Вероника Ягушинская – Кухарка для дракона (страница 27)

Короля в покоях уже не было, отчего я вздохнула с облегчением. Неприятный тин, а если учесть тот факт, что от него зависят моя жизнь и свобода… Дважды тухлый коктейль получается. И с чего он так на меня ополчился? Хорошо еще, что князь пока на моей стороне. Жаль только, что ключевое слово в этой фразе — пока.

— Вино будешь? — усаживаясь напротив меня, предложил дракон.

— Нет, спасибо, — покачала головой.

А то он не знает, что мне пить нельзя! Не хватало только напиться перед третьим этапом, чтобы окончательно все испортить. Кстати, об отборе.

— Фто будет вефером? — поинтересовалась у Лирдоу с невежливо набитым ртом, но расстаться со свежайшей булочкой с корицей я не могла, а вопрос так и жег язык.

— Ничего особенного, — спокойно пожал плечами он и, глядя на меня, взял такую же булочку. — Обычный бал, как и всегда. Единственное, чего тебе стоит сегодня опасаться, так это других претенденток.

— Ну, вряд ли они придут на королевский бал с ножом, чтобы зарезать конкуренток, — отшутилась я и тут же под тяжелым взглядом дракона уткнулась в чашку с горячим чаем.

— К сведению, — холодно проговорил он, — на закате с испытания вернулись сорок невест его величества. Двадцать две девушки справились с поставленной задачей, для оставшихся восемнадцати сегодняшний бал будет последним. Шестеро пропали. Из всех выжила ты одна, и то чудом, поэтому давай не будем шутить на эту тему.

— Как будто вам не все равно. — Слова вылетели вперед мыслей.

На миг князь замер, как громом пораженный, а потом глаза его зло сузились. Серебристые чешуйки на носу встали дыбом, предупреждая о крайней степени бешенства дракона, а когти на руках вдруг стремительно удлинились.

— Мамочки, — жалко пискнула я и попыталась вскочить со стула, чтобы оказаться от князя как можно дальше, но один лишь взгляд разъяренного ящера пригвоздил к месту.

— Предс-с-ставь себе, — прошипел он, поднявшись и через весь стол нависнув надо мной, — мы тож-ж-же живые и тож-ж-же умеем сочувс-с-ствовать и сопереживать.

Голубые глаза советника метали громы и молнии. И это не фигуральное выражение. Как тогда, ночью в коридорах дворца, из глаз князя посыпались мелкие искорки. Одна из них упала мне на руку и больно обожгла кожу. Жалко пискнув, я подалась назад, едва не свалившись со стула, который с грохотом упал на пол. От громкого резкого звука я перепугалась еще сильнее, вскрикнула, но было уже поздно. Все, что мне оставалось, это с ужасом наблюдать за тем, как в князя неотвратимо летит острая ледышка.

— Простите, — шагнув инстинктивно назад, произнесла я и зажмурилась, чтоб только не видеть, как князя проткнет насквозь мое неумелое и, что намного хуже, неконтролируемое оружие.

— С этим надо что-то делать, — уже нормальным голосом произнес дракон под тихое шипение.

Я приоткрыла левый глаз. Лирдоу жив и даже здоров, значительного ущерба не наблюдается, если не считать таковым облако пара, окутавшее его с ног до головы. На мой удивленный взгляд он помахал руками, разгоняя влагу, и слегка усмехнулся.

— Ты искренне считала, что у тебя выйдет еще раз застать меня врасплох?

— Ага, — покивала охотно и тут же добавила, видя, что глаза князя подозрительно сузились: — Боялась этого.

— С твоей магией надо что-то решать, причем срочно, — уверенно заявил он. — Драконам и эльфам ты вряд ли навредишь, а вот кого-то из представителей прочих рас можешь и покалечить.

— Что делать-то? — вяло поинтересовалась, даже не представляя возможного решения проблемы. Разве что убить ее источник, но, надеюсь, советнику такая идея в голову не придет.

Магия уже проснулась, обратно ее не вернешь. Единственный вариант — научиться ею управлять, но для этого надо сначала выяснить природу силы, а я в этом совсем не смыслю. Увы, но в отцовской библиотеке более или менее серьезных трактатов по магическим искусствам никогда не водилось. Не считать же таковыми «Вестник маготехнологического прогресса» — периодическое издание развлекательного характера, которое отец заказывал только ради словесных головоломок на последних страницах.

— Придется блокировать до конца отбора, а потом будем разбираться, — порадовали меня.

— Может, не стоит?

— Блокировать или разбираться? — усаживаясь обратно за стол, ехидно поинтересовался князь, жестом предлагая и мне занять место напротив.

И то и другое! Но, естественно, я помолчала. Послушно подняла стул и уселась обратно. Аппетит пропал, а вот чай допить все же стоило — вкусный.

И только я сделала глоток, как прозвучал вопрос:

— Какой магией владели родители?

