Вероника Трифоненко – Золушка поневоле или туфельки моей ба (страница 45)

Чудо полила мои раны чем-то спиртным из маленького флакончика и быстро и аккуратно перевязала мои руки.

— Спасибо.

— Не за что и не плачь, Ло, я сама хочу плакать, но нельзя. Мне она итак почти не верит. Что уж про тебя говорить, хорошо, если успокоится и не успеет отомстить… Ло, прошу больше ее не провоцируй, ни словами, ни действиями, нас очень скоро спасут, просто подожди и на вот еще поешь. Не поверишь, но охранник тоже почему-то на тебя злится и не хочет нести тебе еду.

Я улыбнулась, вспоминая про обещанный 'щаз', приняла от подруги какую-то выпечку, и начала в одиночку ждать спасение, потому что Марьянка, передав мне еду, быстро вскочила и побежала обратно. Наверное, боялась, что ее хватятся и в чем-то заподозрят.

Везение, и как я могла ее в чем-то подозревать!? Неужели совсем спятила, мы знакомы с трех лет и чудо, действительно, никогда и никому специально не вредила. А еще у нее рука оказывается тяжелая. И почему меня все вечно бьют!? Нет, правильно, я все же ту гадалку приказала выгнать, вранье это все было и про сестру, и про подругу, и про Гаррета. Какая же я дура… но счастливая, друзья не бросили, из безвыходного положения нашелся выход. И что за каша у меня сейчас в мыслях!? Зато хоть плакать больше не хочется.

Очередной стук и я почти заснувшая, думаю, что это должно быть спасатели. Встаю, протираю глаза и испуганно съеживаюсь. Нора с тем самым охранником. Меня вытаскивают из комнаты, ведут по длинному темному коридору, куда-то вниз, угрожая арбалетами. Мы проходим мимо растерянно и печально улыбающейся Марьянки, которая машет красным платком, словно намекая, все хорошо, все по плану Олафа, меня спасут. Я ей улыбаюсь, а сама смахиваю слезы, и иду, подталкиваемая в спину охранником. Наконец, мы доходим до очередного поворота, и там дорога с одной стороны обрывается глубокой ямой. Меня подводят к ней. Я смотрю на чужие улыбающиеся лица и вот, они оба в меня стреляют, а я падаю, падаю и падаю…

— Ох, — я упала с тюфяка и приложилась об пол отбитым боком. Сон. Это был просто дебильный сон. В дверь постучали. А я мокрая от пота и слез с трудом нашла в себе силы встать, думая о том, что мои сновидения не могут быть вещими. Так просто не может быть!

Или!?

На пороге стояла Нора, и двое охранников, один из них тот самый. Может сразу самой убиться о стену!? Состав, конечно, не совсем тот, но если они меня куда-то поведут, буду драться… И стоп, точно, несовпадения! В смысле, не только состав не тот, во сне на баронессе не было повязки, и у всех были арбалеты, а не только у охраны. Может, я, конечно, придралась к мелочам, но стало как-то спокойнее.

Ненадолго. Баронесса заговорила:

— Пошли, прогуляемся.

— А если мне и тут неплохо!? — сделала попытку отсидеться в безопасности.

Нора красноречиво показала пальчиком на арбалеты:

— Лора, не зли меня еще больше. Хочешь умереть тут — оставайся. Хочешь прожить подольше — пошли. У тебя десять секунд на размышления. Десять, девять…

— С чего так сразу…

— Шесть, пять…

— Согласна!

— Два. Тогда иди быстрее, не хочу тебя ждать.

И я выскочила вместе со всеми, и мы пошли наверх. Ура, фиговый из меня экстрасенс, я буду жить! Мы прошли дом, вышли через заднюю дверь и пошли куда-то в лес. На этом моменте я, кстати, снова начала беспокоиться. Потому что это же про него обычно говорят бандиты, когда решают, где устроить по-быстрому похороны конкуренту!? В общем, паника меня охватила нешуточная и неспроста, мы дошли до какой-то полянки рядом с оврагом и остановились. Я сразу решила, что не стоит поворачиваться спиной ни к Норе, ни к наемникам, ни к оврагу, мало ли, кому придет в голову избавить от меня здешнее общество.

— Ну и зачем мы сюда пришли!? — да долго стоять и молчать я не смогла, нервы, воспитание, все не то.

— Тихо. Помнишь, про то, что я могу передумать и убить тебя в любой момент!? — заткнулась, взгляд у Норы был красноречивым.

— Хорошо, помолчу, — да и свое согласие, тоже зачем-то озвучила. Но что взять с идиотки!?

— Госпожа посланник опаздывает, — подал голос один из охранников. Вот сволочь, а ему, значит, можно болтать… и погодите, что за посланник!? Мы что кого-то ждем, а не просто вышли в вечерний лес подышать воздухом в очень странной компании!? И уф, повезло, Нора еще не в курсе про спасателей. Радует.

— Вижу. Что-то не так, — это она сейчас мою неуместную улыбку заметила или ее просто напрягает, когда кто-то не приходит на встречу вовремя!?

— Может, передумал!? — неуверенно заметил все тот же охранник, похоже, он тоже начал нервничать.

