Вероника Крымова – Соблазненная тьмой. Гувернантка для демона-2 (страница 9)
— Этот несносный гусь прав, я не должен был бросать вас там…одну, — с раскаяньем произнес несчастный. — Право слово…бедняжка вы моя…неужели вас…
— Нет! — рявкнула я, потому как все эти намёки уже порядком надоели — ну сколько можно-то, в самом деле. — Не болтайте вздор!
— Леди Несса отправилась переодеваться к ужину, — Фрэнсис успокоился, но тут же принялся ябедничать. — А эта парочка, я имею в виду лорда Ангуса и несносную наглую птицу…так вот, они вначале друг другу не особо понравились, но потом удивительным образом сдружились, критикуя каждый мой шаг!
Дворецкий чуть приподнял брови, намекая на причину своих несчастий в моём лице. Пусть случайно, но это же я и ворчливого старика оживила, и вредного гуся из тюрьмы приволокла…
— Скоро милорд прибудет домой, может, развеет умертвие, — размечтался толстяк. — А гуся…гуся можно сдать в приют для животных.
Фрэнсис наверняка без сожаления выставил бы Густава за дверь, ещё бы и пинка под пернатый зад дал от души.
— Лорд Ангус хотел последний раз увидеть супругу, мы должны уважать волю усопшего, — напомнила я.
— Леди Несса утром отправила лакея, — поджал губы мажордом, — Так молодая вдова наотрез отказалась приезжать. И знаете что, мисс Лоури? Я её нисколечко не осуждаю.
— Вот вы где! — раздалось громкое гоготание, и в коридоре появился Густав. — А я-то думал, куда пропала моя благодетельница?
Следом за птицей, кряхтя шёл дедуля Ангус. Для умертвия он передвигался достаточно бодро, на впалых щеках даже румянец расцвёл. К чему бы это?
— Исчадие бездны вернулось, — пояснил почивший лорд. — Мой дражайший внучатый племянник пожаловал. Плохо его отец воспитывал, старших не уважает, советы не ценит.
— То-то их ветром сдуло из холла, — шепнул мне повеселевший Фрэнсис.
Убедившись, что я вполне здорова и в помощи не нуждаюсь, дворецкий поспешил вернуться к своим профессиональным обязанностям, прислав, правда, служанку с чашкой горячего душистого отвара.
По правде, горничных было две, и одна из них катила тележку с закусками прямиком в маленькую гостиную в конце коридора, где обосновались дедуля с фамильяром. Гусь заглянул в мою комнату, приглашая присоединиться к их тёплой компании.
— Эмильриночка, мы тут с лордом Ангусом в кости решили сыграть, пойдешь с нами?
К этому времени я уже успела переодеться в своё собственное платье. Дорожный сундук ещё вчера прибыл в город — новые хозяева некогда родного дома, к счастью, не выкинули вещи на улицу. Сегодня утром их забрал лакей и привез в Растер-холл.
Густав без стеснения прошел в спальню, как только я открыла дверь.
— На приём нас не пригласили, — фыркнул он. — Не очень и хотелось, Ангус говорит, что его племянник не ценит родственные связи. Вот и тебя, похоже, не позвали. Возмутительно!
— Мне там точно не место, — отозвалась я.
— Хм…значит, содержанка…
— Густав, а ты в курсе, что пожилой лорд не совсем…Что?! Кто содержанка?!
— Ты! — невозмутимо заявил гусь. — Ну…лорд Ангус так сказал. Дескать, с памятью беда, но ему кажется, ты или дальняя бедная родня, или любовница канцлера. Выходит, второе.
Вот значит, как!
Ещё вчера я слыла распутницей, состоящей в греховной связи с опекуном, а сегодня меня повысили? Теперь я — наложница самого канцлера империи? Даже не знаю, что теперь делать — плакать или смеяться?
— Мы знакомы с де Мортеном всего пару дней, — начала я, но гусь и не думал слушать.
— Ясненько, — гоготнул он. — Мне-то, что? Я фамильяр с прогрессивными взглядами на жизнь.
— Густав!
— Я решил составить прошение на имя императора, и жалобу…несколько жалоб. Как думаешь, Эмильриночка, подождать окончания ужина и тогда вручить документ лорду-канцлеру? Или стоит прямо сейчас потребовать аудиенцию?
— Густав! — ахнула я. — Поверь, лучше вообще не попадаться ему на глаза. Хочешь отправиться на кухню?
— На кухню? Зачем это…хм…служанка оливки забыла, нерасторопная особа, но она сказала, что немедля принесёт и…
— Густав…
— Ой…ааа…ты в этом смысле?
— Именно, — кивнула я, отчаянно намекая на вертел в жаровне.
