочку. Гладкое и большое, почти сантиметровое отверстие.
– Ой! – на миг опешила она и в ужасе свалилась с подоконника. Потерев затылок, кинулась обратно к окну.
Но там никого не было. «Как странно», – подумала Аня. Вот только что она увидела на дереве, стоящем за забором, чёрного человека. Она смотрела на него буквально секунду, но успела разглядеть темный плащ, непропорционально огромные рукава и кожу, она была абсолютно чёрного цвета. Не как у героев иностранных боевиков, а точно человека закрасили угольными карандашами и поверх натерли кремом для ботинок.
Она открыла окно, высунулась и осмотрелась. «Спрыгнул с дерева и убежал?» Девочка накинула ветровку с капюшоном, сбежала вниз и, одевая резиновые сапоги, наткнулась на деда.
– Куда в дождь опять намылилась?
– Дедуль, там кто-то на дереве стоял!
– На дереве? Чего?
Дед ей, конечно, не поверил, но пошёл вместе с ней проверять. Они несколько раз обошли дом по кругу, осмотрели дерево и бурьян между ним и дорогой. Но ни следов, ни людей не нашли.