Вероника Ланцет – Фейридейл (страница 10)

При мысли об этом мои щеки заливаются румянцем. Эллисон верно сказала: как только у меня появятся деньги, я смогу делать все, что пожелаю. И возможная финансовая независимость – единственное, что побуждает меня остаться здесь, несмотря на внутренний дискомфорт.

Я уже разочаровалась в сводных брате и сестре, поскольку ни один из них, похоже, не в восторге от моего присутствия. Август был более осмотрителен, но я все равно чувствовала его нерешительность. А Грейс, может, и вела себя грубо, но прямо намекнула на то, как все они на самом себе относятся ко мне.

Мне здесь явно не рады.

Сделав глубокий вдох, я возвращаюсь в комнату и обнаруживаю, что Грейс нетерпеливо постукивает ногой.

– Что-то ты долго, – ворчит она и, скользнув по мне взглядом, выходит за дверь.

Я лишь поджимаю губы и спускаюсь вслед за ней в столовую, где все уже заняли свои места.

И от моего внимания не ускользает, что мистер Воан расположился на одном конце стола – именно там, где должен сидеть глава семьи. Разве после смерти Лео Пирса эта роль не должна была достаться его сыну Августу?

Странно. Но то же самое можно сказать и об отношениях Воана с Вики Пирс – язык их тел слишком фамильярен для простых отношений работодателя и служащего.

К счастью, мне нет никакого дела до их личной жизни. Я здесь только для того, чтобы выслушать завещание, а потом вернуться домой.

Нацепив на лицо улыбку, я сажусь за стол между Августом и Вики Пирс.

Через мгновение двое слуг быстро приносят еду и ставят тарелку передо мной.

– Расскажи нам побольше о себе, Дарси, – говорит миссис Пирс.

– Особо нечего рассказывать, – отвечаю я, а потом кратко сообщаю им о том, чем занимаюсь и каковы мои полномочия. Я не вдаюсь в подробности и раскрываю лишь то, что они и так уже, несомненно, знают.

– Должна признаться, для меня было шоком узнать, что у моего дорогого Лео есть еще один ребенок, – вздыхает она.

– Ты хотела сказать, что он тебе изменил? – нагло спрашивает Грейс у матери.

– Грейс! – восклицают одновременно Август и миссис Пирс.

– Ты же знаешь, все было не так. Мы тогда были в ссоре, он переехал в Бостон, а я осталась здесь, – говорит она, деликатно вытирая уголки рта. – Я не вправе осуждать его за то, что он нашел кого-то, когда мы уже не думали о совместной жизни.

Миссис Пирс продолжает рассказывать о том, что произошло за это время, но никто за столом, похоже, не обращает внимания на ее болтовню, – словно эта отрепетированная речь подготовлена исключительно для меня.

– Пожалуйста, Дарси, знай, что я не имею ничего против тебя. Ты – часть Лео, такая же, как мои Август и Грейс. И мы очень рады твоему приезду. – Она дотрагивается до моей руки в тот же момент, когда я беру стакан с водой.

– Спасибо, – бормочу я, делая глоток и медленно отстраняясь от нее.

Не знаю, что такого в этой женщине, но прежде я никогда не чувствовала к кому-то столь сильной неприязни. Она выглядит милой, пусть и немного фальшивой, и все же скорее походит на обычную трофейную жену, чем на убийцу с топором.

– У меня вопрос. – Я поворачиваюсь к мистеру Воану. – Какова причина смерти? В вашем письме не упоминалось, из-за чего умер отец.

Все замолкают, и только наше тяжелое дыхание эхом отдается в просторном помещении, нарушая воцарившуюся тишину.

– Сердечный приступ, – отвечает миссис Пирс, в то время как мистер Воан говорит:

– Повреждение головного мозга.

Снова молчание.

Я в замешательстве осматриваю сидящих за столом родственников.

Краем глаза замечаю, что Август так крепко сжимает нож, что его кончик почти сгибается. Губы миссис Пирс сжаты в тонкую линию, а мистер Воан, прищурившись, наблюдает за мной.

– Это был одновременно и сердечный приступ, и повреждение головного мозга, – произносит он так медленно, как будто хочет донести эту информацию до всех присутствующих. – У него случился сердечный приступ, но его реанимировали. Он выжил, но пробыл без кислорода слишком долго, поэтому было объявлено о смерти мозга.

Медленно кивнув, подношу стакан к губам и делаю еще один глоток воды, украдкой наблюдая за четырьмя незнакомцами за столом. В этот, на мой взгляд, беспрецедентный момент они смотрят друг на друга, а на их лицах отражается неприкрытая злоба и жадность. Словно я попала в лес, кишащий волками, борющимися за господство. Эта мысль поражает меня, словно молния, и я понимаю, что, как бы ни прошло оглашение завещания, я не единственный враг в доме.

