Вероника Иванова – Ко(с)мическая опера (страница 5)
Мой напарник, Морган Кейн, все-таки иногда соображает!!!
— Не обязательно, — задумчиво тяну я. — Главное — до меня самого только сейчас дошло: мы же, как раз мимо того бассейна проходили! А некоторые, — не могу удержаться от злорадной подначки, — чуть в него сами не угодили… Так вот, воду из него, похоже, спускали как раз на днях! Дно мы осмотрели, а трубы-то, трубы! Чем не версия?
— Не узковаты?
— Для кошака? В самый раз. Если он спрыгнул в бассейн или свалился, как некоторые из нас… то выбраться мог только через них. Начинаются ведь они почти самого дна.
— Для нас, — уточняет Кейн.
— Мы что, полезем через них?! — Делаю большие глаза. — Нетушки, уж чему не обучен, тому не обучен. Есть же люки, для нормальных людей. Попросим охрану открыть.
— Ага, канализационные люки для нормальных людей — это звучит пафосно!
— Ничего, зато теперь твой недопереваренный костюм будет выглядеть адекватно ситуации!
— Знаешь что, модник…
— Не знаю, и знать не хочу. Пойдем, найдем ответственных лиц.
Темнота. Свет налобных фонариков мечется по влажным стенам. Запах, что характерно, тот же, что и в менее престижных районах. Для Моргана обстановка явно в новинку. Мне… Приходилось.
— У кошек же более чуткий нюх, чем у нас? — морщится он.
— Ну да.
— Наверное, уже труп.
Мы шагаем по бетонированной дорожке, справа от нас струится, э-э-э, то самое. Спасибо, хоть план коммуникаций достали, причем, естественно, не от консульской службы безопасности, а от своих — передали с курьером из Архива. Нет, ну почему охранники всегда пренебрегают этой стороной вопроса? Пачкаться не хотят?
— Налево, и не так резко! — Эквилибрист несчастный! Еще туда ему загреметь недоставало. — Рикки, Рикки, кис-кис-кис!
В ответ на мои призывы из-за поворота, под ногами у Моргана, а затем под моими, прошмыгивает крыса. Небольшая, но наглая. Останавливается метрах в трех позади меня, сверкая желтоватыми глазками.
— Эй, мы не тебя звали! — возмущенно шикаю, и крыса с писком сваливает.
— Ну вот, оскорбил животное… А вдруг это и был Рикки? Посуди сам, серый? Серый. Пушистый? Более-менее. Даже цвет глаз совпадает!
— Ну и вкусы у нашего Консула! — изгибаю бровь я. Некоторое время мы смотрим (и светим) друг на друга, затем начинаем дико ржать. А что еще можно делать на нашем месте? Это, господа, называется истерика. Дур-р-рацкая ситуация!
Мяу?
— Ш-ш-ш! Тихо, Мо!
Мя-а-а-у-у-у!
Замогильный стон разносится откуда-то спереди. Генеральный коллектор!
— Вперед!
Мы мчимся по узкой полоске суши. Кажется, звуки доносились именно спереди. Хорошо, хоть своды высокие, пригибаться не надо.
— Вот он, Амано! Ой, убегает! Куда же ты?! — Задыхающийся голос напарника, которому я едва не наступаю на пятки. Надо, надо гонять, однозначно…
— Мочи котов! В смысле лови его! — смеюсь я. — Или пропусти меня вперед!
— Хорошо!
Возле одного из разветвлений нам удается разминуться, на секунду притормозив. Если кто-то будет и дальше так резко останавливаться, либо я его собью, либо сам впишусь лицом в кладку — одно из двух. Зато теперь вижу, как впереди мелькает серое пятнышко.
— Рикки! Рикки! Кис! Кис!
Котенок прибавляет ходу. Сволочь мелкая. Хорошо ему! Но все же я его постепенно настигаю.
Ха-ха, накаркал. Пытаясь резко свернуть в низкий боковой туннель и тем самым замедлить преследование, маленький разбойник скользит по влажному бетону и плюхается… вот в то самое и плюхается. Я успеваю подскочить и вытащить барахтающееся убоище, сразу же принявшееся вырываться, воя при этом диким голосом. Сзади слышится топот — и к нашей замызганной компании присоединяется мой совершенно умотанный напарник.
— Поймал? — Судя по всему, выдавливает последнее дыхание. — Чего он орет?
— Перепугался. Тихо, ты! Мне же себя не слышно! Сейчас своды рухнут, ты, сирена!
— Может, его погладить?
— Сам гладь! — указываю подбородком на липкое и вонючее нечто, извивающееся у меня в руках. — Тихо, ты, скользкий тип! Он еще и царапается, между прочим! Хочешь подержать?
— Нет!!! И вообще, давай рассмотрим его поближе: может, ты по ошибке очередную крысу прихватил?
