Вероника Фокс – Битва тёмных душ (страница 4)

От Раума приятно пахнет.

Мне не хочется вырываться из его объятий.

Ловлю себя на короткой мысли, что рядом с Раумом чувствую себя в безопасности.

– Теперь ты Королева Ада, – тихо говорит демон, нежно поглаживая теплой рукой по спине. – В твоих руках огромная сила…

– Я хоть вновь стать обычной Авророй, которая охотится на демонов, – тихо шепчу в грудь.

– Прошлое не вернуть, – сухо подмечает Раум. – Теперь есть настоящее и большое будущее, которое в твоих руках.

Я жмурю глаза, вдыхая приятный аромат парфюма Раума. Мне чудится, что Раум ещё сильней прижимает меня к груди. Едва ли слышу, как в мыслях Раума промелькнет одна фраза, за которую я цепляюсь сильней, чем хотелось бы.

«Я защищу тебя, Аврора. Даже вновь ценой своей жизни».

Режущие воспоминания пронзают мое сердце вновь. Я ни за что этого не допущу. Робко обхватываю Раума руками, будто бы он – мое спасение, мое исцеление, мой храм надежды и будущего.

– Аврора… – выдыхает Раум так несмело, что по моему телу вновь пробегает россыпь мурашек.

Я хочу сказать Рауму, что теперь нас ничто не разлучит. Что я приложу все силы, чтобы не повторить того, что было тогда, на Рощевом Поле… Ни за что и никогда. Но вместо тысячи слов, которые могла бы произнести, я тихо мычу в мундир демона.

– Я должен тебе это сказать.

Я впервые слышу, чтобы демон вел себя застенчиво. Робкий мужчина, у которого вторая по величине сила ада, едва ли воротит языком, чтобы… Что? Что он хочет мне сказать?

Раум отстраняется от меня, словно слышит мои мысли. Он заглядывает в мои глаза, будто бы хочет что-то сказать заранее, подготовить меня к чему-то…

– Я…

В бездне его фиолетовых глаз я теряюсь.

– Мне…

Вижу, что демон нервно сглатывает. На лице застыла тревога и… растерянность. Но в тот же миг он встаёт на одно колено, приклоняясь к моим ногам.

– Я буду служить вам, моя госпожа, до дня, когда солнце перестанет светить…

На моих глазах вырисовываются слезы.

– До того дня, когда луна разорвется в клочья.

Голос Разума четкий, но пронзающий до дрожи в коленях – любимый.

– До последнего свежего воздуха на планете и последнего живого существа по всей вселенной.

Я уже не могу сдерживать слез. Раум приносит клятву смерти. Клятва смерти – одна из самых крепких клятв в мире Йертсен. Она не позволяет умереть двум скрепленным. Мне подсказывает эту информацию память и магия прежних правительниц ада.

– Я буду служить вам, моя королева Аврора Джонсон, пока мое сердце не перестанет биться.

Глава 3

Нас окутывает темный дым, в котором я едва ли различаю черепа. Почему я не оставила Раума? Зачем позволила совершить такое?

Ответ уже тлел в моих мыслях. Так надо. Так делают все приближенные королев ада. Таков закон. И его мне стоит выполнять. Хочу ли я этого? Однозначно нет. Раум продолжает стоять на одном коле, преклонив голову. Дым постепенно рассеивается, но память мне подсказывает, что самое сложное – ещё впереди. Как только дым рассеялся, я говорю:

– Поднимись.

Раум повинуется, не дрогнув мускулом, не пошатнувшись. На балкон с оглушительным звоном влетают Дреги. Они кружат вокруг нас, создавая небольшой васильковый кокон. И как только этот кокон становится плотным, Дреги замирают около меня. Один из клинков подлетает к Рауму. Демон медленно выставляет ладонь вверх. То же самое делаю и я.

– Et in misericordia altissimi non commovebitur. Simul. Perpetuum. Usque ad mortem! – произношу я, что значит «Во славу павшим. Вместе. Навсегда. До самой смерти». А после клинки синхронно, не дотрагиваясь до наших ладоней, быстрым движением магии делают порезы. Пронзающая боль касается ладони. Но я стараюсь не показывать этого. Я выдержала куда более сложные испытания. Поднимаю взгляд на Раума, практически утопая в его фиолетовых глазах. Кровь Раума – темная. Такая же, как и у меня. Черная смоль заполняет ладонь. Еще чуть-чуть, и она станет стекать по руке. Я нервно сглатываю, но понимаю, что деваться некуда. Нарушив этот ритуал, я нарушу покой ада. Не будь этой клятвы – всё полетит к чертям, а меня может разорвать на мелкие кусочки неведомая сила истоков магии.

