Вероника Салтыкова – Монстры, химеры и пришельцы в искусстве Средневековья (страница 21)

Убийство двух свидетелей зверем. Рукопись. XIII в. (Музей Гетти, Лос-Анджелес, США, Ms. Ludwig III 1, fol. 17).

Звери Апокалипсиса являются символическими образами, обозначающими и Антихриста, и лжепророка, и самого дьявола. При этом в тексте Откровения зачастую нет четкой идентификации, какой именно из зверей воплощает собой того или иного «персонажа». Отсюда – нередкое замешательство иллюстраторов. Яркий пример – зверь, выходящий из бездны, о котором Иоанн Богослов упоминает в одиннадцатой главе своего Откровения. Согласно содержанию этой главы, на земле появятся два свидетеля Божиих, которые будут проповедовать 1260 дней и обличать своими речами людей. В конце концов они будут убиты зверем, который выйдет из бездны: «И когда кончат они свидетельство свое, зверь, выходящий из бездны, сразится с ними, и победит их, и убьет их…» (Откр. 11:7). Кого именно воплощает этот зверь, в пророчестве не сказано, но на миниатюре английской рукописи XIII века он идентифицируется именно с Антихристом: об этом свидетельствует надпись над его головой. При этом вид зверя весьма оригинален и не находит прямых аналогий в тексте самого Откровения: Антихрист представлен как чудовище, обросшее густой шерстью голубого цвета, имеющее хвост, копыта, огненно-рыжую шевелюру и крючковатый нос. Он облачен в одежды, напоминающие кольчугу, и держит в руках меч и щит. Как пророчествует Иоанн, в конечном итоге Господь победит Антихриста. Помрачение царства зверя произойдет, когда будет извергнута пятая чаша гнева. В Откровении сказано: «И схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса перед ним <…> оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою» (Откр. 19:20–21). Как видно из приведенных примеров, интерпретация облика Антихриста в средневековом искусстве была очень разной и могла разниться даже в пределах одной рукописи. Такое разнообразие было связано с иносказательным характером самого текста Откровения, способствовавшего активизации воображения иллюстраторов.

Бамбергский Апокалипсис, 1010 г.

(Msc. Bibl.140, fol.33v).

Лжепророк ставит на людях печати антихриста. Апокалипсис. Германия, ок. 1420 г. (Библиотека Уэллком, Лондон, MS 49, f. 17).

Вслед за вышедшим из моря зверем-антихристом Иоанн Богослов описывает еще одного зверя: «И увидел я другого зверя, выходящего из земли; он имел два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон» (Откр. 13:11). Этот выходящий из земли зверь интерпретируется как лжепророк, подрывающий устои мира изнутри через лжеучения и извращение церковных истин. Именно он, согласно тексту, наложит на людей «печать Антихриста». Как и в случае с Антихристом, изображения вышедшего из земли зверя были очень разными. В Бамбергском Апокалипсисе XI века – это крылатый дракон с бараньими рожками, а в немецкой рукописи XV века – что-то среднее между человеком и животным. Так или иначе, в обоих случаях зверь сохраняет свой главный атрибут – бараньи рога.

Тетраморф и агнец с семью очами

Помимо зверей, воплощающих собой Антихриста и лжепророка, в Откровении Иоанна Богослова упоминается целый ряд других химерических существ. И если для средневековой изобразительной традиции в целом гибридный облик был признаком греховности и зла изображаемого персонажа, то в случае с иллюстрациями апокалиптических текстов дело обстоит иначе. Химеры Апокалипсиса далеко не всегда имеют отрицательную символику. Например, широко известный и почитаемый в христианской иконографической традиции образ тетраморфа представляет из себя четырех крылатых существ с головами тельца, льва, орла и человека. В тексте Откровения они упоминаются в окружении Трона Господнего со следующим описанием: «…И посреди престола и вокруг престола четыре животных, исполненных очей спереди и сзади. И первое животное было подобно льву, и второе животное подобно тельцу, и третье животное имело лице, как человек, и четвертое животное подобно орлу летящему. И каждое из четырех животных имело по шести крыл вокруг, а внутри они исполнены очей» (Откр. 4:6–8).

Тетраморф.

Сен-Северский Апокалипсис. XI в.

(Национальная библиотека Франции, Париж, MS lat. 8878, f. 51r).