Мяу-у-у!
— Заткни-и-ись!!! Это я не тебе. Нет уж, пусть Консул берет что дают. Крыса, так крыса. И вообще, достань у меня из кармана карту, и давай выбираться быстрее, я долго не выдержу!
— Фу, на кры… то есть на Рикки, еще и гадость какая-то повисла. Да выкинь ты ее, эту тряпку!
— А она сама отпала. Вон видишь, тонет? Наверно, остатки ошейника. Ну и фиг с ним, не в карман же его засовывать. Спокойно, киса, папочка купит новый, он тебя так лю-ю-юбит… не знаю за что. Ты карту достаешь или за меня держишься? Щекотно же!
— Извини, я не нарочно… Все-все, извлек. Кстати, а где мы?
Мяу?
— Амано, мы же нашу беготню по карте-то не отслеживали?! Или таки отсле…
Мяу!!!
— Вот и я того же мнения.
Ну, разумеется, мы выбрались. Через первый попавшийся люк. Конечно, мы явили себя миру не в самом темном из возможных переулков. Этого и следовало ожидать, в таком-то районе. И естественно, до Управления мы тащились пешком — кто нас, чистюль, согласился бы подвезти?
Более того, отмытое чудовище (мыли всем Отделом: только держали минимум трое!) оказалось вполне кошачьего вида, мужского пола, и во всем прочем также соответствовало предоставленным нам параметрам внешности пропавшего без вести. Но вот что оказалось неожиданным…
— Придурки! — Удар кулаком по столу. Надо же так портить себе маникюр… Почти никогда не видел Барбару в настолько невменяемом состоянии. Почти. — Вам нельзя доверить ни-че-го! Ну ладно, не нашли бы вы его, это одно. Но найти, поймать и принести его… без ошейника!
— Постойте! — тщетно пытаюсь восстановить справедливость.
— Никаких оправданий! Даже и слушать не буду! Яспер меня живьем закопает. Все бэкапы баз данных коту под хвост… да, вот этому самому коту! И все из-за двоих бесполезных детективов, не умеющих читать! Нет, пойдете на улицу работать, торговать кошачьим кормом, хотя… там тоже надо уметь читать!
— Да при чем здесь чтение, шеф?!
— Вам всего три листка дали. Три! Черным по белому написано было: вернуть вместе с ошейником! Неужели ни один из вас не обратил на это внимания?
Молчу. Потому как и впрямь не читал. Но Морган-то… Пинаю его каблуком под столом — еще вылезет с признанием, упаси боги. К счастью, сообразил, не вылез. Зато спросил другое:
— Тетушка, а зачем Консул вообще затеял эту игру в таинственность? Сразу бы сказал, что нужен не столько зверь, сколько ошейник. Или он тебе не доверяет? Зачем вся эта конспирация?
— Да ты что, совсем у меня глупенький?! Ну да, как же, даст Яспер объявление в газеты: мол, пропали базы данных по планетарному вооружению, нашедшему просьба вернуть за скромное вознаграждение. Господи, да он в жизни не поверит, что ошейник утонул!
Пинаю Моргана снова на всякий случай, а то вдруг ляпнет про тряпочку. Незачем усугублять. Получаю пинок обратно. Вместе с хмурым и виноватым взглядом.
— И куда теперь кота девать, раз отдавать хозяину смерти подобно? И вообще, как нашего главу государства угораздило вверить копию совершенно секретной информации такому, гм, неверному носителю? — перевожу стрелки я.
— Да куда хотите! Лично я б его еще и перекрасила, для надежности. А насчет хранения информации… Я всегда чувствовала, что Яспер — мужик со странностями, только вы этого не слышали. Да и вообще, мы теперь одной веревочкой повязаны. — Вздохнув, Барбара усталым жестом указала нам на дверь своего кабинета: — Можете идти. Красьте кота, стригите его, переименовывайте или еще что — в общем, делайте с ним, что сочтете нужным. Но чтобы ни слова я о нем больше не слышала! Остальным скажете: ошибка вышла, не тот.
— И куда теперь его? — тоскливо вопросил мой сотоварищ по свежеиспеченному политическому заговору.
— Хочешь? — Радушным жестом я протягиваю ему уютно дрыхнущую на руках серую тушку. Мо отшатывается. — Хороший, породистый. Как я понимаю, порода выведена лично Барбарой, в единственном экземпляре. Зовут… э-э-э… Микки.
— Нет! Куда мне, я и дома-то лишь по вечерам бываю.
— Ладно уж. Может, Тамико презентовать? — размышляю вслух. — Это моя старшая сестра. Впрочем, сомневаюсь, что она оценит подобный жест внимания… стоп! Есть идея. Я знаю человека, который примет в дар что угодно, лишь бы от меня!
— Боже мой, Амано, какая хищная улыбка! Кто эта несчастная влюбленная девушка?