Понимаю, что чем больше стою и смотрю на Раума, тем сильнее сомневаюсь в правильном решении. Но времени мало. Поэтому, набравшись смелости, я протягиваю руку Рауму. Как только мы скрепляем клятву кровью, ощущаю жжение по всему телу. Боль едва ли терпима, но, смотря на то, как Раум мужественно выдерживает это, мне становится совестно. Стиснув зубы, чувствую, как на левой руке запечатывается печать сделки. Печать, которую разрушит лишь только смерть нас обоих. Печать, которая сделает меня практически неуязвимой. Только в случае смерти Раума у меня появится слабое место. И даже Дреги будут не в силах защитить меня перед лицом магии хаоса.

Этот ритуал – осознание того, что теперь в моих руках судьба этого мира. Я не выбирала, кем быть. Хотела найти отца, а нашла ношу, которую придется донести до конца. Иначе мир магии погрузится в хаос. Я не могу допустить этого. Не могу потерять друзей вновь. Смотрю на свою ладонь, гипнотизируя исчезающую метку. Горечь подступает к горлу, и я не в силах ее проглотить. Теперь чувство ответственности с кислым послевкусием навсегда будет напоминать мне о важности своей ноши. Клинки, закончив ритуал, улетают за мою спину.

– Что теперь? – спрашиваю я у Раума, опустив руку.

Демон встает по стойке смирно и складывает руки за спиной.

– Нужно решить внутренние дела, найти союзников и разработать тактическое наступление или отступление. Это уже решать Вам…

– Раум, я прошу тебя. Не веди себя со мной так, будто бы мы разные по титулу.

– Но это же правда! – противится он. – Вы – моя королева…

– Прекрати! – требую я. – Только не наедине…

– Ну, фактически, – начинают клинки, – вы не наедине.

Тяжело вздыхаю. Наверно, тот груз, который только что лег на мои плечи, никогда не спадет с них. Мне даже сложно дышать, стоять и думать. Мне кажется всё таким… неестественным. Будто бы я играю чью-то чужую роль. Как дублерша, поменяю заболевшего актера.

– Аврора, – окликают меня клинки, и я разворачиваюсь к ним. – У нас есть одна просьба…

Я смотрю на то, как клинки игриво сияют васильковым дымом.

– Что за просьба?

Они встревожены. Мнутся, немного подергиваясь в воздухе. Раум делает несколько шагов и оказывается впритык к моей спине. Мне чудится, что я слышу, как бьётся его сердце.

– Ну… мы… – говорят они в унисон. – Мы хотели попросить об одолжении.

– Ах, об одолжении?

Складываю руки на груди и внимательно за ними наблюдая. Клинки стараются не транслировать свои мысли, но у них это плохо получается. Правда, они все спутанные, каждый клинок думает о своём. И как же они уживаются вместе?

– Да… Об одолжении…

– А что я получу взамен?

Клинки удивились. Васильковый дым стал темнее.

– Ну… мы… мы…

Мы с Раумом в унисон усмехаемся.

– Что за одолжение?

Клинки разом начали тараторить, да так, что каждый говорит о своём. Я ничего не поняла и лишь взмахнула рукой. Дреги сразу же замолкли.

– По одному, пожалуйста.

– Есть миф о том, что Королевы Ада могут дать нам, Дрегам, совершенно другой облик.

Щурюсь, потому что не совсем понимаю, о чем они.

– Просто сейчас мы можем работать только вместе, а если нас разделить и дать человеческий облик… То мы будем дополнительной мощью.

– У меня есть гончие Хааль. Зачем мне еще одни?

Клинки, кажется, обиделись.

– Я бы посмотрел на них в человечьем обличье, – с задорностью в голосе ответил Раум. Мы с ним в тот же момент переглянулись. По всей видимости, мое серьезное выражение лица дало понять, что мне эта идея не нравится.

– Мы никогда ничего не просим, – жалобно продолжали клинки. – Но мы хотим помочь тебе…

– На самом деле, если они разделяться, то это будет два сильных воина, которые будут тебя оберегать, – говорит Раум.

– Не знаю даже, – мотаю головой из стороны в сторону. – А если их убьют?