Вероника Иванова – Комендантский год (страница 24)
Непонятное у них отношение к наготе. С одной стороны, как застегнутся, так на все пуговицы, с другой– раздеваются по первому требованию и ухом не ведут. Но что хуже всего, будь мышка сейчас хоть в той, ни черта не скрывающей накидке, я бы не удержался от определенных поползновений. А голое тело почему-то останавливало.
Нет, даже не так: категорически запрещало распускать руки и прочие органы.
– Господин комендант?
И она туда же? Хотя… Пусть. Дело прежде всего.
– Прошу прощения за беспокойство. Я вас разбудил?
– Я не спала.
И почему это прозвучало, как обвинение?
– Тогда вы могли… должны были заметить.
– Заметить что?
– Помните тех трех девочек? Одна из них пропала. Вышла погулять и не вернулась обратно. Возможно, она просто заблудилась. Забрела по ошибке на чужую половину дома, например…
– Моё уединение никто не нарушал.
Судя по тону, следующей фразой мне вынесут приговор. Очень суровый. А я его приму и буду бесконечно счастлив.
– Прошу прощения ещё раз.
– Я не сержусь.
Если у меня с головой до этого дня и было все в норме, то теперь крыша точно поехала. Вовсю гремя шифером.
Как, скажите, как ей это удается?! Не крыше, конечно, а мыши.
Мышке.
Ни капли напора вроде того, которым в совершенстве владеет Няша. Всего лишь несколько невинно оброненных фраз, а у меня внутри все скручивается пружиной. Так больно, что почти прекрасно.
– Мне нужно… идти.
– Если нужно, идите.
– Искать дальше.
– Конечно.
– Спокойной ночи.
– Удачи в поисках.
Все, назад, назад, обратно, за угол, пока ещё хоть что-то соображаю, иначе…
Уфф!
Это все местный воздух виноват. Наверное. Юг, море, курортный роман– все как по расписанию. Хорошо хоть, вина нет, с вином я бы давно уже начудил. Вопрос в том, была бы она против или нет. Мне почему-то сдается, что…
Лестница вниз, лестница вверх. С перерывом на проход через гостиную. Планировка, не спорю, разумная в смысле разграничения личного пространства, но для инспекции не особо удобная. Да ещё в этих линялых сумерках, мать их!
И пингвинов не спросить насчет регулировки освещения: сгинули. Видимо, до самого утра теперь не покажутся, санитары хреновы. А вот они как раз должны справиться с розыском лучше всех, потому что сами местный лабиринт городили. Может, подождать? Если колобок в доме, то никуда из него и не денется. Если все-таки решил гулять на свежем воздухе…
А эта арка пустая. В смысле, никто меня на пороге не встречает. Впрочем, оно и понятно: на кой черт я сдался старухе?
Значит, придется зайти самому.
– Тук-тук-тук, есть кто дома?
Тишина.
– Сударыня?
Ещё одна арка. И ещё одна. Направо и налево. А ещё дальше– ещё больше. Целая галерея, только не прямая, а скрученная винтом и периодически пересекающая сама себя. Я бы в таком месте точно сошел с ума.
– Сударыня?
Никогда не понимал тяги жить в нагромождении коридоров. Хотя Фаня такие архитектурные решения как раз приветствовал, и его личный флигель походил на точно такой же лабиринт, заканчивающийся бункером. То есть, кабинетом. Значит, существует вероятность того, что я обнаружу старуху, если буду следовать…
И точно: тишина разбавилась звуками. Чем-то вроде бормотания.
– Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи…
И когда она успела зациклиться на этой фразе? При том, что от сказки явно была не в восторге. Ну, по крайней мере, будить не придется.
– Сударыня?
Поднималась на ноги и оборачивалась она очень медленно. Так, что казалось, будто слышишь скрип каждого сустава по очереди.
– Простите, что побеспокоил вас, но дело очень важное и срочное. Вы случайно не видели…
– Ты.
– Да, я. Уж извините. Прислал бы кого другого, будь такая возмо…
– Ты не должен здесь быть.
– Совершенно с вами согласен. Но обстоятельства…
– Ты больше не должен быть.
Не стоило мне сюда приходить. Зря только старушку разволновал.
– Тебя нет.
В некотором смысле. И в некотором пространственно-временном континууме уж точно.
– Ты умер.
– Я пойду, ладно?
– Ты!
– Только не надо нервничать, я сейчас дам задний ход и…
– Кто тебя послал?
Да уж посылали все, кому не лень. Если начать перечислять, дня не хватит.
– Кто узнал тайну?
Какую? Золотого ключика?
– Сударыня…
– Кто за тобой стоит?
Экспонат номер два, предмет помешательства– мания преследования.
– Сударыня, пожалуйста, присядьте и успокойтесь. Никто никого никуда не посылал, нигде не стоит и вообще…
– Ты был один? О да, конечно, ты же так молод! Слишком молод. И самоуверен, как все юнцы.
Вот уж чем никогда не страдал, так именно этим.