Вероника Касс – Когда по-прежнему сбываются мечты (страница 4)
Она стремительно вышла из кухни, так и не домыв посуду в раковине. Дети заметившие, что мама удалилась, поспешили за ней, и мне пришлось доедать завтрак в гордом одиночестве, раздумывая о том, как лучше уладить конфликт и донести до Яны, что ей нет никакого смысла ревновать.
Помыл за собой посуду. Ну, а что? Надо же хоть как-то зарабатывать плюсы. А после отправился на поиски своей красавицы-жены.
Яна была в гостиной вместе с детьми, валялась с ними на полу и помогала собирать крупный конструктор, видимо, подаренный кем-то на день рождения.
– Яна, может, поговорим? – осторожно начал.
– О чем?
Она повернулась лицом ко мне, но даже оно не смогло отвлечь меня от полуоголенной попки, аппетитно торчащей, когда она лежала на животе и болтала в воздухе ногами. Сглотнул подступивший к горлу ком и в очередной раз пожалел, что у нас не было няни или какой-никакой помощницы как раз на такой случай.
– Игнат?!
– М-м-м?
– О чем ты хотел поговорить?
– А ты сама не думаешь, что нам нужно кое-что прояснить?
Она покачала головой и повернулась обратно к детям. Уходит от разговора, возможно, оно и к лучшему, и эту тему действительно стоит опустить. Лишние ссоры нам ни к чему, не при моем нынешнем состоянии.
Опустился на корточки рядом с семьей и, присвоив парочку валявшихся деталей, начал сооружать «нечто». Даже не заметил, как зависли дети и уставились на меня с раскрытыми от удивления ротиками.
– Что? – растерянно спросил у Яны.
Она с какой-то странной улыбкой на лице покачала головой и заставила меня устыдиться в очередной раз.
– Они ни разу не видели тебя со своими игрушками. Понимаешь, – замолчала она, видимо, подбирая правильные слова, – они думают, что ты слишком взрослый и совсем не играешь, а сейчас ты просто разбил в прах их представление о мире. – Я чувствовал, как она пыталась сгладить сказанное шуточной интонацией, чтобы не обидеть меня. Даже сейчас, когда явно обижена, все равно выгораживала меня и не упрекала в том, что я никудышный муж и отец. Неужели ей этого достаточно? Волк внутри проснулся и недовольно зарычал. Я уже было хотел ретироваться, как в мой лоб прилетело что-то легкое. Перевел взгляд в сторону и увидел смеющуюся Аришу, которая замахивалась на меня очередной деталькой конструктора. Раздражение сошло на нет, и, подобрав легкий цветастый шарик, кинул в ответку.
Дети засмеялись, даже обычно сдержанный Марк, начал резвиться. Начался какой-то сущий беспорядок, Яна повалила Аришу на коврик и начала ее щекотать, Марк присоединился к матери, и мне не осталось ничего другого, как отбивать дочь от их дружных нападок. Все это плавно перешло в прятки и догонялки по всему первому этажу. Мы бесились больше часа. При каждом удобном моменте, когда не видели дети, ловил Яну и целовал ее сладкие губы, она буквально таяла от моих прикосновений, а я ловил от этого кайф. Как же редко она искренне расслаблялась рядом со мной вне спальни.
– Боже! Боже, хватит, Игнат. – Хохочущая Яна повалилась на пол, дети уселись рядом, каждый со своим поильником, полным сока, и жадными глотками пили. – Я же теперь их не уложу спать.
– Почему, – удивился, попутно присаживаясь в кресло и застегивая манжеты, – они же набегались, устали, должны теперь сладко спать.
– Если бы они бегали на улице, я бы с тобой согласилась, но сейчас, – она приподняла голову и оценивающе посмотрела на наших бесенят. – Не-а, сейчас они успокаиваться только час будут. – Приложила тыльную сторону ладони ко лбу и, картинно закатив глаза, опустилась обратно на пол.
Только хотел прилечь рядом с ней и насладиться такими удивительно приятными и скоротечными моментами, как зазвонил телефон. Увидев имя звонившего, нахмурился, не особо желая разговаривать. Да и вспоминать о заботах и необходимости ехать на работу тоже не хотелось.
– Слушаю.
– Игнат Маркович, – на другом конце была Рита Касуцкая, – извините, что опять звоню, но я устала здесь попусту сидеть.
– Какие-то проблемы?
– Меня не пропустили дальше ресепшен, говорят, что не было таких распоряжений ни со стороны Назимова, ни со стороны его бет.
– Черт, Рита, я и правда забыл о тебе, сейчас позвоню начальнику кадров, она тебе все покажет и со всем ознакомит.
Положил трубку и встретился с холодными глазами Яны, они напоминали волны бирюзового океана. Пожал плечами и начал, словно оправдываясь, хотя откровенно не понимал, что сделал не так:
– Бедная девочка все утро просидела в холле нашего офиса, а я ей работу обещал, – прихлопнул ладонями по ногам и поднялся. – Я на работу, семья.
