Вероника Гордеева – Маршрут построен (страница 2)

— Это будет означать…

Искра тряхнула головой и резко прервала его:

— Что я — бурундук?

Алексей нервно хохотнул. Его сомнения рассыпались в прах, оставив твёрдую уверенность в верности предположения товарища Громыко.

— Нет, ты — не бурундук. Искра, ну, а вдруг ты беременна? Просто проверим, посмотрим. Сама, может, успокоишься. Сделаешь?

Плазменно-пламенная снова тряхнула головой и молча кивнула. В конце концов — это ж вам не в «Полярную Звезду» экскурсия, а всего лишь тест. Если что — к Виктории можно обратиться. Она подскажет, куда дальше, что с этим делать и кто виноват.

Ещё немного поколебавшись, внимательно прочитав краткую инструкцию и выпив для храбрости кофе, Искра удалилась в ванную.

Конечно, не было никакой гарантии, что тест на беременность, предназначенный для самых обычных (не аномальных) женщин, вообще хоть что-то покажет. Не было уверенности в результате. Даже в том, что это возможно. Но попробовать стоило. Чем теряться в догадках и гадать на кофейной гуще — лучше довериться хоть чему-то, что не зависит от твоего настроения и чему абсолютно плевать на твою природу. А природа у Искры, помимо всего космического, звездного, огненного и прочего, — женская. И этого факта не изменить. Этого параметра касаться вообще нельзя. Искра, как ни крути… Женщина. А в их природе заложена способность беременеть, вынашивать и рожать. Пусть хоть ты триста раз звезда.

Алексей ждал её несколько томительных минут, за которые успел выпить чашку кофе и сварить себе ещё порцию. Почему-то он не находил себе места. Казалось, это ему рожать, если что.

Искра вышла из ванной с абсолютно каменным выражением лица. На вопросы мужа ничего не ответила, просто молча сунула ему в дрожащую от напряжения ладонь две тонких пластиковых штучки и с чувством собственного достоинства уселась на диван, грациозно закинув ногу на ногу.

Алексей побоялся смотреть на то, что дала ему жена. Поэтому решил спросить:

— Ну? Что там?

Искра загадочно улыбнулась:

— Я — не бурундук.

Алексей вздохнул и опустил глаза. Комната снова наполнилась светом, но уже тёплым, золотистым, чтобы было виднее.

Алексей держал в дрожащих пальцах два теста и смотрел на них. Глаза его постепенно приближались размерами к тем, которые рисуют в аниме.

Искра молчала и улыбалась. На миг она стала снова самой собой.

А её муж, забывший про всё на свете, икнув, выдавил из себя:

— Ты…

Искра, гордо встав с дивана и выпрямившись, аки на параде, сказала:

— Я.

Алексей выкинул эти два кусочка то ли пластика, то ли ещё чего и подхватил жену на руки:

— Искра, ты станешь мамой! Я тебя обожаю!

Искра, рассмеявшись, как ни в чём не бывало, обняв мужа крылом, ответила:

— Поздравляю, папаша.

Алексей её сарказма не оценил, ибо был рад до безобразия. Светился сам не хуже своей звездной жены.

Да, оставалось и появилось много других вопросов. Но Романовы сейчас не думали ни о чём. Разве что о посещении врачей в СКЗ-фонде. Естественно, соответствующего профиля…

Дядя самых честных правил

Поспав пару часов, Романовы отправились на работу. Алексей, несмотря на пару случайно сожжённых полотенец, строго-настрого запретил жене участвовать в тренировках и занятиях, требующих физической выносливости. Кое-как уговорил её временно побыть кем-то вроде секретарши: в кабинете, тихонечко, без лишних волнений. И сам поклялся контролировать, чтобы Искра не поднимала ничего тяжелее чайника с чаем.

Искра, справедливо хихикнув, напомнила, что в кабинете у него чайника отродясь не было, зато была и остаётся кофемашина. Будущая мама, скрипя зубами и посверкивая крыльями, согласилась не поднимать ничего тяжелее чашки с кофе. А сама про себя подумала, что хоть иногда к Вике в лабораторию можно будет сбежать, чтобы просто не сойти с ума от приступов счастья и опеки будущего папани.

Только Искорка потянулась рукой к своему благоверному, дабы воспользоваться телепортом, — Алексей поджал губы и отрицательно покачал головой.

— Нет, Искра. В последние пару недель ты это делаешь не особо точно. Сама вспомни, куда нас занесло буквально позавчера… На такси поедем. А завтра встанем пораньше и отправимся на автобусе.

Космодива обиженно поджала губы и демонстративно отвернулась. С одной стороны, Алексей был прав: куда их только не заносило в последнее время. То в столовой окажутся, то в камере временного содержания водных аномалий. А позавчера попали прямиком на весьма приватное «совещание» в кабинет одного из тимлидов аналитического отдела. Ей бы согласиться, но это же Искра — и она исчезла ровно в то мгновение, когда такси уже было найдено и мчалось к их подъезду.

Алексей устало и раздражённо вздохнул, остался один и молча вынул из своей тайничка за стеллажом фото отца.