Средневековые богословы истолковывали тетраморф по-разному: Святой Иероним объяснял, что существ четыре, так как они соответствуют четырем сторонам света, а также ассоциировал их с четырьмя элементами, четырьмя временами года и добродетелями. Григорий Великий считал, что существа выступают символами Иисуса Христа в различные фазы его земной жизни: Он родился как человек (incarnatio), смерть принял как жертвенный бык (passio), при воскресении был львом (resurrectio), а вознесся как орел (ascensio). Тетраморф мог восприниматься и как символ единого Евангелия, записанного четырьмя евангелистами. Каждый из существ тетраморфа ассоциировался с одним из евангелистов: так, согласно интерпретации Святого Иеронима, лев символизировал Марка, телец – Луку, человек – Матфея, орел – Иоанна.

Видение Агнца посреди четырех живых существ и двадцати четырех старейшин (фрагмент).

Англия, сер. XIII в.

(Музей Гетти, Лос-Анджелес, Ms. Ludwig III 1 (83.MC.72), fol. 5r).

В пятой главе Откровения можно найти еще один замысловатый образ. Там Иоанн описывает, как видит в руке у Сидящего на троне Книгу за семью печатями и говорит о том, что открыть ее может только Агнец: «И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю» (Откр. 5:6). В описании Агнец имеет семь глаз и семь рогов, которые означают семь духов Христовых. Речь идет о Духе Господнем, духе премудрости и разума, духе совета и крепости, духе ве́дения и благочестия. О семи очах Господних упоминает пророк Захария, поясняя, что очи эти объемлют взором всю землю (Зах. 4:10). Очевидно, что в данном случае химерический облик апокалиптического Агнца имеет исключительно благую природу.

При этом буквальная визуализация этого фрагмента текста Откровения производит странное впечатление: на английской миниатюре середины XIII века Агнец с семью очами и рогами выглядит весьма своеобразно. У современного зрителя такой противоестественный облик может ассоциироваться, скорее, с результатами неких генетических экспериментов. Искажение привычной анатомии животного могло вызывать противоречивые чувства и у средневекового христианина. Вероятно, отчасти и по этой причине в средневековых манускриптах с иллюстрациями из Апокалипсиса Агнец чаще изображался не буквально в соответствии с текстом Откровения, а в естественном обличии ягненка.

Саранча

Среди пугающих образов Апокалипсиса особое место занимает саранча. Иоанн Богослов подробно описывает ее в девятой главе, когда говорит о событиях, наступающих после того, как пятый ангел протрубит: «И из дыма вышла саранча на землю, и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы. И сказано было ей, чтобы не делала вреда траве земной, и никакой зелени, и никакому дереву, а только одним людям, которые не имеют печати Божией на челах своих. И дано ей не убивать их, а только мучить пять месяцев; и мучение от нее подобно мучению от скорпиона, когда ужалит человека.

Саранча

Бамбергский Апокалипсис, 1010 г.

(Msc. Bibl.140, fol.23r).

В те дни люди будут искать смерти, но не найдут ее; пожелают умереть, но смерть убежит от них. По виду своему саранча была подобна коням, приготовленным на войну; и на головах у ней как бы венцы, похожие на золотые, лица же ее – как лица человеческие; и волосы у ней – как волосы у женщин, а зубы у ней были, как у львов. На ней были брони, как бы брони железные, а шум от крыльев ее – как стук от колесниц, когда множество коней бежит на войну; у ней были хвосты, как у скорпионов, и в хвостах ее были жала; власть же ее была – вредить людям пять месяцев» (Откр. 9:3—10).

Красный дракон

Центральный образ в Откровении Иоанна Богослова – красный дракон. В видении он появляется вместе с описанием Жены, облаченной в солнце, которая должна родить младенца мужского пола. Красный дракон стремится пожрать ее младенца: «И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна, и на главе ее венец из двенадцати звезд. Она имела во чреве, и кричала от болей и мук рождения. И другое знамение явилось на небе: вот, большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим. Хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю. Дракон сей стал перед женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать ее младенца» (Откр. 12:1–4). Толкование образа жены, облаченной в солнце, разнится, однако самая распространенная интерпретация видит в ней символ христианской церкви в период гонений. Красный дракон же выступает олицетворением дьявола. Его красно-багровый цвет означает кровожадную лютость, а семь голов – крайнюю хитрость, лукавые помыслы и коварство (в противоположность семи дарам Святого Духа); 10 рогов дракона – это злая мощь и сила, направляемые против десяти заповедей Закона Божия; венцы на головах означают царственную власть дьявола в его мрачном царстве. Семь венцов могут также соотноситься с образами семи царей, восставших против Церкви, а десять рогов – с десятью гонениями на Нее.