Вероника Якжина – Узы (страница 12)

– Вот черт. Мне жаль, Сэл.

– Мне тоже.

– Поэтому ты пошла в полицию?

Киваю.

– Не хочу, чтобы кто-то знал. Я могу по пальцам пересчитать людей, которые в курсе. Я начала новую жизнь, поступив в Академию. Не хочу, чтобы меня жалели, сочувствовали мне и понимающе кивали. Не хочу ту свою жизнь перетягивать в эту. И обсуждать это больше не хочу. Прости.

– Я понял, Сэл. Больше ни слова об этом.

– Спасибо, Джон.

***

Мы получаем новый вызов. От магазина угнан автомобиль с ребенком внутри.

По названному адресу нас встречает встрепанный отец, в его глазах отражается едва сдерживаемая паника. Он сообщает нам сведения о машине, ребенке и подозреваемом.

Диспетчер сообщает, что похожий автомобиль нарушил скоростной режим на перекрестке Восьмой авеню и Парк-стрит.

– Сэр, оставайтесь здесь и ждите нас.

– Можно я с вами? Там мой сын!

Мы соглашаемся, Джон пересаживается за руль на случай, если мне нужно будет кого– то догонять.

Минут пятнадцать мы колесим по городу, отставая от угонщика буквально на несколько мгновений. Вдруг преступник совершает ошибку. Диспетчер докладывает, что авто свернуло в один из скверов на Седьмой.

– Попался, гад.

– Что?

– Джон, скверы с Седьмой ведут на Артур. Там одностороннее. Мы перехватим его на перекрестке. Давай туда!

Джон послушно сворачивает туда, куда я указала. Впервые за всю поездку голос подает отец.

– А если он решит ехать по встречной? Вдруг он неадекватный?

Качаю головой и отмечаю то, что для такой ситуации отец неплохо держится и даже умудряется сохранять способность логически мыслить.

– Движение там слишком оживленное, улица узкая. Даже в потоке ему не удастся проехать быстро, не говоря уже о встречке.

Мы перекрываем машиной выезд с Артур-стрит, останавливая движение на проезжей части. Автомобилей много, они плотно прижаты друг к другу.

Выбираюсь наружу и начинаю искать глазами нужное авто. В тот самый момент, когда я его нахожу, дверь открывается, и подозреваемый, выпрыгнув с водительского сиденья, бросается наутек. Я бросаюсь следом, крикнув Джону, чтобы проверил ребенка.

– Остановись! Стой!

Не знаю, почему мы каждый раз кричим им остановиться. Прислушиваются к этому совету в лучшем случае один-два из сотни. Наверное, для того, чтобы они знали, что выбор у них был. Всегда есть выбор.

Этот мужик выше меня почти на голову, я слабо представляю себе, как буду его задерживать, если он вдруг решит оказать сопротивление. Но пока моя цель не упустить его из виду. Он забегает в переулок – и чего их все время влечет в переулки? – но натыкается на тупик. Проход перегорожен высоким сетчатым забором. Он пытается перелезть через препятствие, но зад толстоват. Сдерживая смех над его жалкими попытками преодолеть забор, достаю пистолет и приказываю ему развернуться и поднять руки вверх.

– Офицер, я ничего не сделал. – Каждый раз они говорят одно и то же. Их где-то этому учат?

– Тогда почему убегал?

– Просто решил пробежаться.

– Отлично. Так не терпелось размяться, что бросил машину прямо посреди оживленного движения?

– Да пошла ты.

– Ты считаешь, что мало наскреб сегодня на свою задницу? Приписать тебе еще и оскорбление офицера?

Он молчит, я надеваю на него наручники и зачитываю права. Наверное, если меня разбудить посреди ночи и попросить это сделать, я отчеканю без запинки. Интересно, сколько раз я это делала за три года?

– Один-Три-Чарли. Подозреваемый задержан. Джон, как там ребенок?

– У него травма головы. Засранец ударил его пистолетом. Скорая уже едет.

– Забери меня, тут один мой друг хочет посмотреть полицейскую машину изнутри.

Джон подъезжает, и мы усаживаем клиента на заднее сиденье.

– Карета подана, сэр. Где отец мальчика?

– Поехал на своей машине за скорой. Нам нужно отвезти этого парня в участок, затем ехать в больницу.

– Я знаю. – Улыбаюсь Джону. Он по-прежнему периодически включает наставнический тон, хотя я давно уже не стажер, и знаю, как все происходит.

***

Мы приезжаем в больницу. На сестринском посту нас ждет отец пострадавшего мальчика и бригада скорой с нашего участка. Клер и Барри.

Клер высокая светловолосая красотка и заодно бывшая жена Догэна. У них общий сын – Паркер, ему пять лет. Клер двадцать шесть, она моложе меня на четыре года, но выглядит порой гораздо старше. Она хочет, чтобы у Паркера была настоящая семья, чтобы отец проводил с ним много времени, но в то же время, она терпеть не может, когда Джимми возится с ребенком. Девушка считает, что он балует сына, не интересуется им по-настоящему. Барри, ее напарник, славный парень, очень симпатичный, влюблен в Клер по уши. Это видят все, кроме нее самой. Она все время и силы отдает сыну и войне с Джимми, поэтому ничего не видит вокруг себя.

– Привет, ребята, как мальчик?

– В порядке. Ему делают снимок, скорее всего, у него сотрясение. И нужно наложить пару швов. Но в целом, все хорошо. Вы молодцы, отлично сработали.

Джон собирает показания отца.

– Спасибо, сэр. На этом пока все. Вам нужно будет приехать в полицейский участок и опознать того, кто это сделал, а также подтвердить свои показания детективу.

– Хорошо, офицер, я понял. Приеду завтра утром. Или сегодня, если получится.

– Всего доброго.

Мы мило улыбаемся и уже собираемся уйти, как мужчина нас вдруг окликает.

– Офицеры! – Мы дружно оборачиваемся. – Спасибо вам. Спасибо большое. Вы спасли моего сына.

– Это наша работа, – я поправляю фуражку.

– Офицер, могу я с вами поговорить? – Он смотрит мне в глаза.

Перевожу взгляд на Джона, который многозначительно поднимает брови.

– Жду в машине.

– В чем дело, сэр? – Подхожу ближе.

– Я хотел вас поблагодарить.

– Вы уже это сделали.

– Нет, вас лично. Вы здорово сообразили с улицами и движением. И вы догнали этого мерзавца.

– Это обычное дело. – Смущаюсь. Мне всегда очень приятно, когда нас благодарят, но я не знаю, как нужно вести себя в таких случаях.

– Меня зовут Чарльз. Чарльз Брэннан.

– Я офицер Диксон.

– Очень приятно, – он протягивает мне руку и смущенно улыбается. Он что – заигрывает?

– И мне.