Молча кивнув своим мыслям, мужчина аккуратно спрятал фоторамку обратно и поправил пару книг на полке. Наверняка его отец точно бы знал, что делать. Но у него не спросишь — надо самому думать. Несколько томительных минут спустя Алексей уже ехал в сторону работы, которую любил и обожал всеми фибрами души (иногда до зубовного скрежета).

Искра, не учтя справедливого замечания мужа, снова не особо удачно телепортировалась. На этот раз она влетела прямо в стол своего мужа, больно ударившись об угол бедром. Пошипев, как кошка, опустилась на диван, потирая ушибленное место ладонью. Почему-то было ощутимее, чем всегда.

Это нам с вами понятно, дорогие мои читатели. А вот беременные причуды у всех совершенно разные. Совсем без причуд тоже бывает, но сейчас не об этом. Искра правда не понимала, почему её «эмоциональные качели» вдруг стали американскими горками. Куда делась точность телепорта? Непорядок. Но она промолчит. Нельзя быть слабой. Недопустимо. Если она беременна, то теперь отвечает не только за себя.

Сама того не заметив, Искра почти уснула, завалив голову на спинку дивана. Проснулась от того, что в кабинет, как всегда, в своём стиле зашёл Руслан. Ну, как «зашёл» — влетел, естественно, не беззвучно:

— Всем привет! Искра, не спи — замёрзнешь! Вон, уже голова инеем покрылась…

Искра чуть до потолка не подлетела от давления звука. Руслан заткнулся, анализируя то, что сказал. Когда девушка стряхнула иней с волос, он осторожно поинтересовался:

— Не моё собачье дело, а где Лёха, солнце?

Искра почти равнодушно глянула на Громыко и тихо ответила:

— На такси едет. Скоро будет. А что?

Руслан тем временем по-хозяйски колдовал у кофемашины, но обернулся и, с ухмылкой глядя на неё, произнёс:

— Да ниче… просто вы же с ним друг от друга редко отлипаете. Ладно, не суть… Чаю тебе сейчас сварганю, погоди, золотце.

— Да я сама кофе сделаю…

Руслан погрозил ей пальцем:

— А ну-ка не бузи мне. Нельзя тебе кофе. Чаю можно. Кстати, что за фокусы в стиле братишки? Не, ну, я догадываюсь, конечно, но мне сейчас можно только проверенным данным верить.

Искра пфыкнула и села на диван, делая вид, что ей внезапно стал интересен план эвакуации, который сиротливо висел на противоположной стене, заменяя собой и картину, и всё остальное, что можно ещё повесить на стенке.

Руслан не торопил её с ответом. Только очень громко наслаждался кофе, от запаха которого Искру клонило в сон. Видимо, она опять начала отрубаться, но Руслан этого не допустил:

— Не спать, говорю. Пламенная наша, фокусы с инеем, говорю, как нарисовались?

Искра тряхнула головой, прогоняя сон.

— Не знаю. Я это не особо контролирую. Не получается. Извини, Руслан, я просто не выспалась.

Громыко отставил кофе и молча вышел из кабинета. Вернулся минут через пять с огромной чашкой травяного чая, от которого по кабинету разошёлся волшебный аромат. Чай пах ромашкой и шиповником, напоминал о лете и обо всём тихом, светлом и домашнем. Искра вдохнула этот запах и расплылась в улыбке, всем своим видом напоминая кошку, которую пустили к бидону со сметаной.

Приняв чай, она слегка отхлебнула и вынырнула из короткого мига блаженства тогда, когда Громыко, хихикая, как пациент психдиспансера, безуспешно пытался встать с дивана, параллельно пытаясь отодрать от столика чашку с кофе. В самом пространстве кабинета при всём этом по всем поверхностям скользили радужные блики.

— Искра, будь лапой — выключи, бляха-муха, свои спецэффекты…

Искра даже не обиделась. Она с удовольствием ещё понаблюдала танец радужных бликов, потом прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Светопредставление закончилось, но Руслана, почему-то, окончательно припечатало к дивану — да так, что он даже руку протянуть не мог. И начал тяжело дышать.

Искра отставила кружку с чаем и протянула руку Руслану, помогая встать. Громыко, отдышавшись, молча взял кофе и пробормотал:

— Очень интересно. Солнце, а попозже, когда чаёк допьёшь, озари своим присутствием медицинский блок. Я туда Викторию Сергевну подгоню… Обследуйся, матушка, и давай-ка под наблюдение…

Он не успел толком договорить, как дверь кабинета со свистом открылась и из-за неё вывалился Алексей, победоносно вися на ручке и с трудом волоча за собой ноги. Сказать, что Искра и Громыко удивились, — это ничего не сказать. Но рассмеялись они почти одновременно. Романов поднялся, поправил форму и строго зыркнул на обоих.

— Объясните этот балаган, будьте так любезны.

Громыко, конечно же, попробовал:

— И тебе доброе утро, опоздун. Если б я знал, что это такое, — разложил бы тебе по полкам, а так… Сам в ахуе. Жену на обследование отправь, Лёх, меня она явно не послушает.