Ви Карвин – Мир внизу (страница 10)

Я не была уверена, что готова к такому.

– Ладно, – выдохнула я. – Хорошо. В следующий рейд я возьму напарника. Только один раз, чтобы доказать вам с Айроуз, что я большая девочка и компания мне ни к чему.

При желании я могла бы попытаться. Жалобно спросить отца: «Неужели ты совсем ничего с этим не можешь сделать?» и сыграть на том, что он на Четвертой самый главный, а я – его единственная дочь. Только я уже определилась со своей дорожкой в этой жизни.

Мои поступки – моя ответственность, как бы это порой ни раздражало.

– Вот и здорово, – обрадовался отец моей внезапной покладистости. – На самом деле, Айроуз сообщила, что уже подобрала для тебя подходящую кандидатуру. Парень не слишком опытный, у него только один рейд за спиной, но показатели неплохие, обузой тебе, судя по всему, он не станет… Только как его зовут, подзабыл.

Ничего страшного, папа, что ты забыл.

Я уже прекрасно знала имя этого идеального кандидата.

И мне пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не взвыть в голос.

– Слева! – Крик Лиама, резко вспыхнувший в левом наушнике, на мгновение меня оглушил. Еще один минус парных симуляций был в том, что приходилось держать с напарником связь – через такие ужасные динамики.

Но пока было не до этого: пришлось крутануться на подошвах, отбивая летящий в меня снаряд силовым щитом. Плечо приятно загудело от удара, хоть он был ненастоящим и физически ощутимым только в моем настроенном на симуляцию восприятии.

– Без тебя вижу! – злобно рявкнула я, надеясь, что в паре наушников Лиама динамики такие же.

Это было правдой – я действительно видела этот несчастный снаряд. А теперь все выглядело так, словно без его подсказки пропустила бы удар. Судя по мерзкой улыбке, появившейся у Лиама на лице, на это он и рассчитывал.

– Неужели? Твой инженер что, смастерил тебе синтетические глаза на затылке?

– Синтетикой у нас занимаются не инженеры, глупый ты варвар! – Я нырнула под сваленное дерево, чтобы спрятаться от преследователей и дать своему щиту восстановиться.

– Значит, не смастерил? – Голос Лиама, ни капли не обидевшегося на «варвара», зазвучал вкрадчиво, что различалось даже сквозь помехи в эфире. – Не волнуйся, я обязательно предупрежу, если в тебя полетит еще что-нибудь.

Очень жаль, что мы были на парной симуляции и побить его я не могла, – это сказалось бы на наших баллах.

Это была уже третья совместная тренировка. И на самом деле все складывалось не так плохо, как можно было бы подумать, застав наши перепалки.

Вопреки моим мрачным прогнозам, мы с Лиамом прекрасно выживали под обстрелами виртуальных маргиналов, переносили забеги в зимних условиях, сражались врукопашную с ящерицами и дезертировавшими рейнджерами (голограммами с нашими характеристиками). Результаты совместимости, как и полагала Айроуз, оказались довольно высокими.

Иногда мне казалось, что она специально подбирала Лиама мне в напарники. Поговорить об этом не получалось; в большой степени из-за того, что я все еще делала вид, будто нет у меня никакой тетки. Видимо, Айроуз тоже было удобно притворяться, что ее племянницы в природе не существует.

Успехи на симуляциях, конечно же, вовсе не означали, что я подружилась с этим маргиналом. Я допускала, что, возможно, это было бы не так нереально. Не будь он любимчиком Айроуз, не прогрессируй он так быстро и не превосходи некоторые мои рекорды на симуляциях. И не будь я уверена, что он залезал в мою комнату без всяких на то адекватных причин. А еще… Ему все давалось как-то слишком, подчеркнуто легко, а простить такое мне было сложно кому угодно. Фирзен тогда знала, о чем говорила.

– О чем задумалась? – фыркнул в наушнике Лиам, увернувшись от лазерной дроби. Высунувшись из укрытия, я подставила перезарядившийся щит и отразила срикошетивший от дерева снаряд. Двое ящеров подбирались к нам все ближе и палили все агрессивнее, оставляя ненастоящие дыры в ненастоящих деревьях и выбивая выстрелами ненастоящие искры из ненастоящих камней.

Я перекатилась между двумя кочками, достаточно высокими для укрытия, высунулась и едва не потеряла десяток баллов – следующая порция виртуальной лазерной дроби пришлась чуть левее моей головы. Я спряталась обратно, стараясь не думать, что было бы, происходи это не на симуляции, а в реальном мире.

Раздосадованный возглас Лиама где-то впереди вывел меня из ступора и дал понять, что он только что лишился своего щита. Надо было заканчивать.

– Лиам! – заорала я парню, которого две ящерицы уже почти оттеснили к обозримому краю платформы. И когда он повернулся в мою сторону, швырнула в него свой щит.

