Вероника Ланцет – Морально нечестивый (страница 68)

— Хорошо. Я позабочусь об этом. Тебе нужно только собрать образцы волос Клаудии и твоего мужа. Я попрошу кого-нибудь заехать за ними.

— Мне страшно, — признаюсь я впервые.

— Лина, как бы мне не нравился твой муж, если ты считаешь, что он этого не делал, то я доверяю твоему мнению. Возможно, кто-то просто пытается вбить клин между вами двумя.

— Я думала об этом. Но я все еще...

— Ты должна быть уверена. Я могу это понять. Я позабочусь о том, чтобы ты получила результаты как можно скорее.

 

 

 

Я сдала руки над нераспечатанным конвертом. Энцо послал одного из своих людей доставить его мне. Это заняло меньше времени, чем я предполагала, меньше недели.

Но теперь мне предстоит принять самое важное решение. Открыть конверт и узнать правду или выбросить его, забыть обо всем и довериться мужу. Не помогает и то, что мы с Марчелло близки как никогда. Прошлой ночью у него был один из его ночных кошмаров, и я утешала его всю ночь, пока он рассказывал кое-что о своем чудовищном отце.

В этой истории не сходится так много деталей, и это приводит меня в еще большее замешательство. Вздохнув, я положила конверт в ящик.

Я сделаю это позже.

Может быть, мне страшно от того, что узнаю... Я качаю головой, говоря себе, что есть только один вероятный исход, и это отрицательный результат.

Выбросив все из головы, я выхожу из своей комнаты и направляюсь вниз. Девочки, как обычно, в гостиной, играют в игру. Несмотря на пятилетнюю разницу между ними, Клаудия и Венеция быстро стали лучшими подругами. Сиси тоже присутствует, сидит в дальнем углу комнаты с книгой в руках.

— Так ты снова решила присоединиться к цивилизации? — шучу я, присаживаясь рядом с ней.

Сиси поднимает на меня глаза, на ее губах играет виноватая улыбка.

— Я знаю, что не часто появлялась. Я пыталась найти себя. — Она вздыхает. — Странно, что я впервые могу делать все, что захочу.

— Я понимаю, о чем ты. Но скажи мне, это включает в себя определенного мальчика Гуэрро? — она опускает голову, и я замечаю румянец. Значит, так оно и есть.

— Мы друзья. Я думаю, мы понимаем друг друга. Расскажи мне о себе и Марчелло. — Она поворачивается ко мне, меняя тему.

— У нас все хорошо, — признаюсь я. — Больше, чем хорошо. Он замечательный. — Глаза Сиси расширяются на секунду, прежде чем она разражается смехом.

Я хмурюсь, не понимая ее вспышки.

— Значит, я замечательный. — Веселый голос Марчелло раздается у меня за спиной. Я поворачиваю голову, а там он, ухмыляющийся.

— Тебе не следует подслушивать. — Я поднимаю бровь.

— Как я могу не подслушивать, когда слышу такие драгоценные слова? — его губы кривятся. — Лина, можно тебя на минутку? — Я киваю, и он ведет меня обратно в комнату.

В центре кровати стоит большая белая прямоугольная коробка.

— Что это?

— Открой ее.

Я поднимаю крышку и вижу белое платье — свадебное платье.

— Что... Для чего это? — заикаюсь я, разворачивая платье. Я потрясена, глядя на самое красивое платье, которое я когда-либо видела.

— Я работал над кое-чем для тебя. Я знаю, что у тебя не было сказочной свадьбы, но мне бы хотелось это исправить. — Его выражение лица выражает надежду, и моя грудь сжимается от эмоций.

Как я могла даже подумать, что этот человек может быть способен на что-то настолько отвратительное, как то, что мне пришлось пережить той ночью? Как я могла даже подозревать его?

— У меня нет слов, — говорю я, переводя взгляд с платья на прекрасного мужчину передо мной.

— Давай, примерь его, — призывает меня он, и я с радостью соглашаюсь.