Хорошая у людей, однако, интуиция. Даже завидно, я вот никогда о своих неприятностях заранее не знаю, за исключением тех случаев, когда мне за что-то мстят, и я как бы в курсе за что, кто и кому на этого человека пожаловаться (это я про бабушку, она же злая фея, которая на досуге любит проклинать, в общем, в помощи мне обычно не отказывает).

И чутье хорошее, кстати, не у одной охраны, баронессу оно тоже не стало подводить:

— Фрокс, может и передумал. Уходим! Не нравится мне все это.

После этой почти сакральной фразы все засобирались, меня снова толкнули вперед, но уйти далеко мы не успели. Охранники начали падать, Норку окружили какие-то странные воины в светлых доспехах, но больше я увидеть не успела. Тоже отключилась.

Пришла в себя я неожиданно быстро, ну как пришла, видела что-то, слышала, а пошевелиться не могла. Видимо, усыпили дротиком, а доза была рассчитана на человеческий метаболизм, вот я и ушла в бессознательное состояние какими-то урывками. А может и нормально ушла, но не могла же меня, в самом деле, спасать тетя Гаррета, окруженная скопищем ангелов!?

Да и Нора… я что убила ее!? Нет, бред какой-то!

Когда мои глаза полностью распахнулись, и я смогла начать шевелить своими конечностями, оказалась лежащей на кровати в нашей с Гарром комнате. Из окна светило яркое солнце, а все случившееся казалось каким-то бредовым сном, да ярким, да красочным, но невозможным.

Я потянулась, и боль в теле подсказала, что мне все не привиделось.

Марьянка!? Что с чудом!?

Вскочив с кровати, надела на себя первое попавшееся платье и побежала к двери.

— Где мой муж!?

Да, первый человек, который мне пришел на ум, в качестве рассказчика о спасение и положение Марьянки, был Гаррет. Ничего странного.

— Он сейчас на совещание, — то ли во дворце за мной уже закрепилась слава психа, и меня побаивались, то ли этот конкретный стражник очень меня уважал, но ответил он быстро и без запинки. О, точно, забыла про третий вариант, просто сработал эффект неожиданности.

— Проводи! — почти прорычала.

Точно, эффект неожиданности, стражник, на которого я смотрела, тяжко вздохнул, переложил тяжелую алебарду (и что за бредовое нововведение!?) на левое плечо и начал показывать дорогу. Вскоре я обогнала эту улитку, вспомнив, куда нужно сворачивать и ворвалась в зал. И вовремя. Там как раз выступала Гретхен. Мне повезло, выступала тетка принца с размахом, так что на меня пусть и внесшуюся в помещение, но из двери для слуг, а по случаю приезда делегации для советников открыли двери побольше, никто не обратил внимание и я смогла насладиться спектаклем вместе со всеми:

— При обмене произошел несчастный случай. Нору случайно подстрелил ее же наемник. Бедняжка свалилась в овраг и сломала шею. К сожалению, медики ничем не смогли ей помочь. И теперь неизвестно, кто ей помогал. Также в усадьбе преступницы была обнаружена придворная дама. Наемники утверждают, что она помогала леди, но сама дама говорит, что…

— Достаточно. Спасибо, вам дорогая тетушка за столь подробный рассказ.

— Все ради тебя, мой дорогой.

Губы буквально слипались от приторности леди Гретхен. Но важным было не это. Я вдруг отчетливо вспомнила свое спасение. Все разрозненные кусочки в стали в ряд и перед моим мысленным взором выросла лесная поляна, рядом с оврагом. Раннее утро. Никакой это был не вечер. Просто очень ранее утро, вот и было темно. Нора нервничает. Она ждет какого-то посланника. А вместо него появляются рыцари. Они усыпляют охрану. А баронесса остается стоять. И вот из-за деревьев выходит тетя принца тоже в белом с белой лентой в волосах. Они говорят, как давние знакомые, но по маньячке заметно, что она испугана:

— К чему вы одели белый!?

— Нора, дорогая, ты же учила значения цветов. Не разочаровывай меня.

— Вы так в себе уверены!? Почему вам кажется, что за меня никто не будет мстить?

— Не кажется, но дорогая, почему должны мстить именно мне!? Да, и кто еще догадается, что ты убила себя не сама!?

— Не посмеете!

— Хорошо, хочешь, тебя убьет один из этих милых рыцарей в светлых доспехах. Дорогая, кто тебе больше нравится!? Голубоглазый, с серыми глазами, с темными?

Нора засмеялась:

— Зачем!? Вам же это невыгодно!

— Дорогая, ты неправильно оцениваешь мою выгоду. Сейчас мне невыгодно, чтобы ты бегала по дворцу, изображая пугало. А еще мне не выгодно, то, что в твоей очаровательной голове слишком много важных сведений. Да и может, мне просто жаль бедняжку Лору!?

— Лору!? Вам!? Не верю! Моя голова, чужие, а их не боитесь? — Нора показала длинным пальчиком на рыцарей.

— Теней!? Нет.

— Это тени!? Те самые? — глаза маньячки (хотя кто тут еще маньячка, можно поспорить) расширились, и она стала со страхом и удивлением всматриваться в лица рыцарей.