Крутанувшись и легко перехватив щит на лету, Лиам метнул его в приближающуюся фигуру. От удара та рассыпалась на простые кубы, из которых выстраивался виртуальный мир суперматерии, а щит, отскочив, снес голову второму противнику. Это добавило нам последние десять баллов.

Прозвучал сигнал, означающий, что симуляция завершена. Голограмма начала постепенно пропадать: цифровой лес с тревожно поющими птицами растворялся в воздухе слой за слоем, текстура за текстурой, открывая обычные голые стены, потолок с идентификаторами движения и платформу с суперматерией, принимающей спокойное положение.

После погружающей сыворотки, позволявшей мозгу воспринимать элементы голограммы как реальные объекты, у меня всегда побаливала голова. Сегодняшняя тренировка была не исключением. Я стянула с себя специальные очки и привычно помассировала виски – ума не приложу, как выработалась эта привычка, учитывая, что такой массаж еще ни разу не помог.

Мы побрели к лавкам за полотенцами.

– Тебе к лицу быть уставшей, – довольно сказал Лиам, беря свое и накидывая на плечи. Его черные волосы взмокли и прилипли ко лбу, а зрачки были сильно расширены – как у любого новичка, еще не привыкшего к погружающей сыворотке. Наверное, еще и во сне ходить начал, как девяносто процентов начинающих рейнджеров после первых порций стимулирующих мозг химикатов.

Жаль, станция была не на паровом ходу. Тогда у него был бы шанс во время ночных блужданий свалиться в паровой котел, разом сделав мою жизнь лучше.

– А тебе к лицу кровоподтеки, – фыркнула я, подхватывая свое полотенце и вытирая со лба выступивший пот.

Я не забыла наш разговор в тот день, когда Тамина осталась на Земле, и каждый раз, когда Лиам пытался дружески шутить и любезничать, у меня в ушах зацикленно звучало все, что он наговорил мне, вжатой в стеночку транспортного отдела. Одного воспоминания хватало, чтобы подбросить в огонь неприязни больше таблеток твердого воспламенителя.

– Никак не привыкну к тому, что симуляция делает с мозгом, – покачал головой Лиам, почему-то оставивший мою колкость без ответа. – Реальный мир после этого кажется таким… ненастоящим.

Я с недоумением посмотрела на парня. Вот и сейчас. Чего он ждал от меня? Сочувствия? Объяснений принципа работы сыворотки? Или того, что я сделаю шаг навстречу, чтобы завязать этот разговор?

Все внутри меня наполнилось отвращением к этому лицемеру. Усталость почти не чувствовалась.

Хотелось высказать ему все. Что он маргинал, которого даже лучшие психологи Одиннадцатой починить не в силах. Что он фальшив насквозь, и я вижу это, и лишь вопрос времени, чтобы это увидели остальные. Что он может сколько угодно быть милым и дружелюбным, но я знаю, кто он такой на самом деле. Что я выведу его на чистую воду. Что у меня есть план, и я собираюсь реализовать его в ближайшее время, и тогда он вылетит с Четвертой быстрее, чем сжатый в вакууме пакет с отбросами.

Но зачем же все портить?

Я сдержалась. Но и за светскими разговорами ни о чем он обратился не по адресу.

– Увидимся позже, – пробормотала я и поспешила покинуть зал симуляции.

В лаборатории всегда пахло горелыми проводами. И неважно, сколько времени с генеральной чистки проходило – день или месяц. Без запаха горелых проводов, без гудения охладителей воздуха и без Сириуса, вечно погруженного в какой-то процесс за своим заваленным хламом столом, я этой лаборатории уже не представляла.

– Как твоя тренировка с Лиамом? – поинтересовался Сириус, глядя на меня поверх прямоугольных стеклышек своих очков.

– «Как твое самочувствие, Сионна? Не устала ли ты, Сионна?» Зачем сразу упоминать Лиама? – демонстративно скривилась я, сметая со стола мусор, чтобы освободить место на краю и усесться там. Все самые важные сделки с Сириусом я заключала, сидя на этом краю. – А вообще, все нормально, наверное.

– Звучит… очень многообещающе, – заметил Сириус.

– Только не говори, что ревнуешь, – хохотнула я, стряхивая с рук оцепенение после погружающей сыворотки.

– Только не говори, что есть повод, – расплылся в улыбке он и тут же смутился, как бывало каждый раз, когда у него получалась более-менее удачная шутка. Я находила это милым.

– На самом деле, правда, все происходит довольно сносно. Надо отдать должное Айроуз, у меня с этим маргиналом действительно хорошая совместимость. Будь этот ваш Лиам немым и не таким заносчивым – цены бы ему не было. Как напарнику. Раз уж одну погулять не пускают.

– Ясно. – Сириус оперся рукой на столешницу, где аккуратными стопками лежали чертежи для еще ряда прототипов, которые мне предстояло испытать в будущем. А пока он протягивал мне небольшую синюю коробочку. – То, о чем ты просила. Я не хочу знать, зачем это тебе, поэтому, умоляю, избавь меня от подробностей. Просто… будь осторожной, что бы ты там ни задумала.