Поцеловать Яну нормально не получилось, она удостоила меня лишь коротким чмоком в щечку. Дети тоже потерлись о мои щеки, при этом крепко обнимая.
Глава 3
Не знаю, правильно ли я сделала, но спустила весь конфликт на тормозах.
Возможно, стоило все прояснить, но я банально испугалась. Особенно когда он разозлился и даже не пришел ночевать домой, а наутро на его телефон начала названивать какая-то наглая особа. Это при том, что номера Романова не было не то что у простых смертных, но и у оборотней.
Внутри зрело непонятное раздражение, как будто раздвоение личности, чтоб его. Хотела одного – делала другое; думала одно – говорила другое. По старой доброй привычке засунула кулон в зубы, но, даже ощущая языком его острые края, так и не успокоилась.
Все! Определенно все складывалось не так, как должно, не так, как я об этом мечтала год-полтора назад.
Сама не понимая почему, предпочитала прятать голову как можно глубже в песок. Варила манную кашу, замешивала творог на сырники и наблюдала за своими котятками. Николай Александрович все время подтрунивал надо мной, когда я так называла детей: «Какие они котятки – самые настоящие щенята». Все оборотни, которые были близко допущены к близнецам, чувствовали исходящую от них силу, а я удивлялась: ну какая может быть сила у годовалых малышей!
Еле сдержала себя, когда отдавала Игнату телефон, да и потом было непросто. Но я приняла решение оставить все как есть, по крайней мере, пока! Обстановку разрядила Ариша, когда бросила конструктор в отца. Как же она нам этим помогла. Мы провели незабываемо веселое утро, такое времяпрепровождение было для нас откровенной редкостью. Почувствовав прилив счастья от его украденных поцелуев и, увидев горящие огонечками счастливые глаза детей, я поняла, что все не зря. Что наша семья ничем не хуже других, а если приложить небольшие усилия, то все у нас будет хорошо. Нужно лишь чуть-чуть постараться.
И я старалась, прикладывала все возможные и невозможные усилия. Игнат, как мне кажется, тоже старался, целых два месяца никуда не уезжал, вовремя приходил домой, занимался детьми, шутил и был как никогда ласков и нежен со мной. Конечно, порой мне безумно не хватало его прежней страсти, но я молчала, боясь его расстроить или спугнуть.
Два месяца пролетели так незаметно, что я и оглянуться не успела. Марк сказал первое слово, разумеется, «папа», в этом никто и не сомневался. А Ариша начала говорить словосочетаниями и самостоятельно держать в маленьких ручках ложку, когда кушала. Поначалу приходилось заставлять себя закрывать на многое глаза, но потом привыкла, втянулась и начала получать удовольствие от своей почти идеальной жизни.
В конце концов, сколько женщин не знают, что такое любовь? Миллионы. А я знала. Да, не чувствовала взаимности, но разве это самое важное, когда он рядом, когда он меня уважает и ценит, когда у нас есть замечательные дети, которых, нет никаких сомнений, он любит безмерно? Возможно, я бы смирилась с таким положением вещей, навсегда и окончательно привыкла, если бы не наступил июль и не случилась очередная командировка Игната, которая основательно поменяла наши жизни.
– Яна-а-а, я знаю, что ты уже проснулась. – Тихий шепот Игната звучал где-то на уровне моего живота.
– М-м-м, продолжай-продолжай, я еще сплю, и мне снится такой сладкий сон.
Романов тихонечко засмеялся и продолжил водить кончиком языка по оголенной коже вокруг пупка, то и дело проскальзывая внутрь него. По телу побежали миллионы мурашек, вызывая приятную дрожь. Игнат приподнял мою ногу, касаясь нежной кожи шершавыми подушечками пальцев, и принялся целовать внутреннюю сторону бедра. Его губы двигались дальше вдоль ноги, а я опять теряла себя. Внутри горело пламенем, и мне больше не хотелось нежных поцелуев, мне хотелось более активных действий. Его язык обвел косточку щиколотки, и из моих губ сам собой вырвался стон. Хотелось дотянуться до него и приблизить его лицо к себе, но он не давался. С лукавой улыбкой посмотрел мне в глаза и взял мои пальчики в рот. Не выдержав напряжения, зажмурилась и на грани слышимости попросила:
– Игнат, пожалуйста…
– Что, пожалуйста, милая?
– Хочу тебя…
– А как хочешь? Сильно?
– Игна-а-ат… скоро дети проснутся, пожалуйста, быстрее. – Приподняла веки и постаралась сфокусировать взгляд: муж игриво улыбался и продолжал меня дразнить.
– Нет, – он качнул головой и продолжил прокладывать дорожку поцелуями, теперь уже в обратном направлении вдоль моей ноги, – не убедила, ко-о-ошка моя, – тихо подчеркивая каждое слово поцелуем, подвел итог.
К тому моменту, когда его пальцы отодвинули ткань трусиков, предоставляя полную свободу действия для рта, я мало что соображала. Как весь оголенный нерв, только чувствовала, отзываясь на каждое его касание.