Вероника Ткачёва – Гребни с чёрными драконами. Серия «Лунный ветер» (страница 3)

Хотя какая она большая – пятнадцать квадратных метров. Но по сравнению со второй – девятиметровой – казалась чуть ли не бальным залом.

Я не стала рассказывать Светке о своём сне и о найденной пуговице. Ни в этот день, ни потом. Потому что потом…

Наверное, через неделю после моего сна в нашей жизни появился Олег.

Первой с ним познакомилась Светка.

Нам было почти восемнадцать, и мы учились в школе. В выпускном одиннадцатом классе. Бабушка умерла зимой. Поскольку мы, как я уже говорила, жили в маленьком городке, нас никто не стал опекать, потому что все понимали – нам бы продержаться несколько месяцев, школу окончить, а там уже и совершеннолетие, и возможность работать и заботиться о себе не за горами. Проблема была в том, что сбережений от бабушки осталось – кот наплакал, поэтому пришлось искать работу. Но и школу бросать не хотелось, ведь осталось совсем чуть-чуть до её окончания. Наше сходство позволило нам со Светкой и в школе остаться, и на работу устроиться. Мы по очереди ходили на работу и в школу. Иногда брали больничный и обе шли в школу, чтобы там ничего не заподозрили. Скорее всего, учителя обо всём догадывались, но делали вид, что верят нашим больничным и невнятным оправданиям прогулов.

Да и работа начиналась с часу дня. Так что, если были силы, то вполне можно было успеть на первые уроки в школе, а потом на работу.

А устроились мы вдвоем на одно место официантки в кафе. Оно находилось на другом конце нашего городка. Мы специально выбрали работу подальше, чтобы уменьшить вероятность встречи с кем-то, кто нас хорошо знает. Кафе было маленьким, уютным. Администрация не особенно блюла трудовое законодательство. Трудовую книжку нам не завели, и ограничений по количеству рабочих часов из-за нашего несовершеннолетия не было. Зарплата у нас была такой же, как у двух других официанток. Так что всё сложилось на первый взгляд неплохо.

В тот день я училась, а Светка работала за нас двоих. А вечером она притащила Олега к нам домой. Меня не оставляло чувство, что я его откуда-то знаю. Но в то же время я понимала, что никогда раньше с ним не встречалась.

Ему было около тридцати. Высок и хорошо сложён. Его нельзя было назвать красивым. Но в нём было что-то безусловно притягательное, обволакивающее тебя незаметно, но потом намертво привязывающее к нему.

Сестра уже привязалась. Она смотрела на него осоловелыми глазами. Почти разинув рот. Ну дура дурой.

Светка суетилась, пытаясь произвести на Олега впечатление. Затеялась с чаем, хотя у нас к нему ничего не было – даже какого-нибудь завалявшегося сухаря. Сахару-то в стеклянной сахарнице – которая когда-то изображала из себя хрусталь, но потом стекло помутнело и уже никто ничем не обольщался, только сахаром, конечно, – так вот, сахару-то у нас на дне осталось. Да и в жестяной банке, красной с белыми горохами, где у нас всегда хранился чай, его было где-то на треть.

Олег с интересом смотрел на нас обеих. Светка чувствовала это и старалась перетянуть его внимание на себя. Ей казалось, что к концу вечера у неё это получилось. И я видела, что на её лице написаны довольство и удовлетворение. Но боже, как она ошибалась!

Я ловила на себе взгляды Олега. Глаза его лукаво щурились, уголки губ улыбались, ему явно было приятно смотреть на меня. И улыбка была такой знакомой… Я не могла припомнить, у кого я уже видела похожую.

Меня это раздражало – и его явное внимание, и возникший внутри зуд от попыток вспомнить. Вернее не совсем так. Мне льстило внимание Олега. А возможно, даже больше – грело сердце, которое начинало биться сильнее, дыхание слегка перехватывало, будто я очень быстро спускалась на велосипеде с горы и мне в лицо бил сильный свежий ветер. Эти реакции моего тела, независимые от моей воли, раздражали меня. Ведь сестра первая познакомилась с Олегом, поэтому, по неписаному кодексу, которого придерживаются хорошие девочки, хорошие подруги и хорошие сёстры, Олег считался ухажёром Светки. И если только сестра сама от него откажется, тогда… Но отказываться она явно не собиралась. А посему я делала каменное лицо, отводила глаза, всячески старалась показать, что мне неприятно его внимание. Но Олег будто не замечал ничего. И продолжал бросать на меня заинтересованные взгляды.

К концу вечера Светка совсем разошлась и вытащила наши гребни, чтобы зачем-то показать их Олегу. Глаза его при виде ценных вещичек расширились. Но в них была не жадность, а что-то другое, глубинное, непонятное и… пугающее. Может, он сам испугался… Не знаю. Он окаменел на несколько секунд, а потом, словно во сне, потянулся к Светкиному гребню. Взял его в руки. Хищный хвост дракона уколол безымянный палец Олега на правой руке, он вздрогнул и как будто проснулся.

– Чёрт! – незло выругался Олег и поднёс палец ко рту, зубами слегка прикусил подушечку, чтобы вытекла вся кровь, которой следует вытечь, и стал зализывать языком ранку.

