Вероника Лесневская – Личная красавица босса. Свадьбы не будет! (страница 4)
– Кто? Пропуск, – гавкают они по очереди. – Если на кастинг, где бейдж с номером? – взгляд одного из них нагло ныряет в мое декольте.
Тем временем обе цели: и Валевский, и идеальный зверь – исчезают из поля зрения. Да что такое! Верните мне мое вдохновение, иначе съем всех!
– Простите, мы уже уходим, – Кристина легко сдается, выбрасывая белый флаг еще до начала боя.
Нет в ней духа авантюризма. Да и вообще, товарищ она ненадежный. С такой ни в разведку, ни на собеседование нельзя. Стреляю в дрожащую девушку недовольным взглядом, когда она хватает меня за рукав, сминая пиджак. Хочет за собой утащить, но я сопротивляюсь.
Ведь там, в одном из помещений дома моды, где кипит работа и витает творческий дух, меня ждет путевка к мечте по фамилии Валевский, а впридачу широкоплечий Муз. Правда, они еще не догадываются, что им нужна именно я. Но это мелочи. Мужчины туго соображают, пока их носом не ткнешь.
– Бейдж? – театрально укладываю руку на грудь, заодно прикрываясь от раздевающего взгляда охранника. Бедный, да он в таком цветнике долго не протянет. Лопнет от перенапряжения. – Видимо, слетел и потерялся где-то, – демонстративно озираюсь, будто ищу несуществующую пропажу. – Пропустите, моя очередь скоро, – кокетливо взмахиваю ресничками и посылаю сияющую улыбку.
Пока первый верзила продолжает рассматривать меня и, могу поспорить, что вот-вот пустит слюни, второй расставляет ноги и складывает руки в замок перед собой, как в фильмах про секретных агентов.
– Без бейджа не положено, – выходит вперед, осознав, что напарник его пал от женских чар. И берет инициативу в свои руки. – Вернитесь к стойке регистрации и попросите выдать вам новый, – одним взлетом бровей указывает в сторону лифта.
Плохо он меня знает! Ни шага назад, ни шага на месте…
– Ай, – отвлекаюсь на толчок в плечо и резкий рывок.
Кто-то из моделей грубо отодвигает меня, чтобы пройти самой. Выпячивает грудь, показывая то ли ее, то ли бейдж. Зато удовлетворяет сразу обоих охранников: и озабоченного, и сознательного. Тем временем Кристина, воспользовавшись моим замешательством, все-таки уводит меня от входа в заветное крыло. Опасливо косится на секьюрити, поворачивает бледное лицо ко мне и крепче сжимает холодными пальцами мое запястье.
– Все, поехали в общагу. Мама названивает, – крутит разрывающийся телефон в свободной руке. – Еще не хватало, чтобы у нее были проблемы из-за меня.
– Из-за тебя у нее проблем не будет, – протягиваю задумчиво, внутренне принимая решение.
Я правда пыталась помочь ей. Но если пациент против спасения, то шансы его излечить сводятся к нулю.
С деланной покорностью следую за Кристиной к лифту, но в последний момент резко сворачиваю.
– Мне в туалет надо. Срочно, – киваю на указатели. А сама наблюдаю, как за дверью с табличкой скрываются две модели. – А ты спускайся к маме. Если что, я в общагу сама доберусь, не переживай.
Избавившись от «балласта», проскальзываю в туалет, становлюсь у раковины, боковым зрением наблюдая, как из кабинки выходят девушки. Одна из них оставляет клатч на краю столика, рядом небрежно бросает бейдж. И всецело сосредоточившись на своем отражении в зеркале, поправляет темно-синюю шелковую блузку, расстегивает верхнюю пуговицу. Подумав, принимается за следующую.
Пока эта латентная эксгибиционистка за довела дело до конца, я покашливаю, обращая на себя внимание.
– Тоже на кастинг? – пытаюсь быть вежливой, а сама глаз не свожу с небольшой карточки с именем, заключенной в пластик. Стоит лишь протянуть руку – и пропуск мой. – Меня зовут Алена.
Изображаю дружелюбие, попутно читая ее имя на карточке. Полина Королева. Красиво звучит. Интересно, творческий псевдоним или в паспорте так же?
– Я в моделинге с девяти лет, – гордо заявляет девушка, все-таки открывая скромное декольте. – Семь международных конкурсов красоты и таланта, десятки показов, титулы… – зачем-то сообщает мне абсолютно ненужную информацию, а потом и вовсе перечисляет названия каждого. Но я не вникаю.
Отмечаю, что в туалете мы с ней остались одни. Открываю кран и запускаю руки под воду, но даже ее шум не может перебить скрипучий голос модели.
– Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… три… – с сарказмом продолжаю, копируя ее тон.
– Что? – зависает и смотрит на меня, как на сумасшедшую.
Ясно, советский кинематограф прошел мимо нее. А чувство юмора даже в гости не заглядывало.
– Удачи, – хмыкаю я, заранее зная, что именно ее я сейчас нагло отберу у кандидатки.
Резко поднимаю ладони, закрывая носик крана таким образом, чтобы струя воды попала на ее шелковую блузку. Обожаю эту ткань при создании необычных вечерних нарядов, но терпеть не могу в повседневной носке. Потому что на ней видно каждое пятнышко. А разводы от воды… можно устранять вечно.