Словно почувствовав нарастающее напряжение, миссис Пирс переводит разговор на покойного Лео Пирса и рассказывает о нескольких смешных случаях, чтобы разрядить обстановку.

Вскоре ужин заканчивается, и мистер Воан сообщает, что отвезет меня домой.

– Ко мне домой? – удивленно восклицаю я.

– Ключ, который я вам отправил, мисс Дарси. Он от дома в северной части города, который принадлежал Лео. Мы с Вики приготовили его специально для вас, чтобы вы не чувствовали себя некомфортно в доме с незнакомыми людьми, – объясняет он. – Вы получите уединение, в котором нуждаетесь, поскольку последующие дни будут довольно напряженными, – говорит он, а потом подробно описывает предстоящее расписание. Завтра состоятся похороны, а оглашение завещания – послезавтра.

– О, спасибо. Очень любезно с вашей стороны, – благодарю я мистера Воана и миссис Пирс.

Попрощавшись со всеми, снова оказываюсь на заднем сиденье машины, и мистер Воан везет меня к месту назначения – к дому номер двенадцать по Астор-Плейс.

Вскоре я понимаю, что под северной частью города он подразумевал другой его конец.

Мы едем уже около десяти минут, а для маленького городка это очень большое расстояние.

Через некоторое время, несмотря на темнеющее небо, перед нами отчетливо открывается вид на знаменитый холм Фейридейла, а также на величественное поместье Хейлов, о котором ранее упоминал мистер Воан.

Он не солгал, сказав, что поместье скорее напоминает замок. И хотя оно построено в неоклассическом стиле, его величие и огромные размеры вполне позволяют ему претендовать на этот титул.

Даже издалека это впечатляющее строение и окружающий его пейзаж создают поразительную картину. И по мере того, как мы приближаемся, меня охватывает предвкушение, отчего по телу даже бегут мурашки.

Помимо туристических достопримечательностей Бостона, я видела не так много исторических зданий. И никогда не бывала внутри. Но очень надеюсь посетить поместье до того, как придется возвращаться.

Я так заворожена видом поместья в наступающей темноте, что едва замечаю, как машина останавливается.

– Мы на месте, – внезапно говорит мистер Воан.

Вернувшись в настоящее, я медленно выхожу из машины. И вижу настолько безрадостное место, что невольно вздрагиваю. Поместье Хейлов, расположенное на вершине уединенного холма, кажется колыбелью изысканности, но вблизи производит совершенно противоположное впечатление.

На улице всего два строения: Астор-Плейс, 12, и еще одно здание напротив. По обе стороны грунтовой дороги простираются поля.

Она даже не заасфальтирована.

Боже милостивый, я была так увлечена видом поместья, что даже не заметила, как мы выехали из оживленного района и оказались прямо на окраине.

– Довольно далеко от города, – нерешительно замечаю я.

– Вовсе нет. – Мистер Воан шагает рядом с суровым выражением лица. – До города пятнадцать минут пешком. – Он указывает в ту сторону, откуда мы только что приехали. – Это поместье Хейлов, а вон там скала, ведущая к океану.

Я в ужасе поджимаю губы.

– А это? – Я поворачиваюсь к зданию на другой стороне улицы. Его острые углы, стрельчатые арки и витражи указывают на готический стиль.

– Это Старая Церковь. Не беспокойтесь. Она заперта. Ею больше не пользуются, но и превратить во что-то новое никто не берется. Она построена в семнадцатом веке, – добавляет он, и я вспоминаю, что он уже рассказывал о ней.

Я рассеянно киваю, хотя в глубине души меня терзают сомнения.

– Неужели в городе нет другого места, где я могла бы переночевать?

Конечно, дом передо мной прекрасен, но мне совершенно не хочется жить так далеко от города, да еще и через дорогу от Старой Церкви, которая выглядит скорее жутковато, чем красиво, несмотря на свою, несомненно, увлекательную историю. И чем больше думаю об этом, тем сильнее страх сковывает меня.

Поместье Хейлов тоже находится не так уж и близко, несмотря на оптическую иллюзию, создаваемую его размерами и расположением на холме. И в результате я оказываюсь… у черта на куличках. В чужом городе. В окружении незнакомцев.

Нет. Не самая лучшая идея. Именно это я и говорю мистеру Воану.

– Я не могу остаться здесь одна.

– Отец хотел оставить этот дом вам, мисс Дарси. Я не случайно дал ключ. Через несколько дней он будет вашим.

Я моргаю, не ожидая услышать такой ответ.

– Вы уверены?

Он кивает.

– Я на протяжении десятилетий был поверенным Лео. И он хотел, чтобы у вас было где остановиться в Фейридейле, ведь это и ваш дом тоже.

Затем он улыбается – отрепетированной улыбкой, которая не отражается в глазах. И пристально смотрит на меня в ожидании того, что я соглашусь.