Этот его жест был так похож на мой, на Светкин, что в груди у меня разлилось нечто тёплое, бурливое, рвущееся к Олегу.

Но я снова осекла себя. И постаралась сделать равнодушное лицо.

Ранка Олега оказалась неглубокой. Через несколько секунд её и видно не было. Он улыбнулся и сказал:

– Дракон охраняет свою хозяйку от чужих. Давайте-ка посмотрим, как он справляется со своими основными обязанностями.

И стал умело прилаживать Светкин гребень ей в волосы. При этом он ласково-небрежно касался её головы, волос, шеи… Лёгкими скользящими движениями, которые получались у Олега сами собой, не специально. И оттого, что движения эти были не нарочитыми, врождёнными, они становились вдвойне манящими, желанными. Я невольно завидовала сестре, мне хотелось, чтобы это моей кожи, моих волос касался Олег. Как только я уловила эти чувства, сразу внутренне встряхнулась и осекла себя (в который раз за вечер) – мол, так нельзя, что ты!

А Светка совсем поплыла. Она сидела на стуле, спиной к Олегу, лицом ко мне. Олег красиво закрутил Светкины волосы в пучок и плотно закрепил его гребнем. И поверх Светкиной головы посмотрел на меня. В его взгляде было столько манящего… Он словно ласкал меня, словно не Светкиных волос касались его чуткие пальцы, а моих. И его взгляд, который как будто говорил, что моё тайное желание раскрыто, и пугал, и радовал. Сладко заныло внизу живота. В груди всё замерло, затаилось. Стало трудно дышать. Я не знаю, сколько бы это длилось. На счастье, Светка встрепенулась и засуетилась:

– Ой, мне идёт? Где у нас зеркало?

И упорхнула к зеркалу в ванной. И уже оттуда слышался её голос с дурацкими кокетливыми нотками:

– Какая прелесть! Олег, ты прямо стилист!

– У меня сестрёнка младшая, приходилось её причёсывать, мама много работала, вот и научился, – проговорил Олег, повысив голос, чтобы и Светке было слышно.

Говоря всё это, Олег неотрывно смотрел мне в глаза. Зрачки его расширились, мои, наверное, тоже; говорят, такое происходит под действием некоторых наркотиков. А ещё тогда, когда человек смотрит на того, кто ему нравится…

Олег подошёл ко мне, взял за руку и попытался притянуть к себе. Он продолжал смотреть мне в глаза, и я не могла отвести взгляда. Ещё сильнее заныло внизу живота, но усилием воли я смогла взять себя в руки. И сдавленно, насколько смогла холодно, прошипела:

– Пусти!

Губы его дрогнули. Один уголок улыбнулся, поднявшись вверх, а второй чуть сжался. Он словно играл, вернее хуже – он согласился играть в мою игру, как будто я ему продиктовала правила, он с удовольствием принял их и теперь наслаждался этой игрой. Но я не предлагала никаких правил, я ни во что не играла. Скажу больше, я бы предпочла вообще не встречаться с Олегом. Никогда. Потому что уже тогда чувствовала, что нас троих засасывает в какую-то бурную, опасную воронку. Мы пока стоим на краю, но малейшее движение может столкнуть нас туда, в эту бездну. А сейчас ещё есть шанс уцелеть, ещё остаётся возможность сделать шаг назад и отойти от края бездны…

Олег отпустил мою руку.

Тут из ванной вернулась Светка.

Увидела, что Олег стоит около меня. Лицо её вытянулось:

– А что вы тут без меня делали? – как-то глупо-наивно спросила она.

– Плюшками баловались, – раздражённо ответила я и стала собирать со стола посуду.

– Ладно! Мне пора, – вежливо-понимающе сказал Олег.

– Ну, мы на связи, Олег? – засуетилась моя дурёха.

– Конечно, – после еле заметной паузы ответил Олег.

– А ты в «ВКонтакте» или на «Фейсбуке»? – не унималась Светка.

– И там и там, – ответил Олег и посмотрел на меня.

– Ну, я тогда там найду тебя. Ты латинскими или русскими буквами? – всё расспрашивала Светка.

– Русскими, – Олег снова посмотрел на меня.

Я изо всех сил прикидывалась веником. Он не выдержал и с особым каким-то смыслом сказал, глядя мне в глаза:

– До свидания, Лена!

– Всего хорошего, – как могла сухо ответила я.

Олег засобирался, и Светка пошла его провожать. Хлопнула входная дверь. Он наконец-то ушёл. И я невольно выдохнула… или вздохнула.

Внутри меня бурлил какой-то суп из эмоций. Вежливое понимание Олега, его взгляды, оставшееся ощущение тепла от его руки на моей коже – всё это рождало в душе нечто трепещущее, которое потом спускалось в живот и там начинало сладко ныть.

Но в то же время я чувствовала и опасность – эту незримую воронку, бездну. А ещё мне была совсем не по душе двойственность нашего положения – Светке явно нравился Олег, он вроде бы был с ней вежлив и галантен, но при этом смотрел и на меня… И я была не на высоте, потому что, как мне казалось, невольно дала повод Олегу на меня смотреть. В общем, на сердце были сумбур и неразбериха. так