— Иллюзии и совсем немного ментальной, — чуть не поперхнувшись, ответила честно, о чем тут же пожалела.

Но было уже поздно. С минуту князь молча сверлил меня немигающим взглядом, а затем медленно задумчиво произнес:

— Странно. Насколько я знаю, родовая магия Ридейро — это трансформация энергии эфира. В основном в их роду сильные менталисты, способные немного управлять стихийными потоками. Иллюзиями тут даже и не пахнет. К тому же ты работаешь только с одной конкретной стихией… Хотя… Если напрямую… Ну-ка, создай еще кусочек льда, — потребовал дракон, и в глазах его при этом зажглись искорки азарта, которые мне ну очень не понравились.

— Вы же знаете, что специально я не могу, — помотала головой, отказываясь.

Мне было страшно. Это в ванной, за закрытыми дверями, в одиночестве, когда я чувствовала себя в относительной безопасности, у меня что-то получалось, но не сейчас, когда я сидела напротив этого субъекта, который сверлил меня плотоядным взглядом.

— Быстро, я сказал, — гаркнул дракон и треснул кулаком по столу так, что посуда подпрыгнула и жалобно звякнула.

Испуганно вскрикнув, я шарахнулась от Лирдоу и зажмурилась, но удержать вырвавшуюся ледышку не смогла.

— Молодец, — радостно произнес он, а я с неподдельным удивлением воззрилась на зависший в миллиметре от его лица острый, похожий на наконечник пики кусок льда, закованный в тонкостенный огненный шар.

Дракон разглядывал мое оружие с не меньшим интересом.

— Форма идеальная, — похвалил он меня, крутя во все стороны забавный светящийся красным шарик, сквозь который нет-нет, да и пробивались голубые отсветы. — Читала что-то по стихийным потокам или вышло интуитивно? Впрочем, пока не важно. А вот природу мы сейчас определим.

После этих слов огненный шар начал неторопливо сжиматься, пока не достиг краев ледяного осколка. На миг алая завеса натянулась, будто стараясь обнять лед, а затем с тихим хлопком лопнула. Мое холодное оружие, словно только этого и ждало, целое и невредимое, продолжило свой стремительный полет. Дракон среагировал молниеносно: ушел в сторону и ребром ладони подкорректировал траекторию движения, а ледышка преспокойно полетела, куда послали, с мелодичным звоном разбив стекло и уносясь куда-то в сторону парка.

— Ух ты! — только и сказал князь, глядя на меня с непонятным выражением на красивом лице.

Казалось, что сейчас он, как мясник на бойне, решал, что же со мной делать: сразу пустить на мясо или подождать, пока подрастет. И что в данной ситуации делать мне? В том, что такой магии у Ридейро нет и быть не может, я даже не сомневалась, и, судя по радостному предвкушению, сверкавшему в глазах дракона, он об этом обстоятельстве тоже прекрасно осведомлен.

— Ты владеешь стихийной магией напрямую. Если бы этот заряд был просто куском льда, а не заключенной в материальную форму чистой энергией, он бы растаял под давлением моего огня, но результат ты видела. — Я нервно покосилась на брешь в витражном стекле, сквозь которую в комнату проникал теплый летний ветерок. — Сильный, кстати, заряд, а ты даже не заметила, как его создала, и совершенно не выглядишь уставшей.

С каждым произнесенным словом внутри меня сжималась тугая пружина, заставляя звенеть и без того натянутые нервы. Голова шла кругом, мысли беспорядочно перемешивались, и среди них не было ни одной дельной. Напрямую со стихиями могли работать лишь те, в чьих жилах течет хотя бы капля драконьей или эльфийской крови. Лурье были потомками драконов, пусть и дальними, а вот Ридейро — чистокровные люди. И если это знала даже я, то первый советник короля — и подавно. Вряд ли родословные невест на этом отборе не были проверены вдоль и поперек.

— Так откуда у тебя, моя милая пташка, такой сильный и столь несвойственный людям дар, в то время как твои отец и брат — средней руки универсал и менталист соответственно? Ты все еще не желаешь мне что-нибудь рассказать?

Я опустила взгляд. Хотелось разрыдаться от безысходности и собственной глупости. Ну что я могла ему поведать? Что я никакая не Ларина?! Что все это обман?! Но тогда я нарушу условия договора, и это будет отягчающим обстоятельством на суде, который непременно состоится, потому что во дворец на отбор я попала обманом и под чужим именем. Словно вторя моим безрадостным мыслям, безымянный палец, который уколол тогда князь, запульсировал легкой болью.

— Ты же понимаешь, что ответ я могу и потребовать? — ласково протянул дракон, медленно приближаясь ко мне.

Он навис надо мной, как скала, неумолимо и беспощадно, загораживая свет и подавляя волю. Перед глазами вдруг все поплыло, по коже пробежал озноб, и я зябко поежилась. Холодно. Опять стало безумно холодно.