Платье абсолютно идеально. С лифом, заканчивающимся V-образным вырезом, и юбкой, расклешенной в стиле настоящей принцессы, я не могу не любить его.

— Оно идеально, — говорю я ему, кружась и наблюдая, как юбки движутся вместе со мной. Я всегда хотела сделать это.

— Я рад, что тебе нравится. — Марчелло придвигается ближе и кладет руки мне на талию, притягивая меня к своей груди. — От тебя просто дух захватывает, Лина. — Его губы проводят по моему лбу, затем спускаются вниз и останавливаются возле моего уха. — И ты вся моя.

— Да. Вся твоя. — С каждым движением его губ мое дыхание учащается, предвкушение заставляет меня дрожать.

— Есть еще кое-что, — говорит он и низко наклоняется. Он берет еще одну коробку из-под кровати. — Туфли. — Он достает пару белых атласных туфель, украшенных блестками.

— Вау, — выдыхаю я.

Он осторожно берет одну мою ногу в руку и подносит ее к губам.

— Даже твои ноги идеальны, — комментирует он, одевая туфлю. Он делает то же самое с другой ногой, а затем делает шаг назад.

— Зеркало. — Он подводит меня к зеркалу во всю стену.

Я задыхаюсь, когда вижу себя. Марчелло подходит и обнимает меня сзади, кладя голову мне на плечо.

— Вот что я вижу, когда смотрю на тебя. Что-то настолько неземное, что иногда мне трудно поверить, что ты настоящая.

— Марчелло, — шепчу я в благоговении. Глядя на себя в зеркало в этом потрясающем платье, я не могу не видеть себя его глазами. И я чувствую себя прекрасной. — Спасибо.

— Я люблю тебя, Лина. — Он подходит ко мне, берет мое лицо в свои ладони и целует.

— Я тоже тебя люблю, — отвечаю я, и тут же чувствую себя виноватой за то, что скрывала от него.

Он, наверное, будет очень разочарован тем, что я даже не подумала о том, что это может быть правдой. Но я должна сказать ему. Я обязана это сделать.

— Мне нужно тебе кое-что сказать. — Я делаю шаг назад. Его брови нахмурились в вопросе, поэтому я позволила словам вылететь изо рта, прежде чем потеряла мужество. —Пару недель назад я получила анонимную записку. После этого стали приходить новые записки, почти ежедневно. Пока я не получила сообщение на свой компьютер.

— Что там было написано? Лина, ты должна была сказать мне раньше. Это может быть тот же человек, который домогался тебя раньше.

— Записки были об отце Клаудии. — Я опускаю взгляд. — А в последнем сообщении говорилось... — я делаю глубокий вдох, — что ты отец Клаудии. Это абсолютное безумие, теперь я это знаю. Мне так жаль, что я не пришла к тебе раньше. — Я смотрю на него, надеясь, что он не будет держать на меня зла.

Лицо Марчелло белое как бумага. Он делает шаг назад, выражение его лица пораженное.

— Марчелло?

Он медленно качает головой, его глаза расширены от ужаса. Его реакция настолько мгновенна, что я чувствую себя вынужденной спросить.

— Это ведь неправда? — он еще больше бледнеет от моего вопроса, и я чувствую, что мое сердце останавливается.

Конечно, нет...

— Марчелло, скажи мне, что это неправда, — повторяю я и смотрю, как он качает головой, не произнося ни слова.

Почему он ничего не говорит?

— Марчелло... — Нет, этого не может быть... Он продолжает отступать, пока его спина не упирается в зеркало. Но он молчит.

Мое дыхание учащается, в груди нарастает паника. Почему он ничего не говорит? Почему он не отрицает это?

— Пожалуйста, скажи что-нибудь. — Я умоляю его, мой голос срывается. Когда он по-прежнему не реагирует, я делаю единственное, что приходит мне в голову. Я открываю ящик и достаю конверт.

— Лина, — легкая дрожь проходит по моему телу, но я не останавливаюсь.

Я рву бумагу, пока результаты не смотрят на меня.

99,9% совпадений.