Но гусь, кажется, не сильно проникся.
Что же делать? Я и так в долгу перед леди Ванессой, а Ангус и Густав появились в Растер-холле по моей вине… И кто потом будет разбираться — случайность это или нет?
Густав открыл клюв, но тут же закрыл его, как только я нагнулась и погладила птицу по шейке. Пришлось согласиться на вечер азартных игр — всё лучше, чем торчать в комнате и думать о плохом. Отвлекусь от грустных мыслей, заодно присмотрю за этой неугомонной парочкой.
В небольшой гостиной, куда привёл меня Густав, было уютно. Мебель с розовой обивкой и мягкие пуфики выдавали в ней дамский будуар пятидесятилетней давности.
Дедуля Ангус пожурил нас за долгое отсутствие, хотя сам в это время не скучал, предаваясь плотским утехам. Попросту говоря — ел, и вовсе не то, что полагается употреблять в пищу умертвиям (если, конечно, умертвиям вообще полагается что-то употреблять в пищу). Старик особенно налегал на виноград, яблоки, и судя по горстке косточек — вишню в шоколаде.
— Ну-с господа, — лорд потёр руки и, взглянув на нас, добавил. — И дамы. Приступим, пожалуй.
— Только у меня нет денег, — предупредила я, усаживаясь за круглый столик белого дерева. — Впрочем, у вас тоже… Так что будем ставить на кон?
— Как на счёт души?
Незнакомый скрипучий голос заставил обернуться. В гостиной ещё кто-то есть? Почему я сразу не заметила?
Молодая красивая женщина в бледно-жёлтом платье подошла к столу и уселась на край, с той стороны, где расположился Ангус. Длинные тёмные волосы распущены, ярко-алые губы изогнуты в мрачной усмешке.
— Сыграем? — бледные пальцы потянулись к игральным костям.
От незнакомки веяло холодом и безысходностью.
Стук. Стук. Кубики покатились по столешнице.
— Две шестёрки, — дама совершенно спокойно забрала кубики и вручила их умертвию. — Ваша очередь, лорд Ангус Аврелиус де Мортен.
Я смотрела то на потерянного, присмиревшего гуся, то на обескураженного дедулю и вдруг… поняла.
— Нет! Не играйте с ней! — закричала я.
Поздно. Испещрённая морщинами ладонь разжалась, кости запрыгали по полированному дереву.
— Один, один, — скрипел ржавыми петлями голос незнакомки.
— Я…нет…вы не можете…я не готов…
Трясущимися руками лорд схватил кости и снова кинул.
— Один, один.
— Нет. Ещё раз…я…ещё раз!
Сколько бы бедняга не перекидывал кости под издевательский смех — на кубиках неизменно чернело по одной точке.
В жилах стыла кровь от страха и понимания того, кто пожаловал в гости. А ведь Стефани предупреждала.
Мамочки, что же сейчас будет?
Прохладная вода коснулась разгоряченной, пылающей кожи. Тьма жгла изнутри, подобно раскаленной лаве, наполняя душу нестерпимой жаждой чужих эмоций. Терпкий вкус страсти он искал в похоти, острую горечь лжи впитывал у придворных, но чаще всего лакомился кислым, шипящим на кончике языка страхом.
В детстве Адриану казалось, что внутри него сидит чудовище. Сколько трудов ему стоило сдерживать тьму, отравляющую сердце, пока не понял, наконец, — он и есть тьма.
Зачерпнув ладонью холодную влагу, лорд коснулся лица, смывая дорожную пыль. В ушах всё ещё звенел голосок тёти Нессы: «Адрианчик, сегодня ты должен выглядеть безупречно! На ужин соберутся особенные гости. Ах, не спрашивай кто. Это сюрприз!».
Тёмный лорд мрачно усмехнулся. Все ответы читались в восторженном взоре тётушки — сегодня в доме она собрала всех завидных невест империи. Вот только он подстраховался, так что можно быть уверенным — внимание девиц на выданье будет обращено в другую сторону.
Ванесса продумала всё до мелочей, даже организовала приём в их собственном поместье, лишь бы отрезать племяннику все пути отступления. Сотни объяснений, что женитьба сейчас не входит в его планы, разбивались о стену непонимания. Всего год в должности канцлера, мысли заняты политикой и государственными делами, в них нет места супруге и тем более детям. Когда-нибудь он заведёт семью…возможно… Когда будет больше свободного времени, но уж точно не в ближайшие пять лет, а может и семь…
Неожиданно тьма, клубившаяся вокруг него, налилась энергией. Адриан ощутил чужое присутствие. Совсем рядом. Под языком растёкся горький, немного вяжущий вкус древней магии.