– Корова! – совсем не интеллигентно орет на меня потерпевшая. – Ты что наделала? – яростно трет несчастный шелк салфетками, убивая его с особой жестокостью. Мне на секунду плохо становится. Но вспоминаю, зачем я здесь, и беру себя в руки.
Иду до конца.
– Я такая неуклюжая, прости, – выпаливаю на выдохе. – Ткань тонкая, все брызги быстро испарятся под сушилкой, – указываю пальцем на пластиковую бандуру, подвешенную в углу.
Надеюсь, не сильно испорчу себе карму подлым поступком. Молюсь, заранее прося прощения у высших сил.
Мысленно обещаю себе, что как только стану известным дизайнером, доверю открывать свой первый показ… болтливой Полине Королевой. Вообще в команду ее возьму на постоянной основе. В качестве компенсации за моральный ущерб.
А прямо сейчас… я заношу руку над клатчем, стоит лишь его хозяйке нервно отбежать к сушилке. Медлю доли секунды – и все-таки хватаю бейдж. Неспешно, чтобы не вызывать подозрений, покидаю туалет, пока модель уничтожает блузку под горячим воздухом.
– Алена Ильинична, вы отвратительны, – обращаюсь сама к себе.
И ускоряю шаг, пока не передумала. Без проблем преодолеваю пост охраны – и едва не бегу по длинному коридору.
Под ложечкой подсасывает гаденько. А голова беспокойно ждет бумеранга. Ведь любое плохое дело рано или поздно вернется к виновнику. Главное, чтобы наказание настигло меня не сегодня…
– Полина Королева? – уточняет кастинг-менеджер. Непривычно так, что отзываюсь не сразу.
Выглядываю через его плечо, пытаясь пробуравить насквозь плотную толпу девушек. Оцениваю обстановку, запоминаю расположение дверей и прикидываю, за какой из них прячется моя дизайнерская судьба? Знала бы, куда идти, – от паренька, который вдруг вырос на моем пути, не осталось бы ни атома. Но пока что он мне нужен в качестве информатора.
– Да-да, я! – опомнившись, соглашаюсь поспешно. – Проведете?
– Вам присвоен номер сто тринадцать…
Конечно, как же без чертовой дюжины! Ох, Королева, за что ты так со мной?
– Да, все верно, – покосившись на свой же бейдж, подтверждаю. – Это я. Полина Королева, – привыкаю к временному имени.
– Ожидайте, вас вызовут, – ведет меня к толпе перешептывающихся девчонок.
О нет! Опять очередь? Это дом моды или оптовый магазин в выходной день? Почему такой аншлаг! Впрочем, очевидно же – все мечтают работать у Валевского.
– А какой номер там? М-м-м? – любопытно мычу в длинный коридор.
– Приглашают по пять девушек. Шестьдесят один – шестьдесят пять последними прошли, – любезно сообщает парень, облокотившись об стену рядом со мной.
– Нормально. Значит, скоро, – ликующе ухмыляюсь.
Он окидывает меня оценивающим взглядом, за что получает искусственную улыбку. На что-то более искреннее я не способна – слишком нервничаю. А парень, наоборот, расслабляется и остается со мной поболтать. Мне любые деловые контакты на пользу, но на всякий случай отодвигаюсь от него на безопасное расстояние.
– С шести утра начали, – сообщает менеджер совсем не то, что могло бы меня порадовать.
За целый день приняли всего шестьдесят пять девушек? Когда я сто тринадцатая? Это провал…
– А час назад вовсе перерыв объявили, – добивает меня.
– Надолго? – сиплю обреченно.
Подсчитываю в уме, когда придет мой черед, но прогнозы неутешительные.
– Никто не знает. Лев Романович приехал, спонсор наш будущий, теперь Валёк вокруг него бегает. Выбивает побольше финансовой помощи. Не до кастинга ему, – противненько тянет.
– Валёк? – изгибаю бровь непонимающе.
– Валевский, – шепчет заговорщически, а следом ржет, как конь.
– Я этого не слышала, – отмахиваюсь от кастинг-менеджера, не блистающего умом и профессионализмом.
Устраиваюсь на стуле у стены. Наблюдаю за моделями, которые нервно дефилируют по стыкам паркетной плитки или репетируют визитку. Среди роя трудолюбивых пчелок одна я ничего не делаю. Все, что мне нужно для покорения владельца «Вуали», находится в папке, которую я бережно прижимаю к груди.
Глава 4
– На сегодня кастинг закрыт, – по коридору разносится громкий, как сирена, голос, от которого я просыпаюсь и вздрагиваю.
– Что закрыто? Как? – пытаюсь прийти в себя. – Откройте!
Заторможено осматриваюсь, тяну руку к лицу, чтобы протереть глаза, но вспоминаю про легкий макияж, нанесенный специально для собеседования, и сжимаю пальцы в кулак. Сколько часов я просидела в коридоре? Неужели задремала?
Алена, ты сюда поспать пришла?
Надеюсь, не пропустила свой номер! Провалилась за шаг до цели. Теперь даже детям и внукам долгими зимними вечерами нечего рассказать будет. Разве что, как я прос…ала свою мечту. Букву вставлять по настроению.